этот символ, размер и вес предмета, который он мог поднять, переставали иметь большое значение. И ни один демон, не важно, насколько он будет одарён, не способен защититься, если его схватит Тэя. Она его просто раздавит в кровавую кашу.
— Ты говорил, что это не самый сильный символ? — спросила она, наверняка думая о том же, что и я.
— Так и есть, — ответил я. — Если только Вы не собираетесь становиться строителем. Простите, это нервное. Госпожа Гера?
— Можешь звать меня старшей сестрой, — промурлыкала Гера, взяв меня сзади под руку и чмокнув в щёку.
Как оказалось, она могла призвать силу четвёртой молитвы простыми словами. Понятно, почему старшие жрицы решили сесть подальше от беседки. Я бросил взгляд на хранительницу символов, спешащую покинуть беседку. Выглядела она так, словно у неё резко и очень сильно заболел зуб.
Отпустив меня, Гера вышла под открытое небо и посмотрела наверх. Куб мрамора вспыхнул, а нас обдало жаром, словно мы стояли рядом с открытой топкой печи. Огонь начал разгораться и подниматься выше, разливая вокруг волны опаляющего жара. Я отступил под навес, не сильно любопытствуя, что происходило наверху, а вот Тэя смотрела с интересом, прикрывая лицо рукавом накидки. Старшие жрицы тоже поспешили закрыть лица, так как жар стал практически невыносимым. Послышалось яростное гудение и завывание.
— Достаточно, — сказала Тэя.
Огонь над строительной площадкой исчез так же внезапно, как и появился. Раскрасневшаяся от жара Гера вошла под навес, довольная собой. Края её платья слегка дымились. Удивительно, что она волосы не опалила. Площадку перед беседкой обдало порывом раскалённого воздуха, когда мраморный куб начал быстро опускаться. Тэя всё-таки не рассчитала инерцию и не смогла остановить его вовремя, поэтому все семьдесят тонн с глухим «бум» рухнули в мокрую землю, ощутимо встряхнув беседку. Послышалось шипение, и нас снова обдало порывом горячего воздуха. Блок увяз сантиметров на тридцать и слегка наклонился. Пока я разглядывал его, Гера умудрилась чмокнуть меня в другую щёку и взять под руку.
— Так с кем, говоришь, ты подрался? — спросила она, и взгляд приторно добрый. Она осторожно коснулась пальчиком моей щеки, отчего синяк под глазом отдал резкой болью.
— Вот, а Вы мне не верили, что даже один единственный символ может быть сильнее, чем размалёванные спины старших жриц, — сказал я, пытаясь высвободить руку, но не получилось. В отличие от госпожи Натин, этой женщине в глаза смотреть было откровенно страшно. — Там ещё немного места осталось для защитного символа. А потом надо подумать, где нанести вспомогательный, тогда легко сможете в одиночку соседнее государство захватить.
— Зачем тебе соседнее государство? — вполне искренне не поняла она. — Там же одни дикари живут.
— Это я образно выразился, оценивая Вашу силу.
— Значит, у вас только что занятие было? — спросила она, бросив короткий взгляд на Беату, оценивая ссадину у неё на скуле. — Вряд ли это были послушницы, скорее, младшие жрицы.
— Экзамен у них был, — подсказала Тэя, подходя к нам. — Дорна оценивала способность младших жриц читать вторую молитву.
— Дорна? — на лице Геры появилось странное удивление.
— Кстати, она проверила, как Василий освоился с символом понимания? — спросила Тэя у Беаты.
— Нет.
— Я же просила, — начала сердиться Тэя. — Где она?!
Взгляд женщин упал на лавки старших жриц.
— Может, придержите их, госпожа Тэя, а я разом накрою? — спросила Гера.
По мне, так помощь верховной в этом и не требовалась вовсе. Но Гера верно подметила, старые жрицы после демонстрации о чём-то оживлённо совещались. Тэя почти минуту смотрела в ту сторону, борясь с искушением, затем покачала головой.
— Подождём, — сказала она. — Меня сейчас больше занимает вопрос, что с символом понимания у Василия, и кто такой смелый среди младших жриц?
— Я сам во всём разберусь, — сказал я, пытаясь высвободить руки, так как меня держали уже с двух сторон.
В сторону беседки, огибая мраморный блок, спешно шла молодая жрица, слегка приподняв подол платья, чтобы не мешал.
— Госпожа Тэя, — добравшись до беседки, жрица поклонилась. — Его Императорское Величество был впечатлён и просил встретиться с ним.
— Здесь был Император? — удивился я и обязательно закрыл бы себе рот ладонью, за несдержанность, но меня по-прежнему держали за руки.
— Дами очень давно утратили огненные техники, — сказала Тэя, ничуть не рассердившись на то, что влез. — Если бы он узнал, что мы их вернули и ничего ему не сказали, то огорчился бы. Пусть ждёт, я сейчас к нему подойду.
— Всё поняла, — жрица ещё раз поклонилась и поспешила в обратном направлении.
Я и забыл, что многие техники были утеряны, в том числе огненные. Но в прошлый раз они не вызвали столько волнения. Не помню, общалась ли Беата по этому поводу с Императором или нет.
— Чем ещё хвастаться? — спросила Тэя у меня. — Чтобы каждые десять дней не бегать и не успокаивать Его Величество.
— В старых книгах написано, что стражи храма должны владеть символами огня, молний, железного песка и парящими облаками. Огонь хотя и самый сильный навык, но не всегда полезный. Пока врага в головешку превратишь, сам можешь обжечься. Все эти символы предназначены для войны с простыми демонами. Против одарённых и длинноухих, если они полезут в этот мир, есть более эффективные.
— Понятно, — кивнула она. — Пойду обрадую Императора. Гера, присмотри за ним, чтобы второй глаз не подбили.
Глава 7
Отбиться от навязчивого внимания Геры удалось не с первого раза. Она никак не хотела отпускать меня, говоря, что у нас будет что обсудить, когда вернётся Тэя. Мне же не хотелось втягивать старших в мелкие разборки с младшими жрицами, поэтому, когда кто-то из старших жриц отвлёк её внимание, пригласив на приватный разговор, нам с Беатой удалось улизнуть из беседки.
— Что думаешь? — спросил я у Беаты, когда мы шли к храму.
— А что думать? — не поняла она. — Это потрясающий символ. Огонь же тысячу лет как забыт, а тут такое представление. Я тоже такой хочу.
— Тебе он не подойдёт, да и спрашивал я не об этом. Что думаешь насчёт всего происходящего?
— Не совсем понимаю, о чём ты.
— Ты знаешь,
