– Наверное, в основном виновата я, – медленно произнесла Анника. – Боюсь, что я сама усугубляю наши проблемы.
Взгляд Тома выражал непонимание.
– Усугубляешь – что именно?
– Тебе не о чем беспокоиться, ничего не случилось… Но…
– Но? Что именно не случилось?
По резкому тону, по жесткому взгляду было заметно, что он уже догадался, о чем речь. Аннике стало нехорошо.
– Это один мужчина у нас на работе…
– Один мужчина у вас на работе? – переспросил Том.
– Да. – Голос Анники звучал жалобно.
– Какой еще мужчина на работе?
– Рикард.
– Ах, так ты о Рикарде? Значит, так и скажи: Рикард, раз ты имеешь в виду его!
Все шло совсем не так, как ожидала Анника. Она не успевала подбирать слова. Том понимал слишком многое и реагировал слишком быстро.
– Ничего не случилось… – начала она снова, но это только еще сильнее разозлило Тома.
– А почему же ты тогда сидишь здесь и говоришь о Рикарде, если ничего не случилось?
– Я хочу тебе все объяснить. Если позволишь.
Том молчал.
– Мне кажется, я влюбилась.
Ну всё, слово произнесено. Хуже уже не будет.
– Я не хотела, – продолжила Анника. – Я хочу любить только тебя, быть твоей женой. Не представляю, как это могло произойти. Он внезапно появился в моей жизни. Заметил меня, говорил со мной. Я почувствовала, что снова могу быть кому-то интересна. Как будто вернулась прежняя Анника.
Том оборвал ее:
– А я тебя, стало быть, не замечаю? Так? Да я всю свою жизнь подчинил тебе!
– Я никогда не просила тебя подчинять мне жизнь.
Анника почувствовала, как ее охватывает отчаяние. Он не хочет слышать того, что она ему говорит.
– Нет, но я все равно это сделал! Потому что люблю тебя. Чтобы нам было хорошо вместе.
– Но нам правда хорошо вместе!
– Тогда какого черта ты приходишь домой и рассказываешь, что влюблена в какого-то, чтоб его, Рикарда? Объясни!
Том брызгал слюной, выкрикивая это, и Анника подумала, что еще никогда не видела его в таком состоянии. Злость, отчаяние и что-то еще… Да он в панике, сказала себе она. Вдруг вся ситуация прояснилась. Анника как будто повернула трубку калейдоскопа, и все реплики поменялись местами. И она ощутила панику. Его панику.
– Том, послушай меня. – Анника попыталась взять его за руки, но он вырвал их. – Я не хочу этого.
– А чего ты хочешь? Чтобы я тебя пожалел?
– Нет, я хочу, чтобы мы все наладили. Чтобы мы снова нашли путь друг к другу.
Том, казалось, немного успокоился, услышав эти слова. Он молча слушал, как она продолжила:
– Мне не нужен Рикард. Мне нужен ты.
Это была правда. По крайней мере, наполовину. Ей нужен Том. А то, другое, рассосется, как только она решит покончить со своей влюбленностью. Но это уже ее дело, как она будет со всем разбираться. Том и так сыт ее правдой по горло.
– И как же мы будем искать этот путь друг к другу?
– Не знаю. Разговаривать, как сейчас.
Анника снова попыталась взять Тома за руки, и на сей раз он ей это позволил. Его кисти казались обмякшими, тяжелыми. И он не обнял ее, когда она сжала его ладони в своих.
Оба не сказали больше почти ничего. Анника попыталась продолжить разговор, но Том не отвечал, словно замкнувшись в себе. Контакт был утрачен. Лучше бы ты злился, невольно подумала Анника. Лучше все что угодно, чем это застывшее лицо.
Наконец она предложила пойти спать. Том равнодушно кивнул. Лежа рядом с ним в постели, Анника смотрела в темноту и думала, не в таких ли ситуациях помогает примириться секс. Но для них это, похоже, было неактуально. Том дышал ровно и глубоко, но она знала, что он не спит. Точно так же, как он знал, что не спит и она. Как он был ей нужен сейчас, как нужна его близость! Это подтвердило бы, что она поступила правильно. Но Анника не решалась придвинуться к нему. Он оскорблен, и это ее вина. У нее нет прав требовать чего бы то ни было.
Аннике повезло: Рикард уехал на всю неделю, так что она смогла полностью посвятить себя работе, ни на что не отвлекаясь. И с головой ушла в документы и дела. Перелопатила гору бумаг, давно ждавших своего часа, составила для Турда отчет об уровне продаж и организовала сбор денег на подарок Дженет, которой через неделю исполнялось тридцать лет. Анника даже подменила разок их секретаршу Пенни, хотя это и не входило в ее обязанности.
В четверг Анника ушла с работы рано – была ее очередь забирать детей, и она хотела до этого успеть зайти в магазин за продуктами.
Когда она подошла к детскому саду с двумя доверху набитыми сумками, навстречу ей бросился Микаэль и обхватил ее ногу обеими руками. Анника отставила в сторону пакеты и попыталась осторожно высвободиться из его объятий.
– Привет, солнышко. А что это на тебе за брюки?
– Я по тебе соскучился.
– Я тоже по тебе скучала. Ты надел чужие брюки? Давай ты переоденешься в свои, хорошо?
– Нет, не хочу.
Микаэль отпустил ее ногу и убежал из вестибюля. Анника собиралась позвать его, но тут к ней вышла воспитательница Катрин.
– Здравствуйте, Анника. У вас найдется несколько минут, чтобы кое-что обсудить?
– Да, конечно.
Анника удивилась. Ведь она вроде пришла за Микаэлем вовремя? Неужели она утром забыла дать ему с собой фруктов, чтобы ему было чем перекусить во время сегодняшней экскурсии?
– Я хотела бы поговорить с вами о Микаэле. – Катрин оглянулась, чтобы убедиться, что тот не бежит обратно, и продолжила: – Он стал немного беспокойным.
– Беспокойным? Что вы имеете в виду?
– Ну как вам объяснить? Например, он стал часто ссориться с другими детьми, толкает их, отбирает игрушки.
– Что вы говорите!
– Да, а сегодня днем во время экскурсии он описался. Вполне возможно, это случайность и больше не повторится, но с ним уже давно такого не бывало.
– Ах, так вот почему на нем…
– Нам пришлось дать ему чистые брюки. Вы можете вернуть их завтра.
– Конечно. Спасибо.
– Может быть, в этом нет ничего особенного. Дети в своем развитии проходят разные стадии, но я на всякий случай все же хотела вам об этом рассказать.
– Да, разумеется, я должна знать…
Анника не успела договорить, потому что в вестибюль вбежал Микаэль. Катрин попрощалась и вернулась к детям. Микаэль подошел к стоявшим рядом с Анникой сумкам и начал в них копаться. Упаковка с мясным фаршем вывалилась на грязный пол, и одна головка чеснока закатилась под полку с обувью. Анника рассердилась, но, увидев виноватое личико сынишки, вовремя прикусила язык. Она помогла ему одеться, забрала из его шкафчика пакет с мокрыми брюками, и они отправились за Андреа. По дороге Анника попыталась потихоньку расспросить Микаэля, в чем дело, заговорила об экскурсии, о том, как прошел день, но малыш не захотел отвечать. Он подобрал с земли палочку и вел ею по стенам домов, пока они не дошли до школы.
