Саше захотелось скорее выбраться из машины и бежать куда глаза глядят, никогда больше не возвращаться в этот город, жить в Петровске и всё забыть. Всё-всё забыть…
— Ты хочешь уйти? — спросил Сергей. — Времени сейчас половина двенадцатого ночи, куда ты пойдёшь?
— На вокзал, — пробормотал Саша. Он был уверен, что Сергей прогоняет его. Хотя и не сказал прямо «уходи», но спросил же.
— Хорошо, я тебя отвезу, только в магазин зайду, подождёшь?
Не дожидаясь ответа, Сергей открыл дверь «Ауди», вышел из машины, и дверь снова захлопнулась с лёгким щелчком.
Саша ещё раз попытался осознать происходящее. Неужели и правда он виноват во всём? Только из-за его малодушия Сергей не смог изменить свою жизнь, из-за глупой лжи так долго оставался один. Нет! Не был он один, с Максом был. Все эти месяцы… Или не был?
Саша задохнулся от жгучей ревности. Ему и в голову не приходило, пока переписывался с Сергеем, что есть кто-то ещё между ними. Как же это больно!
Саша внутренне сжался, он хотел промолчать, не выдать себя, но когда вернулся Сергей, то первый вопрос, сорвавшийся с губ Саши был:
— Значит, всё это время, пока мы переписывались, ты оставался с Максом?
— В том, что касалось наших дел — да, — ответил Сергей, — а в остальном… Я должен тебе отчитываться? — нахмурился Сергей.
— Нет, не должен.
Саша хотел выйти из машины, но автоматически заблокированная дверь не открывалась.
— Открой, я лучше пойду.
— Куда? Ты города не знаешь.
— Всё равно… пойду.
— В час ночи? Тебя в полицию заберут без регистрации. Ладно, не обижайся, согласись, что было бы хуже, если бы я промолчал. Всё равно ты узнал бы. Поедем ко мне, а? Я есть хочу, и вообще… поговорим спокойно.
Саша не ответил, но Сергей и не ждал ответа, он повернул ключ зажигания и нажал педаль газа. Ревность Саши заставила его позабыть неприятный разговор и попытки шантажа со стороны Макса, сейчас важнее было, чтобы этот мальчик перестал обижаться.
Сергей хотел вернуть душевную близость, которая возникла между ними на катере, в крепости. Но Саша дулся, упрямо молчал, глядя на крепко сцепленные на коленях руки. До самого дома он и рта не раскрыл.
То, что при первой встрече вышло само собой, предстояло завоевывать снова.
В квартире Сергея Саша почувствовал себя неловко. Уже с порога он понял, что это не просто дом, всё там было как с картинки из модного глянцевого журнала о недвижимости или о жизни богатых и знаменитых, выставлено «напоказ» подчёркнуто-эффектно.
Стиль интерьера определялся с трудом, ближе всего к модерну, но без вычурности в деталях. Это был какой-то усовершенствованный осовремененный модерн с уклоном в конструктивизм. Лаконичный, немного угловатый и холодный.
Равнодушие дизайнеров к тем, кто стал бы жить в таком доме, проявлялось во всём, начиная с подвесного потолка и заканчивая ковриком перед входной дверью. Смешение стилей сбивало с толку, лишало убранство комнат внутреннего содержания. Создавалось впечатление, что дом этот не жилой, а скорее — демонстрация. Достатка и респектабельности, уверенности в себе. Хозяева и гости должны были во всём соответствовать дому.
Саше захотелось уйти. Обида на Сергея всё ещё не улеглась, и ревность подступала к глазам злыми слезами.
— Проходи в комнаты, — не обращая внимания на насупленную физиономию Саши, сказал Сергей, — а я ужином займусь. Ты располагайся, гостиная прямо, вон туда, включи телевизор, если хочешь. Или компьютер.
Такое приглашение не оставило Саше пути к отступлению, и он послушно прошел в гостиную. Сел на диван, опять сцепил пальцы и попытался думать. Получалось плохо. Обида на Сергея мешала и размывала все другие мысли.
Из кухни слышался звон посуды, плеск воды и жужжание миксера или кофемолки.
Вот так же Сергей, наверно, готовил и для Макса, а тот сидел тут на этом диване и смотрел телевизор…
Не надо было приходить. На вокзал и домой — вот что надо было. Теперь уже поздно. А что же будет?
— Иди сюда, Алекс, — услышал он голос Сергея и даже вздрогнул.
«Алекс…» Саша не двинулся с места.
Сергей сам пришел в комнату. Он еще не переодевался в домашнее, только расстегнул и закатал рукава рубашки.
— Ну, ты чего тут сидишь как бедный родственник? Даже пиджак не снял, — сказал Сергей. — Раздевайся, на кухне жарко.
— Может, не надо? — спросил Саша.
— Чего не надо?
— Ничего… ужина, и вообще.
— А я и не предлагал тебе «вообще» — только ужин, — усмехнулся Сергей. — Идём, не валяй дурака, ты весь день голодный бродишь. Ну, чего ты?
Сергей подошел и сел рядом с Сашей на диван.
От этой близости мысли у Саши сейчас же смешались. Он покраснел. Сергей положил руку на сцепленные на коленях Сашины пальцы.
— За Макса сердишься? Не надо! Я же тебе объяснил. Ну не мог я в самом деле сказать в письмах, тем более, когда думал, что ты…
— Женщина? — закончил недосказанное Саша.
— Да.
— Это плохо?
— Не знаю. Теперь не знаю.
Сергей не отпускал руку Саши, его ладонь была горячей.
— Всё-таки я виноват… — Саша хотел сказать совсем другое, но не знал как. Он не представлял, что подумает Сергей, как отнесётся к этим словам.
— Совсем не виноват, брось ты думать об этом. В сети и не так ещё разыгрывают друг друга. — Сергей пытался шутить, но и он хотел сказать Саше совсем другое и боялся этого.
Некоторое время они молчали. И всё-таки Саша не выдержал, он сорвался и заговорил:
— Я не разыгрывал тебя! Я хочу, чтобы ты любил меня, как её! Нет, как Макса, ведь ты можешь полюбить меня так?
Он повернулся к Сергею и по-щенячьи трогательно заглядывал в глаза. Заплаканный с дрожащими губами, он был таким слабым и доступным. Жалким. Не сопротивлялся ничему. Сергей мог бы сделать с ним что угодно, потому и не стал. Он только глубоко вздохнул, отвёл взгляд и покачал головой.
— Нет, я не могу любить тебя так, как Макса, потому что я не люблю его. Совсем. То, что между нами — не любовь. Дружба в начале была, теперь партнерство. А это… ну… просто мы такие. Так вышло по жизни. Не надо тебе этого знать. Не пачкайся ты, сам потом поймёшь, что я прав. — Сергей говорил спокойно, но внутри был настолько напряжен, как натянутая струна, в любую минуту готовая порваться. — Завтра ты уедешь, и всё встанет на свои места. Мы сможем писать друг другу, ничего ведь не изменилось. Даже стало лучше, мы оба теперь знаем всю правду.
— Я не хочу никакой правды. И тебе я не верю, ты меня обманывал с Максом! — Саша понимал, что говорит глупости, но остановиться уже не мог. — Ты… рассказывал ему обо мне? Вы смеялись, да? Ты читал ему мои письма?
— Ну что ты говоришь? Что? Как я мог читать ему твои письма? — Сергей стиснул пальцы Саши. — Я хранил их как самое дорогое, понимаешь? А потом появился ты… — Сергей судорожно вздохнул. — Да плевать на всё! Иди ко мне! — И притянул Сашу к себе, ближе, поцеловал в губы.
Поцелуй был осторожный и робкий. Саша замер. Знакомое чувство накатило, и он знал, что дальше будет мучение. Только во сто крат худшее, потому, что всё это не сон, а наяву невыносимо!
Сергей почувствовал его напряжение и сразу отстранился, он принял это за отказ.
— Прости, — глухо произнёс он. — Наверно, ты прав, не надо было тебе приходить сюда. Я думал, всё обойдётся, но… ты… когда я увидел тебя… Ты можешь спать здесь, и ничего не бойся.
Сергей встал с дивана, хотел уйти из комнаты.
— Нет! — Саша тоже встал. — Пожалуйста, не уходи сейчас. Я не хочу спать и… пожалуйста, не уходи. Мне так плохо.
— Почему? Почему плохо? Ты обиделся?
— Нет… Я… — Голос у Саши пресёкся, он не мог говорить, да и не знал, что сказать, как попросить Сергея о помощи. — Мне очень плохо, — повторил он, сел на диван, закрыл лицо руками. Его трясло от возбуждения.
Было непонятно, догадался ли Сергей.
— Сейчас я разожгу камин, ночью холодно становится, отопление отключено уже с неделю, — сказал он, — а потом мы посидим и посмотрим на огонь. Это хорошо…
