Читаем без скачивания Санейра Эмеральд. Заказ Вожака - Виктория Скляр

Меня поразило, что сегодня Аарон был без своих телохранителей. Оборотень оперся спиной о машину и сложил руки на груди, ожидая моего появления. Его величественная фигура возвышалась над остальными. Мимо проходящие девушки бросали на Альфу заинтересованные призывные взгляды, но он не обращал на них никакого внимание. Сейчас у оборотня есть дела поважнее, чем очередной спарринг с новой беспринципной девицей.

Тот факт, что мы с Альфой поедем вдвоем без свидетелей и охраны заставил мое сердце биться быстрее. Столько возможностей, которые я могла бы использовать, чтобы вновь ощутить жаркое прикосновение губ и рук волка к себе. Это уже напоминает зависимость. С каждым днем моя жажда усиливается, и чем чаще мы с Альфой поддаемся страсти, тем толще становится связывающая нас нить. Думаю, мне стоит сходить к психиатру, потому что моя бесконтрольная жажда начинает меня пугать.

Обращусь с этой проблемой к декану, он как по этому вопросу специализируется.

Сейчас объединяющая была толщиной с три моих пальца, увеличившись почти вдвое. А это немало для такой магической связи.

— А где телохранители? — удивилась я, вскидывая брови и чуть улыбаясь.

Но Аарон меня не так понял.

— Уже соскучилась по ним? — немного агрессивно осведомился оборотень, недовольно щурясь на меня. В его глазах плескались бушующий гнев и еще немного… обида. Хм… необычная эмоция для этого оборотня.

— Немного, — не стала лукавить. — Они стали моими друзьями, к тому же Лис и Дэни являются твоей охранной и я не привыкла видеть тебя без них, — пожала плечами, подходя ближе к машине и Альфе.

— Ты им уже и ласковые прозвища дала, Санейра, — кажется, не стоило называть кузенов так, как мне вдруг захотелось, потому что волку это не понравилось. Сильно, до скрежета в зубах и ярости в золотом жаре.

И что его так рассердило? Ну, назвала я кузенов сокращениями. Что в этом такого?

Это ведь не конец света! Или для него это уже слишком? Может, для его собственнических инстинктов мои слова были слишком личными, чересчур интимными? Возможно, Альфа злится, потому что я не называю его как-то по особенному? Так его имя нельзя сократить. А если и можно, то мне эти имена не нравятся.

— Садись в машину, Санейра, — сухо попросил-приказал Аарон, открывая для меня дверь и закрывая ее, когда я заняла свое место на переднем сидении машины. Лицо Альфы выражало крайнюю степень усталости и обреченности, но в изумрудных глазах отражалась… боль, которая поглощала яркий зеленый свет оборотня, будто волк уже пятисотлетний старик, потерявший всякий вкус к жизни.

Это обеспокоило меня. Я не хочу чтобы Аарон становился пресытившимся оборотнем, которому ничего больше не нужно. Альфа привлекал меня не только своей внешностью, но и тем, что он был собой. Да, волчара наглый, заносчивый и эгоистичный, но в этом и таится его очарование. Возможно, со стороны я выгляжу как какая-то мазохистка, которая не учится на собственных ошибках, но Альфа был другим. В чем-то он был похожим на Энджерома, но в целом они совершенно разные личности. Зверь внутри Аарона является его частью, в то время как мой бывший был озлобленным магом, который решил, что имея власть, он может делать все.

Альфа заботится о своей стае, о брате и даже обо мне. Он искренне переживает обо всех, кто ему дорог и о тех, кто от него зависит. Энджером думал лишь о себе. Эгоисты тоже бывают разными, теперь я видела это.

Аарон уверенно вел машину, несмотря на меня, в то время как я продолжала анализировать. Мне было дорого все, что было связано с вожаком стаи. Каждый миг, проведенный рядом с волком, будь то ссора, деловой разговор или поцелуй. Для меня все имело значение, потому что я боялась потерять Аарона.

Стоит мне только представить, что король исчезнет из моей жизни, как сердце сжимается от боли, а в горле встает ком, глаза застила пелена из горьких печальных слез. Я понимала, такой расклад вполне возможен. Кто я и кто он? Да, сейчас Аарон желает меня и его чувства основаны не только на физическом плане, но что если он встретит другую? Это ведь действительно могло стать реальностью. Оборотень завидный жених, даже несмотря на свой тяжелый характер. Он-Король, Альфа, Вожак и красавец Мужчина, который может заполучить любую девушку, просто щелкнув пальцами.

Эти мысли не приносили радости, отображаясь тревогой на моей лице. И наблюдательный Аарон, естественно, заметил перемену во мне или скорее почуял изменение в запахе.

— Что? — недовольно поинтересовался Альфа, даже не повернувшись в мою сторону.

— Аарон, почему ты расстроен? Я тебя чем-то обидела? — мне хотелось коснуться запястья оборотня, провести пальцами по предплечью, плечу и перейти на шею, скулы.

Я грезила об этом, но понимала, что сейчас не лучшее время для такого поведения.

— Санейра, это неважно.

— Важно, Аарон, ведь я вижу, что ты недоволен и огорчен. Но я не могу понять почему, — я придвинулась ближе к оборотню, отстегнув ремень безопасности. — Объясни мне, пожалуйста, — моя ладонь опускается на мускулистое плечо, обтянутое серой рубашкой и темно-зеленым пиджаком.

— Санейра, — он произнес мое имя резко и жестко, заставляя меня замолчать, его плечо дернулось, пытаясь скинуть мою руку. — Сейчас нужно думать о другом, — Альфа был раздражен.

— Перестань, — теперь и я начинаю злиться. — Просто скажи, что тебя так тревожит. Я хочу понять и помочь.

— Имена, — произносит он через пару секунд раздумий. — Ты дала им прозвища.

Что?

— Иллиусу и Дэниэлю? — догадываюсь я, мне становится все немного яснее. — Ты приревновал меня к ним? Почему?

Какое-то время в машине царила тишина, пока мужчина раздумывал над ответом, а потом Альфа произнес:

— Твое отношение, Санейра. С ними ты другая и ты дала им прозвища.

Теперь все стало еще понятнее. Прозвища, мои разговоры с кузенами и наши подтрунивания над вожаком.

Моя рука перемещается с плеча Альфы на его бицепс, пальцы поглаживают его через ткань.

— Они мои друзья, ничего больше, но и не меньше, — улыбнулась я, наклонив голову вправо и наблюдая за реакцией оборотня.

Он такой забавный и милый временами.

— Друзья? — повторяет Аарон, словно пробуя это слово на вкус. — Тебя влечет к ним?

М-да… все сложнее, чем я думала. Кажется, у оборотня друзей отродясь не было, поэтому ему трудно понять меня и мое поведение. Альфа был замкнутым подростком, которому пришлось нелегко, ведь он растил своего младшего брата и управлял стаей, которая вряд ли была счастлива подчиняться какому-то малышу. Именно оттуда и появились эти многочисленные шрамы и страхи.

Хоть Аарон и не рассказывал мне об этом периоде своей жизни, но в Сети достаточно информации и к тому же я не дура и могу сложить два и два. И даже сила Альфы не могла остановить разбушевавшихся оборотней, жаждущих власти.

— Нет, я испытываю к ним лишь приятельские чувства. Хм… Знаешь, Аарон, никогда не думала, что мне будет так приятно, когда меня ревнуют, — вернула я Альфе его же фразу, а потом шустро покинула теплую машину, пока мужчина ничего мне не ответил, улыбаясь во все тридцать два.

А это действительно приятно, ведь если Аарон ревнует, значит, я стала для него не просто работником, а кем-то больше. Это не может не радовать. Черт! Все-таки я слишком стремительно превращаюсь во влюбленную идиотку, которая расцветает от любого признания и осознания, связанного с объектом мечтаний. И хоть мне приятны все эти переживания, а целоваться с Аарон это отдельное наслаждение, но все же необходимо разобраться в себе и вытащить из Альфы правду насчет нас. Есть ли будущее у нашей страсти или она лишь временное увлечение для оборотня?

— Вы опоздали, — строго проговорил Семур, встречая нас возле входа. Его лицо выражало крайнюю степень усталости. Синяки под глазами стали еще насыщеннее, заставляя меня недовольно поджать губы и строго осмотреть кузена с ног до головы.

Форма стража болталась на парне, будто мешок из-под картошки, волосы торчали в разные стороны, кожа стала почти прозрачной. Он будто постарел на несколько столетий. Демиурги, в кого он себя превратил, упрямый страж! В гроб и то краше кладут! Неужели все мужчины рядом со мной такие вредные и твердолобые?!

— Ты до чего себя довел! — я подбежала к кузену, рыча от злости и удивления. — Когда ты ел в последний раз?!

— Боги, Нея, ты хуже, чем бабушка! — закатил глаза Сем и получил от меня подзатыльник. Тоже один из приемов передачи информации в нашей семье. — И рука у тебя такая же тяжелая, — кузен поморщился и потер затылок.

Я вытащила контейнеры с едой и впихнула их в руки Сема:

— Проводишь нас к Нагиру и сразу же пойдешь и поешь. Если что-то останется, я лично в тебя это запихаю. Понял? Пошли, — последнее обращение было уже к Аарону, который с беззлобной усмешкой на губах наблюдал за мной и стражем.