— И он мне еще там будет что-то говорить про мое неподобающее поведение!
— Этой традиции, Иллария, уже тысячи лет! С какой стати я должен идти у вас на поводу и нарушать писанные древними предками предписания для императоров и их жен? — Дагнар снова сделал ко мне наступающий шаг, будто сдерживаясь из последних сил от страстного желания наброситься на меня и сделать со мной что- нибудь очень плохое.
— Они тоже предписывали брать себе в жены императриц против их воли? И с каких это пор, слово императора стало ничего не значить? Вам что, никто не поверит, если вы подтвердите во всеуслышание, что вы отымели свою супругу в вашу первую брачную ночь, и что она оказалась при этом девственницей? У вас у самого хотя бы встанет, мой благоверный супруг, если на ваш императорский голый зад будет пялиться столько довольных пар глаз?
Согласна, может я и перегнула малость палку, но, едва ли я приукрасила хоть что- то из сказанного мною, подперев при этом бока кулаками и встав в позу непреклонной жены-скандалистки. И пусть знает! Так просто я ему не дамся! Будет надо, пущу, ко всему прочему, тяжелую артиллерию. На благо, нужной мебели здесь предостаточно.
— Великие Боги! Иллария! Я ваш законный супруг! Вы обязаны меня слушаться и делать то, что я скажу — без пререканий и подобных выходок!
— Ха! А полы мне тут случаем не помыть? Скажет он мне! И только попробуйте ко мне приблизиться! Я подниму такой визг, что моего Крушеньку никакие цепи не остановят. Примчится сюда на всех своих восьми лапках и порвет каждого, на кого я укажу своим царственным пальчиком, как Тузик грелку!
Кажется, моя угроза наконец-то возымела должный эффект. Дагнар не только перестал наступать на меня, но и заметно побледнел. Про прочую публику можно и не говорить. Некоторые из присутствующих святых отцов принялись довольно активно ерзать на своих зрительских местах, будто уже заранее готовясь к самому скоростному в своей жизни марафону.
А вот будут знать! Нечего мне тут своими условиями трясти! Я способна ответить даже без применения ведьминской силы. Не на ту напали!
— Вам кто-нибудь уже говорил до меня, Ваше Императорское Величество, какая вы… безумная и неуправляемая?
— А вы думали, что способны за пару дней прогнуть под себя женщину, которая все эти годы управляла собственной жизнью, как ей на то вздумается? Ваш ошейничек сдерживает мои магические способности, на счет всего остального, увы, вышла маленькая промашка. Но, это вам сейчас решать. Либо будет все по-моему, либо… через десять секунд я поднимаю крик. Отчет пошел! Десять! Девять! Восемь!..
О, да! На это надо только смотреть и любоваться собственными глазами воочию! Как все находящиеся в спальне "третьи" лишние моментально напряглись, а некоторые даже вцепились в подлокотники кресел, намереваясь подскочить со своих мест в самые ближайшие мгновения.
— Хорошо! — взревел Дагнар, поднимая руки вверх вроде как сдающимся жестом. Но, скорее, для того, чтобы меня остановить и прервать мой страшный отсчет. — Что именно ты от меня хочешь, женщина? Чтобы я приказал этим святым отцам покинуть наши покои и тем самым не дать им освидетельствовать нашу состоявшуюся первую брачную ночь?
— А они не могут ее освидетельствовать где-нибудь в другом месте? Например, за дверьми спальни? Обещаю, если вы меня доведете своими ласками до умопомрачительных криков, они тогда точно убедятся в нашем состоявшемся соитии на все двести! И нечего на меня смотреть такими глазами! Если вы были согласны взять меня на глазах стольких, не побоюсь этого слова, извращенцев, то моя прямолинейная честность не обязана вас смущать никоим образом! Да и вы, дьявол вас разорви! Император или нет? Ваше слово здесь хоть что-нибудь да значит?
В этот раз Дагнар буквально побагровел. Вот только слова мне в противовес так и не сумел вставить. Стоял и смотрел на меня так, будто мечтал свернуть мне шею прямо сейчас, не доходя до постельных сцен. И, видимо, прикидывал, успеет ли он до меня допрыгнуть до того, как я завизжу во всю глотку…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Так значит или не значит? Или мне продолжить свой отчет? На чем я там остановилась? На семи? Значит, семь! Шесть!
— Хватит, Иллария! Прекратите сейчас же!
— Что значит прекратить?..
— To и значит! Что я!.. — мой муженек вдруг обернулся лицом ко всем оцепеневшим свидетелям и принялся зачитывать свое внеплановое распоряжение ощутимо злым, но при этом торжественно повелительным голосом. — Дагнар Теоросский и Ардорский, сын истинного императора Теоросса Залрада Африэля, повелеваю с этого самого дня изменить обязательный обряд первой брачной ночи в пределах обоих империй на новую и никем не осуждаемую традицию! Отныне, обряд освидетельствования консуммации будет проходить за пределами спальни брачующихся. Стража и поверенные будут стоять за дверьми и стенами опочивальни до тех пор, пока жених не выйдет из покоев и не подтвердит клятвенными словами о совершенном им заключении брачного союза. И не продемонстрирует с помощью окровавленной простыни доказательства лишения девственности его супруги. Такова моя императорская воля и воля наших Верховных Богов!
Ну вот! Совсем другое дело. И стоило из-за парочки нововведений устраивать весь этот сыр бор?
Как я еще не подпрыгнула на месте от переполнявшего меня восторга и не вскричала "Аллилуйя!"?
— Надеюсь, вы теперь довольны? — Дагнар обернулся ко мне только тогда, когда нашу спальню (наконец-то!) покинули абсолютно все свидетели, слуги и стражники, заперев плотно за собой двери.
— Можно подумать, вам самому не стало легче дышать?
Конечно, я была довольна! И это даже слабо сказано! Я готова была прыгать и плясать от счастья и, в особенности, от выигранной мною маленькой "битвы".
— Мне станет окончательно легче дышать, когда я услышу от вас объяснения, Иллария. Например о том, откуда вам столько известно про интимные отношения между мужчиной и женщиной. И почему вы постоянно пытаетесь поставить меня в неловкое положение, когда демонстрируете свои желания ко мне на глазах посторонних свидетелей?
Мужчина сократил между нами неспешным шагом последние метры и остановился передо мной едва не в самый притык. При этом возвышаясь или нависая надо мной подобно огромному коршуну над зазевавшимся кроликом. И судя по его недовольному взгляду в почерневших глазах, он явно собирался добиться от меня ожидаемых ответов до того, как перейдет к своим прямым супружеским обязанностям.
Глава 14-3
— Значит, демонстрировать свои к вам желания на глазах посторонних свидетелей — это табу, а чуть было не лишить меня девственности перед приемной комиссией — это в порядке вещей, да? — если он думал, что я тут же спасую и стану оправдываться перед ним за все свои невинные шалости, пускай поищет на эту роль кого-то другого!
Я так и продолжала стоять подперев руки в боки, гордо взирая со своего метр-с-кепкой роста на муженька-верзилу и при этом прекрасно осознавая, какой в кем скрывался физический потенциал, и что он мог со мною сделать в любую из ближайших секунд. И едва ли я успею при этом открыть рот и издать хоть какой-то звук.
— Это священники, Иллария! Они не считают себя мужчинами очень давно!
— Да что вы говорите! Расскажите эти сказочки кому-нибудь другому. Даже говорить не хочу, на что способны данные недомужчины! Небось, не только на девочек слюни пускают, но и мальчиками не брезгуют.
— Святые праотцы! — Дагнар чуть было снова не взревел, но ка месте устоял и на меня, слава богу, не накинулся. Хотя уже был на грани. — С тобой невозможно говорить вообще ни о чем! Ты самая невыносимая, бесконтрольная и просто ненормальная женщина, с которой мне приходилось когда-либо сталкиваться! Клянусь всеми своими предками, еще немного и мое терпение банально лопнет! И тогда уже не обессудь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— И что же ты тогда сделаешь? Устроишь БДСМ-сессию в средневековом антураже? Прикуешь снова к стене в подземелье и начнешь воспитывать кнутом?
