Джулиан заскрежетал зубами, на его скулах заиграли желваки, и он в бессильной ярости сжал кулаки. Ему была невыносима сама мысль, что Сэм решилась отдаться мужчине, лишь бы доказать ему свою любовь. Американец того не стоил. Что мог он ей дать, кроме своей фермы и лошадей? Сэм заслуживала лучшей участи.
Однако нельзя было исключать и другую версию развития событий. Как знать, может, Форд собирался сначала жениться на девушке, прежде чем тащить ее в постель. Но и в этом случае побег представлялся маркизу величайшей подлостью. Джулиан не понимал, зачем нужно было бежать для заключения брака в Шотландию, вместо того чтобы обвенчаться здесь, устроив красивую церемонию в присутствии семьи.
Хотя оба варианта представлялись маркизу неутешительными, он все же предпочел бы, чтобы Сэм тайно вышла замуж, а не была скомпрометирована.
Но на самом ли деле замужество Сэм было для него предпочтительнее?
Обвенчавшись с Натаном Фордом, его воспитанница навсегда сгинула бы в далекой Виргинии, на какой-то ферме по разведению лошадей, и была бы для Джулиана навеки потеряна. Во втором случае она была бы только скомпрометирована…
Джулиан затряс головой и потер виски. Была бы только скомпрометирована? О чем он думает? Если Натан скомпрометировал девушку, маркизу придется потребовать, чтобы тот женился на ней, а в случае отказа – вызвать его на дуэль. Если же им придется стреляться, то с расстояния двадцати шагов Джулиану не составит особого труда всадить наглецу пулю в лоб. Но Сэм не простит ему такой жестокости по отношению к «возлюбленному» и навсегда от него отвернется.
Получалось, что он лишится девушки при любом повороте событий. Прошлого уже не вернуть, и отныне для них все будет складываться по-другому.
Джулиан мрачно уставился в окно, мечтая только о том, чтобы нашлось какое-нибудь иное разумное объяснение поступка Саманты…
* * *
Сэм отложила шитье в корзину и подошла к туалетному столику. Взглянув в зеркало, убедилась, что за несколько часов пребывания на постоялом дворе в ее внешнем облике ничего не изменилось, если не считать слегка покрасневших от работы глаз. Поскольку она весь день провела в четырех стенах, прическа ее была безупречной.
Оставалось надеть шляпку и мантилью, спуститься вниз и попросить трактирщика вызвать наемный экипаж, чтобы отправиться домой. Она ожидала, что Хедли немедленно справится о Кларе и ей придется во всем сознаться. Джулиан сейчас наверняка еще в клубе, так что у нее будет время собраться с духом, чтобы противостоять его холодной ярости, самой худшей из его реакций.
Однако, как это ни странно, предстоящая стычка с опекуном не пугала Сэм, а вызывала сладостное томление. Вспомнив, как он рвал и метал, узнав о ее визите к Изабелле, девушка поежилась, и у нее по телу побежали мурашки, но не от страха, а от дивного предвкушения. За леденящим высокомерием маркиза скрывались горячий темперамент и бурные страсти. И Сэм всеми силами стремилась разозлить своего воспитателя, чтобы его эмоции лавиной выплеснулись наружу.
Девушка расплылась в улыбке. Может быть, сегодня накал страстей выльется в нечто более интересное, чем привычное брюзжание…
* * *
– Подожди меня, – приказал Джулиан вознице, когда коляска остановилась на утопающем в жидкой грязи дворе «Герольда».
– Слушаюсь, милорд, – буркнул тот, нахохлившись. Накидка с капюшоном плохо защищала его от проливного дождя.
Поглощенный думами о Сэм, Джулиан не мог не проникнуться жалостью к незавидному положению возницы.
– Можешь ждать меня внутри, – добавил он. Его собственная шляпа уже порядком намокла, и с полей ручьями стекала вода. – Закажи себе чего-нибудь выпить, чтобы согреться. Я заплачу. Потом погрейся у огня, поедем, как только я буду готов. Ясно?
– Да, милорд, – ответил извозчик несколько удивленно и позвал конюха, чтобы тот присмотрел за лошадью, пока он пропустит в трактире стаканчик-другой.
Тем временем Джулиан вошел в помещение постоялого двора. Снял шляпу, положил у камина просушиться и обвел глазами пивной зал в поисках трактирщика.
Хозяин гостиницы не заставил себя долго ждать. При виде столь важной птицы в своем жалком заведении он просиял.
– Чем могу служить, сэр? – склонился он в подобострастном поклоне.
– Меня интересует кое-какая информация, – сказал Джулиан.
– К вашим услугам, сэр, – живо ответил мужчина, хотя было ясно, что высокий гость его разочаровал.
– Я хочу разузнать об одной даме, которую видели здесь сегодня днем.
– Сегодня здесь перебывало много дам, сэр, – уважительно отозвался хозяин. – Я редко запоминаю посетителей в лицо.
– Эту вы вряд ли могли забыть, – заметил лорд сухо. – Она очень хороша собой и вот такого роста. – Он показал чуть ниже своего подбородка. – У нее светлые волосы и голубые глаза. Вместе с ней был американец с рыжеватыми волосами и…
– Ах эта, – вспомнил трактирщик и глубокомысленно кивнул. – Колонистов я всегда хорошо запоминаю. Хоть они и говорят на королевском английском, их трудно понять.
– Совершенно верно, – нетерпеливо перебил его Джулиан. – Теперь насчет этого американца…
– Он заплатил за комнату, – продолжал владелец гостиницы, озадаченно сдвинув брови, – но находился там всего полчаса. На мой взгляд, пустая трата денег.
У Джулиана застучало в висках.
– Всего полчаса? – переспросил маркиз. – Он, полагаю, был в комнате… не один?
– Ясное дело, – фыркнул трактирщик, – с ним была леди, о которой вы спрашивали, и…
– И вскоре после этого они уехали?
– Он уехал, а леди, которой вы интересуетесь, все еще наверху, – закончил трактирщик и ухмыльнулся. – Не знаю почему. Никогда не понимал этих колонистов и их подружек.
Джулиан не верил своим ушам! Негодяй не только скомпрометировал Саманту, успев управиться всего за полчаса, но и бросил ее! Маркиз почувствовал, как в жилах закипает кровь. В голове у него помутилось.
– Проклятый ублюдок! – заорал он. – Я его убью.
– Прошу прощения, сэр? – Трактирщик вытаращил на него глаза и попятился.
– В каком она номере? – спросил Джулиан тоном, не терпящим возражений.
– Она… она в дальней комнате по коридору направо, на втором этаже, – запинаясь сообщил насмерть перепуганный хозяин заведения. – Сэр, только, пожалуйста, не устраивайте погрома, – взмолился он, когда Джулиан решительным шагом направился к лестнице. – Не крушите мебель. И прошу вас, не бейте посуду… Кувшин и тазик совсем новые!
Но ослепленный яростью, Джулиан ничего не слышал. Он до такой степени рассвирепел, что, попадись американец ему под руку, разорвал бы его в клочья, закатив величайший скандал в истории высшего общества после знаменитой ссоры в Карлтон-Хаусе, устроенной лордом Байроном и Каролиной Лэм на глазах изумленного принца-регента.
