новаторского решительно во всех областях социалистической культуры и строительства. Борьба со всеми явлениями косности, рутины, бюрократизма, мешающими развитию нового, коммунистического. Утверждение всепобеждающей силы учения Ленина – Сталина в общественном развитии человечества, в мировой науке. Разоблачение лженаучных буржуазных теорий и борьба со всеми искажениями учения Ленина – Сталина. Освещение мировой роли советской литературы как провозвестницы новой коммунистической морали человечества. Борьба за большевистскую партийность советской литературы и искусства. Укрепление связи советских писателей и всех деятелей искусств с народной жизнью, с современностью. Борьба за повышение идейного и художественного уровня советской литературы и искусства…” Для реализации столь обширных задач редакции разрешалось создать большую корреспондентскую сеть, в десять раз – до 500 тысяч экземпляров, увеличивался тираж, в два раза периодичность. Газета получала доступ ко “всем видам общей и специальной информации”. Создавались четыре раздела – внутренней жизни, международной жизни, науки и техники, литературы и искусства»[333].
18 августа Секретариат ССП, собравшийся под председательством А. А. Фадеева, оформил это решение[334], оставив во главе редакции В. В. Ермилова, назначенного в январе, но подняв его на серьезную идеологическую и политическую высоту, с которой он деятельно и весьма эффективно руководил работой газеты.
Позднее И. Г. Эренбург так определил цель создания обновленного печатного органа:
«Задача была воспитать презрение, воспитать ненависть к нашим сегодняшним недоброжелателям и нашим завтрашним противникам, – воспитать эту ненависть у огромного количества людей. Какова должна быть основная мишень? Ясно, – Америка и американский образ жизни, который американцы стараются навязать миру»[335].
Министр высшего образования СССР С. В. Кафтанов по итогам «дела КР» сделал следующие выводы:
«Советская наука имеет огромные успехи. Она имеет все основания в ближайшее время превзойти достижения науки за рубежом. Современная империалистическая буржуазия пытается возродить прежние легенды об отсталости России, с тем чтобы, как это было раньше, обкрадывать русских ученых, присваивать себе их открытия, добывать для своих империалистических хозяев приоритет в науке, нужный им как оружие эксплуатации, как средство личного обогащения.
Некоторые наши ученые, поддаваясь этим домогательствам, проявляя низкопоклонство перед буржуазной наукой, иногда исходя из псевдогуманистических целей или личных интересов, в погоне за личной славой стараются скорее сообщить о своих научных достижениях за границу, пренебрегая интересами своего государства.
В результате таких антипатриотических и антигосударственных поступков достижения и открытия наших ученых нередко становятся известными и используются за границей раньше, чем в нашей стране, а это ведет к потере приоритета наших ученых и потере прав советского государства на новые открытия, что наносит серьезный ущерб нашей стране. Антипатриотический и антигосударственный характер подобных действий совершенно очевиден.
Некоторые ученые считают, что, поступая таким образом, они проявляют гуманизм и помогают всему человечеству использовать новое открытие. Это, конечно, – ошибочное представление.
Прежде всего, научные открытия, как только они попадают в капиталистические страны, становятся достоянием не трудящихся, не народа, а капиталистов и империалистов. Не следует забывать, что только в нашей стране все научные достижения и открытия служат народу, являются его достоянием. За рубежом достижения ученых становятся собственностью фирм, концернов, крупных капиталистов, которые исходя из своих корыстных интересов применяют эти достижения для эксплуатации трудящихся, получая на них огромные прибыли, или используют их в целях империалистической экспансии ‹…›.
Поэтому совершенно недопустимыми, достойными сурового осуждения являются факты, когда отдельные ученые, открыв то или иное явление, тот или иной препарат или создав ту или иную машину, не заботятся о сохранении приоритета нашей страны, не соблюдают необходимой секретности в работе, а часто даже стремятся немедленно опубликовать об этом в печати – и даже не в нашей печати, а за границей, – нанося тем самым большой урон советскому государству.
Нет необходимости доказывать, что пренебрежительное отношение отдельных ученых к вопросу о том, где будет использовано их научное открытие – у нас или за границей, – ничего общего не имеет с советской идеологией, с советским патриотизмом»[336].
Как можно видеть, «дело КР» имело серьезнейшие последствия, но всесоюзного резонанса еще не получило. Закрытые обсуждения письма ЦК, пьеса К. Симонова «Чужая тень», созданная по мотивам дела, оставались локальными мероприятиями, тогда как руководству страны не терпелось донести свои мысли до каждого. И тогда был задействован последний, важнейший инструмент советской пропаганды – кинематограф.
Именно кинофильм «Суд чести», являющийся пересказом реальных событий, притом необыкновенно близким, стал заключительным аккордом этой идеологической кампании. Картина была поручена сценаристу А. П. Штейну и режиссеру А. М. Роому, которые в процессе работы посетили и сам суд над учеными. Осенью 1947 г. готовый сценарий был направлен в ЦК, а в начале 1948-го, после внесения корректив, утвержден министерством. В марте на «Мосфильме» начались съемки, и к ноябрю фильм был готов. Руководство страны осталось довольно: 8 января 1949 г. Министерство кинематографии СССР выдало разрешительное удостоверение на демонстрацию фильма[337], 25 января состоялась его премьера, и в том же году создатели картины и исполнители главных ролей были удостоены Сталинской премии I степени.
Весь смысл идеологической кампании – как предтечи борьбы с космополитизмом – выражен в словах общественного обвинителя на суде чести, роль которого исполнил Б. П. Чирков:
«Я один из членов семьи советских ученых, облаченный доверием Суда Чести, вами избранного, обвиняю тех, кто забыл о своей национальной гордости, кто унизил честь и достоинство нашей родины. Нет большего срама для советского гражданина!
Кому хотели вы отдать сокровища науки нашей? Ее благородные открытия… ее прекрасные дерзания? Тому, кто стремится ввергнуть человечество в адское пекло новой войны. Тому, кто размахивает над земным шаром атомной бомбой. Не позволим! Во имя счастья человечества, не позволим!
У кого искали вы признания? У кого вымаливали на коленях мировую славу? У заокеанских торговцев смертью… У лавочников, у наемных убийц! Жалкая, копеечная ваша слава. Все человечество взирает на нас, мы его надежда, мы его совесть, и это правда. Вы это знаете. Тот, кто завоевал славу здесь, в Советском Союзе, тот завоевал ее и во всем мире.
Как же вы могли, как вы посмели поступиться славой нашей родины. Нам ли, советским ученым, быть беспачпортными бродягами в человечестве? Нам ли быть безродными космополитами? Нам ли быть Иванами, не помнящими родства?
Дорогие друзья мои, нам, советским людям, обращено слово вождя народов. Мы должны догнать и в ближайшее время превзойти достижения науки за пределами нашей родины… Как же решать эту большую ответственную задачу, не отряхнув с колен пыль старого мира, не отрешившись от всей скверны прошлого…
Да будет этот Суд Чести напоминанием всем
