– Да, я знаю. Он тоже хотел приехать, очень хотел, но не смог.
– Ты думаешь, он уже умер? – спросила королева.
– Почему ты так спрашиваешь?
– Матушка могла нарочно сообщить нам о его болезни, чтобы смягчить удар.
Сестры горестно смотрели друг на друга. Элеанора давно уже не видела своего отца, но сейчас воспоминания о нем воскресли в ее душе. Она и Санча как бы вернулись в золотую пору детства.
– Трудно представить себе, что его не будет, – вздохнула королева. – Бедная матушка этого не переживет. Нужно пригласить ее сюда.
Санча промолчала, вспомнив, что говорил Ричард о засилье чужеземцев в Англии.
– Остается еще Беатриса, – сказала она вслух.
– Теперь отец не сможет найти ей мужа. Правда, остается еще Ромео.
– Бедняжка Беатриса, представляю, как ей грустно.
В этот момент в дверь постучался гонец.
Опасения Элеаноры подтвердились. Граф Прованский скончался.
* * *
Когда стало известно, что по завещанию граф оставил все свои владения последней, незамужней дочери, Элеанора слегка рассердилась.
– Кажется, он забыл, что дочерей у него четверо, – обиженно воскликнула она.
– Вовсе нет, – ответила Санча. – Но отец знает, что мы трое уже имеем мужей, причем мужей могущественных и богатых. Беатриса же еще даже не невеста.
– С таким приданым у нее от женихов отбоя не будет.
Вопрос о наследстве несколько отвлек Элеанору от траура. Вскоре стало известно, что в Прованс валом повалили женихи, и королева цинично подшучивала по этому поводу.
Однако вдовствующая графиня была недовольна претендентами на руку своей младшей дочери. Как-то раз Генрих сообщил супруге потрясающую новость: Хайме, король Арагонский, осадил город Экс, заявив, что не снимет осаду до тех пор, пока графиня Прованская не выдаст свою дочь Беатрису за дона Педро, наследного принца Арагонского.
Какая романтическая история! Когда-то Элеанора описывала подобные рыцарские подвиги в своих поэмах. Подумать только, что крошка Беатриса оказалась в центре столь захватывающей драмы. А ведь все дело в том, что она – единственная наследница отцовских владений.
Вскоре пришло письмо от Маргариты.
Она писала сестрам, что они могут не беспокоиться за Беатрису. Король Арагонский и в самом деле вторгся в Прованс, чтобы силой женить своего сына на выгодной невесте. Дона Хайме прозвали Завоевателем, ибо он одержал немало побед, но на сей раз победы ему не видать, потому что за свою родственницу заступился Людовик.
Дело в том, что Карл Анжуйский, брат французского короля, сам хотел жениться на Беатрисе. Вот почему принц вторгся в Прованс во главе войска, намереваясь изгнать так называемого Завоевателя восвояси.
События принимали весьма увлекательный оборот, и сестры из Англии с интересом следили за происходящим.
Тем временем королеве подошло время родить. Она произвела на свет крепкого мальчика, и вся страна возликовала.
Принца назвали Эдмундом. От радости Элеанора и думать забыла об отцовском наследстве. Карл Анжуйский без труда изгнал из Прованса арагонцев, ибо за принцем стоял сам могущественный король Франции.
Вскоре в Париже сыграли свадьбу Карла и Беатрисы. У графства Прованского появился новый хозяин.
* * *
Более всего Элеанора любила находиться в обществе своих детей, однако, хотя она любила каждого из них, первородный сын был ей особенно дорог.
Всякую свободную минуту королева старалась проводить со своим Эдуардом. Генрих относился к старшему сыну точно так же. Конечно, у короля было меньше свободного времени, чем у королевы, но он все время рвался в детскую, чтобы быть рядом с принцем.
Наедине супруги все время только и говорили, что об Эдуарде. Генриху не терпелось одарить своего наследника землями и замками, а Элеанора смеялась, говоря, что мальчик для этого еще слишком молод.
Королеве предстояло участвовать в обряде освящения новой церкви, построенной в аббатстве Боль. Элеанора твердо решила, что возьмет сына с собой.
– Ему уже пора появляться на публике, – сказала она. – Народ будет его просто обожать.
И в самом деле, когда мальчик сопровождал родителей в поездках, подданные приветствовали королевское семейство куда более горячо. Генрих согласился, что идея неплоха – пусть Эдуард съездит в Боль с матерью.
Когда Элеанора вошла в детскую, принц налетел на нее с разбега и крепко обхватил мать за колени.
– Дорогой, разве так нужно встречать королеву? – спросила она с напускной строгостью, но не выдержала и, подняв малыша на руки, крепко расцеловала.
– Как поживает мой Эдуард?
– Хорошо!
Королева испытующе посмотрела на ребенка. Что-то у него глаза слишком горят, да и руки горячие. Может быть, разволновался от встречи с матерью?
Роберт Бернелл, наставник и капеллан наследника, сообщил:
– Последние несколько дней лорду Эдуарду слегка нездоровится, миледи.
У Элеаноры от страха сжалось сердце – это происходило всякий раз, когда кто-то из ее детей заболевал.
– Что случилось, Роберт? Вы уверены, что болезнь не опасна?
– Миледи, мальчик частенько простужается.
Это королеве совсем не понравилось. Что еще за простуды?
– Сегодня утром мы с Генрихом ездили кататься, миледи, – сообщил Эдуард. – Я его обскакал.
Почему мальчику разрешают ездить верхом так быстро? А вдруг он упадет? Да и к тому же еще эта простуда!
Элеанора с тревогой посмотрела на Роберта Бернелла.
– Лорд Эдуард очень любит состязаться и хочет непременно одерживать над всеми верх, – сказал наставник.
– И всегда одерживаю, миледи, – похвастался принц.
– Не всегда, милорд, – поправил его воспитатель.
– Ну, очень часто, – уступил мальчик.
Мать растрепала ему волосы.
– У меня к вам поручение от короля. Он хочет знать, хорошо ли вы учите уроки, ведете ли себя подобающим для принца образом? Что мне сказать вашему отцу?
– Что я все делаю очень хорошо, – выпалил Эдуард.
– Иногда, – поправил его Бернелл.
Элеанора предпочла бы, чтобы Бернелл поменьше придирался к мальчику, однако сдержалась – учитель, конечно же, прав, и мальчика следует содержать в строгости. Лучшего воспитателя для ребенка, чем Роберт Бернелл, все равно не найти.
– Дорогой мальчик, я хочу взять вас с собой в аббатство Боль.
– Когда?
– Скоро. Мы будем присутствовать на освящении церкви.
– Это очень торжественная церемония, милорд, – пояснил Бернелл.
– Значит, я тоже буду торжественный? – спросил Эдуард и закашлялся.
Элеанора испуганно встрепенулась.
– Ничего страшного, миледи, – успокоил ее учитель. – Небольшой кашель. Он то появляется, то исчезает.
