Трое в штатском, словно в третьесортном американском боевике, выхватили пистолеты. Один из них взял на прицел Олега. Двое других принялись шарить дулами своего оружия по двору, но ни звука не донеслось из темноты. Они оказались в такой ситуации, когда не знали, что делать. Очень часто в таких случаях спасает оружие, и они это знали. Некоторое время царила гнетущая тишина, нарушаемая только далекими уличными шумами да звуками музыки, доносящимися откуда-то сверху. Убедившись в том, что все спокойно и беглянкам удалось скрыться, трое в штатском вывели Олега из машины и едва не волоком втащили в ближайший подъезд. Быстрое восхождение по длинным крутым лестницам окончилось в чистенькой, по-казенному обставленной квартире.
Кто были они, спутники Олега в этом ночном путешествии? Они не были бандитами или представителями какой-либо другой преступной структуры. Это были честные ребята. Те, на ком испокон веков держится любое предприятие или организация. Они никогда не задавали вопросов, а только четко и быстро выполняли приказы своего командира. И не их вина в том, что госструктура, в которой они служили, была старательно развалена сверху и подпала под влияние тех, кто в былые времена больше всего на свете боялся ее сотрудников. Когда-то здесь работали самые лучшие головы страны. Про эту организацию ходили полные мистического поклонения легенды. Но за последнее время «голову» лишили «рук», и желтая пресса принялась припоминать все промахи и ошибки былого. Как голодные псы набросились критики всех мастей на ту самую службу, без которой любая, даже самая сильная страна становится игрушкой в руках внешних и внутренних врагов.
Однокомнатная квартира была аккуратно обставлена всем необходимым. Прослушивающая аппаратура была на самом высшем уровне. В случае крайней нужды можно было незаметно не только записать речь посетителя, но и снять встречу на видеокассету. Квартира была, как ни странно это звучит, конспиративной и служила явкой для встреч резидентов с агентами. Немало слышали эти стены сверхсекретных переговоров и если бы смогли заговорить, то повергли бы в шок многих сильных мира сего.
Олега усадили в кресло, стоящее посередине комнаты, и оставили на время в покое. Один из молодых людей краем глаза приглядывал за ним, занимаясь параллельно подготовкой к допросу. Двое других вышли в это время в соседнее помещение и, по предположению Олега, готовили там аппаратуру для записи беседы. Наконец один из них появился в дверях с телекамерой в руках. Он деловито установил ее на штативе и направил объектив на Олега.
Потом были заданы банальные вопросы для составления анкеты. Олегу дали расписаться в том, что он предупрежден об ответственности за дачу ложных показаний. Молодой человек, который вел протокол, представился. Но Олег сразу понял, что имя следователя вымышленное, и ему очень захотелось задать вопрос о том, что будет этому человеку за ложь. Однако наш герой счел нужным промолчать. Только лишь когда с формальностями было покончено, он спросил:
— Простите, я могу надеть очки? Свет режет мне глаза. — Следователь на мгновение задумался. Третий молодой человек прошел за спину Олега, с тем чтобы предупредить его возможные действия.
— Хорошо, — наконец кивнул следователь.
Олег плавными движениями, чтобы не спровоцировать стоящего за спиной, достал очки из нагрудного кармана и водрузил их на положенное им место. Все трое сотрудников службы были по-прежнему цвета маренго, а[значит — не были ему врагами.
— Итак. — Следователь сдвинул лежащие перед ним бумаги. — Для начала расскажите, кто были те девушки, которые находились с вами в машине?
— Это были мои роботы, — честно ответил Олег. — Они действовали по моему приказанию. И тот, кто отдал вам приказ задержать меня, хорошо об этом знает.
Следователь озадаченно взглянул на своих коллег. Тот, что стоял у камеры, пожал плечами, а другой, похоже, повертел пальцем у виска.
— Я выполняю миссию по очищению города и страны от враждебных человечеству сил и хочу, чтобы об этом знало ваше начальство, — продолжал Олег. — То, что я сейчас говорю, является прямым вызовом моим противникам.
— Хорошо. — Следователю наконец удалось совладать со своим удивлением, и его лицо снова обрело невозмутимость. — Вы утверждаете, что к угону автомобиля не имеете никакого отношения?
— Автомобиль — только предлог для моего задержания, — ответил Олег. — Я пока не знаю, что вы еще мне инкриминируете, но понимаю, что это — ваша работа. Вам приказали — вы исполняете. Давайте договоримся так: вы меня отпускаете за неимением состава преступления и передаете материалы кому положено. А я ухожу.
— Вы сами-то понимаете, что говорите? — поинтересовался следователь. — Вы задержаны за совершение вполне конкретного преступления. Задержаны с поличным. И мы не можем вас «отпустить» до того момента, пока не будет доказана ваша невиновность.
— Вообще-то это вы должны доказать суду, буде такой состоится, мою виновность, — заметил Олег. — Но надо отдать должное моему противнику. Он все очень хорошо продумал; В шахматах это называется «вилка». Вы меня задержали, и теперь дело осталось за малым — сфабриковать «неопровержимые» доказательства моей вины. А уж об этом он позаботится. Комар носа не подточит! Возможно даже, что труп, обнаруженный в машине, тоже повесят на меня, хотя я точно знаю, что тот малый скончался от сердечной недостаточности. Если я сейчас отдамся на волю судьбы, то мне надолго свяжут руки и при первой возможности тихо уберут. Если же я попробую вырваться, то вы, возможно, убьете меня при попытке к бегству. Результат тот же. Если же я все же сумею сбежать, то поставлю себя вне закона и потеряю возможность активно действовать. И любой милиционер тогда может арестовать меня по еще большему количеству обвинений. Неплохо задумано?!
— Мне кажется, что ваши фантазии зашли слишком далеко, — устало потер лоб следователь, на которого все же произвела впечатление логика Олега. — Давайте все же вернемся к нашим баранам…
— Ну что же. — Олег попытался подняться, но его удержал за плечи стоящий сзади молодой человек. — Я сказал все, что хотел. Добавлю только то, что я не желаю вам зла. Вы здесь ни при чем, вас подставили силы, о которых вы не имеете ни малейшего понятия. Сейчас я уйду отсюда, и вы не сможете мне в этом воспрепятствовать. Если у вас найдется, что мне сказать, то все мои координаты у вас есть. А теперь, девочки мои, мне нужно уйти отсюда.
Следователь успел удивиться такому обращению, но понять, что это приказ действовать, уже не смог. В прихожей раздался короткий треск, и корпус дверного замка I прахом осыпался на линолеум. Дальнейшее происходило столь стремительно, что казалось, все идет в некоем замедленном фильме. В дверях появились две девушки и синхронно плюнули в следователя и оператора с телекамерой. В воздухе мелькнули короткие тонкие иглы, и оба оперативника замерли в нелепых позах. Последним отключился тот, что стоял позади Олега. Никто из них не успел даже достать оружие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
