Софи прошептала:
— И вы верите, что…
— Да, я верю, что это пророчество о вас. Точнее, я в этом совершенно убежден.
Ската сделала шаг вперед и встала рядом с Фламелем.
— И это означает, что вы особенно важны, причем не только для нас, но и для Ди и темных старейшин.
— Почему? — Джош облизал вдруг пересохшие губы. — Почему мы так важны?
Алхимик оглянулся через плечо, ища у Скетти поддержки. Та кивнула:
— Скажи им. Они должны знать.
Близнецы перевели взгляд со Скетти на алхимика. У них возникло ощущение, что сейчас они услышат нечто необыкновенно важное. Софи взяла брата за руку, и он крепко сжал ее пальцы.
— Кодекс предсказал, что «двое как один» придут либо спасти, либо разрушить мир.
— Что значит либо спасти, либо разрушить? — насторожился Джош. — Уж или то, или другое, а?
— В Кодексе используется слово, похожее на древневавилонский символ, обозначающий «либо», — объяснил Фламель. — Вообще-то я всегда полагал, что у одного из вас будет потенциал к спасению мира, а у другого — способность разрушить его.
Софи пихнула брата в бок.
— Это про тебя.
Фламель отступил на шаг назад.
— Через пару часов проснется Геката, и я попрошу ее пробудить ваши магические способности. Уверен, у нее получится. Возлагаю на это все надежды, — горячо произнес он. — Тогда мы уедем.
— Куда? — в один голос спросили Джош и Софи. — Разве Геката не разрешит остаться здесь?
— Я надеюсь, что нам удастся убедить других старейшин или бессмертных людей помочь в вашем обучении. Нет, здесь мы остаться не можем. Ди и Морриган разбудили одну из самых грозных старейшин — Бастет.
— Египетскую богиню кошек? — спросила Софи.
Фламель удивленно моргнул.
— Ты меня поразила!
— У нас родители археологи, помните? Пока другим детишкам читали сказки, наши родители рассказывали нам мифы и легенды.
Алхимик кивнул.
— Пока мы с вами разговариваем, Бастет и Морриган собирают войска для решительного наступления на царство Гекаты. Я думал, что это случится после наступления темноты, когда Геката будет спать, но пока их не видно, а скоро уже рассвет. Они наверняка знают, что у них всего один шанс, поэтому им нужно собрать все силы перед нападением. Сейчас они еще не знают, что нам известны их намерения. Тем более они не знают, что мы узнали о пробуждении Бастет. Однако мы будем готовы отразить их атаку.
— Но откуда вы узнали обо всем? — спросила Софи.
— Мне сказала Перенель. — Фламель отмахнулся от напрашивающегося вопроса. — Она женщина изобретательная, попросила бестелесного духа передать мне весточку.
— Бестелесного духа? — переспросила Софи. — Это вроде привидения?
После всего, что они успели повидать, ей оказалось очень легко поверить в духов.
— Вот именно, — ответил Фламель.
— Что произойдет, если они нападут? Что это будет за нападение? — спросил Джош.
Фламель посмотрел на Скетти.
— Меня еще не было на свете, когда старейшины сражались друг с другом.
— А я была, — мрачно сказала Скетти. — Большинство людей даже не поймут, что происходит. — Она пожала плечами. — Но освобождение магической энергии в царствах теней, без сомнения, повлияет на климат и, в отдельных местах, на геологию. Начнутся землетрясения, торнадо, ураганы и ливни. Терпеть не могу дождь, — прибавила она. — Поэтому я уехала из Ирландии.
— Есть кое-что, что мы можем сделать, — сказала Софи. — Мы должны предупредить людей.
— Интересно, каким же образом? — спросил Фламель. — «Послушайте, граждане, скоро начнется заварушка магических сил, так что ждите наводнения или землетрясения»? Может, сразу позвоним на телевидение и на метеостанцию?
— Но мы должны…
— Ничего мы не должны, — твердо ответил алхимик. — Мы должны увезти вас и страницы Кодекса подальше отсюда.
— А как же Геката? — спросил Джош. — Она сможет за себя постоять?
— Отразить Ди и Морриган — да. А вот если к ним присоединится Бастет, то… я не знаю, — ответила Скетти. — Мне неизвестны возможности богини.
— Но она могущественнее, чем вы себе представляете.
Все разом обернулись и увидели девочку не старше одиннадцати лет. Она стояла в дверях, моргала и сладко позевывала. Протерев желтые глаза, она уставилась на присутствующих и улыбнулась, продемонстрировав великолепную белизну зубов на фоне темной кожи. На девочке был короткий балахон наподобие тоги, из того же переливающегося материала, что был на старшей Гекате, но на этот раз платье играло золотыми и зелеными волнами. Ее платиновые волосы спускались кудрями на плечи.
Алхимик поклонился.
— Доброе утро. Не думал, что ты встанешь до рассвета.
— Да как можно спать, когда тут такое творится? — воскликнула Геката. — Меня разбудил дом.
— Дом… — эхом отозвался Джош.
— Дом живой, — спокойно пояснила Геката.
Джош мог бы отпустить с дюжину комментариев, но, вспомнив про зеленую слизь, благоразумно решил держать рот на замке.
— Насколько я понимаю, Морриган и моя старшая сестра Бастет задумали напасть на мое царство теней? — угрюмо констатировала девочка.
Николя мельком взглянул на Скату, и та едва заметно пожала плечами. Она понятия не имела, откуда Геката могла об этом узнать.
— Надеюсь, вы понимаете, что ничто происходящее в этом доме, ни одно слово, произнесенное вслух или шепотом, и даже мысль, — прибавила Геката, покосившись на Джоша, — от меня не ускользнет.
Девочка улыбнулась и в тот миг стала очень похожа на свою более взрослую ипостась. Улыбка тронула губы, но не озарила ее глаза. Девочка прошла в комнату, и Софи заметила, как с каждым ее движением дом реагирует на присутствие своей хозяйки. На том месте, где она только что стояла, начали пробиваться зеленые ростки, а дверной косяк зацвел мелкими зелеными цветами. Трехликая богиня остановилась напротив Николя и заглянула в его встревоженные глаза.
— Лучше бы ты вообще не приходил. Лучше бы ты не приносил с собой неприятности. Лучше бы мне не сражаться с сестрой и племянницей. И уж конечно было бы лучше, если бы меня не заставляли вставать на чью-либо сторону.
Ската скрестила руки на груди и мрачно посмотрела на богиню.
— Тебе никогда не нравилось принимать какую-то одну сторону, Геката. Неудивительно, что у тебя три лица.
В этот момент Софи наблюдала за Гекатой и заметила, что на секунду в глазах юной девочки блеснуло нечто зловещее и неизмеримо древнее.
— Я прожила несколько тысячелетий, потому что всегда поступала по-своему, — огрызнулась Геката. — Но я принимала одну сторону, если борьба того стоила.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
