"Посадки нет" также оказался первым альбомом в нашей истории, который записывал тот же состав музыкантов, который сочинил песни для него. До этого нам ни разу не удавалось дожить до записи, сохранив цельность коллектива. В "Украл…" были Родины песни, в "Best Before…" — петуховские, в первом альбоме — песни Ленина, тогда как самого Ленина уже не было и в помине.
Альбом был записан. Со второй половины августа началось его сведение, а 18 августа в стране случился финансовый кризис. Дефолт мигом ударил по всем без исключения. Средний класс мигом потерял все свои сбережения. Люди, только-только вошедшие во вкус человеческой жизни, начавшие позволять себе думать не только о хлебе насущном, но еще и о пластинках, журналах, кино, книгах, впали в затяжную депрессию и не многие смогли в конце концов оправиться от нее. Фэны перестали ходить на концерты, у людей не хватало денег даже на метро.
Все цены в рублях мигом поднялись в три-четыре раза, в том числе и студийное время. ФИЛИ не могли выкупить альбом у студии в течение нескольких месяцев. Клубы не могли себе позволить поднять цены на вход в соответствии со скакнувшим курсом доллара и компенсировали свои убытки за счет снижения гонораров и процентов для музыкантов.
И так жившие крайне небогато, мы моментально стали просто нищими. Людям стало не до концертов, а именно концертные деньги были для нас основными средствами пропитания. До 18-го августа 20 рублей (столько стоил в среднем билет на "Тараканов!" в Р-клубе) были шестью долларами. После — стали двумя, а чуть позже превратились вообще в ничто.
Наступило крайне грустное время. Альбом был записан совсем за другой прайс, нежели его теперь можно было продавать. Розничные цены на кассеты и CD хоть и ощутимо возросли, но все равно не соответствовали реальному скачку курса. Теперь для того, чтобы хотя бы вернуть затраченные на запись средства, нам нужно было продавать пластинку такими нереальными тиражами, на которые мы и Фили никогда не были способны. Австрийские CD умерли как класс. Теперь все лейблы в стране срочно переходили к освоению новой ценовой позиции, т. н. "упрощенное издание".
Дешевые диски, напечатанные в России с блеклым двухстраничным буклетом еще можно было как-то предлагать людям в ситуации мгновенного обнищания, а про "дорогие CD", то, что позже стали называть "коллекционными дисками", все забыли на несколько лет.
Первый тираж кассет, которые по филевской лицензии печатал и продавал "Концерн Видеосервис", почти весь вышел с браком записи. Люди с «Видеосервиса» решили выкрутиться в условиях кризиса и закатывали наш альбом поверх старых непроданных позиций, валявшихся на складах неизвестно сколько времени.
Такой их ход немедленно ударил по ансамблю. Покупатели, не желавшие включить мозг хотя бы на секундочку, обвиняли в отвратном качестве купленных кассет группу. Как будто это мы самолично сидим на фабриках и следим за процессом!
Между тем, на лейбле приняли решение продвигать трибьют Depeche Mode клипом, снятым именно на нашу версию «депешевской» песни. "Personal Jesus" действительно получился хорошо, ярко и неожиданно. Никто из нас никогда особо не парился на DM, но и в ненавидимых нами музыкантах они также не ходили. "Personal Jesus" был выбран практически на шару. Эта была единственная песня DM, которую мы смогли припомнить на вскидку. Аранжировка также была сделана очень быстро, за одну репу. Все просто: побыстрее и пожестче. Не помню, кому именно пришла в голову идея перегрузить вокал на студии, но получилось кайфово. Клип на "Personal Jesus" был смонтирован из кусочков военной хроники, каких-то съемок, оставшихся у режиссера от прежних работ, и кадров группы из материалов так и не снятого клипа на песню "Я пил". Еще летом 96-го один парень обратился к нам с предложением снять видео на кинопленку, практически за копейку. Непосредственно после съемки «копейка» наша подошла к концу, денег на проявку и монтаж уже не осталось.
Пленка пролежала два года в шкафу и вот, наконец, для нее нашлось применение. Моя артикуляция не совсем совпадала с текстом "Personal Jesus", но монтажеру удалось найти соответствующие гласные. Таким образом, чувак, на самом деле поющий "Я пил, я пил, пил, пил / ногтей не стриг, усов не брил", в клипе запел "Your own Personal Jesus". Клип с бюджетом в несколько сотен долларов сразу пошел в ротацию открывшегося месяц назад MTV Russia и на других каналах также. Мы не были в восторге от этого, группа рисковала получить имидж банды, выезжающей на перепевках чужих произведений (промо-кампания для "Украл.." также началась с радио ротаций "Непогоды").
Кроме этого, для нас "Personal Jesus" был просто шуткой, песней, записанной для трибьют-альбома, ничего не значащим моментом. Мы даже никогда не собирались играть ее живьем. А теперь она становилась одной из наиболее известных наших вещей, и редкие посетители редких концертов уже начинали ее настойчиво просить. Нам нужно было срочно продвинуть свою песню.
Несмотря на абсолютно затихшую после кризиса ситуацию с гастрольными выездами, нам удалось съездить в Минск, на заработанный там гонорар снять новое видео. "Поезд в сторону Арбатской" стоил 400$, причем 300$ из них были минским гонораром группы, а 100$ добавили Фили. Клип, несмотря на вопиющую безбюджетность, также пошел на MTV. В первый год существования в России, канал с удовольствием брал панк-видео, и вообще — любые видео, проходившие в весьма условный формат. Радио-поддержки мы поначалу не получили, Козырев был уволен с «Максимум», а "Наше Радио" еще не заработало. В группе также произошли кадровые изменения. После записи "Посадки…" стало ясно, что Костя и был ошибкой. Мы просто слишком поспешили год назад и не рассмотрели многие негативные вещи, имевшиеся в нем.
Помимо тотально неподходящего барабанного стиля, Костя за этот год зарекомендовал себя как безалаберный пропойца, безответственный и беспредельный. Перевоспитывать человека, а уж тем более пытаться влиять на его выработанный годами стиль, мы не хотели. Очевидно, что существуют люди, которым до седых мудей необходима нянька рядом. Никто из нас не желал быть такой нянькой, и Косте пришлось уйти. Сразу после того, как он покинул "Тараканов!", ему сделали предложение парни из "Червона Рутта", с которыми он записал альбом. Позже Костя достаточно долго продержался в группе «Бэрримор», но был изгнан и оттуда. Что с ним сейчас, никто из нас не знает.
Я снова, спустя год, сделал предложение Сереге Прокофьеву из «Аму-дарьи», который к тому моменту был уже Серегой из группы "Синий Живот". На этот раз он, несмотря на тотальную занятость, проявил к предложению должный интерес и, отслушав два последних альбома, влился в коллектив. Ни у кого из нас нет сомнения, что Серега — лучший барабанщик для нас и для кого бы то ни было. Люди могут поражаться артистизму и позерству Снейка или ставить на первое место Бая из Distemper, однако пацаны "в теме" скажут вам одно: Серега — лучший. Он на одинаково крутом уровне играет все, что угодно. Он играл в грандж-группе, серьезной грандж-группе под названием Sex Cry. Боролся с кривыми размерами и неровными рифами в группе Team Ocean — предтече "Небо Здесь". В «Животе» играл прогрессив-альтернативу, в «Аму-дарье» — поп-регги, в "Тараканах!" — массу другого рока. У Сереги есть редкий для этих краев вкус, редкий для барабанщиков ум, редкая для барабанщиков из этих краев подача и атака. Музыканты, один раз получившие его за ударную установку, уже не могут желать чего-то лучшего, и я не могу гарантировать, что покинь Серега "Тараканов!", группа останется существовать. За все то время, что он в нашем составе, мы так и не смогли увидеть в этой стране кого-то, кто мог бы валятся рядом. Хороший ударник — до сих пор проблема в России, самая главная проблема в здешней музыке. Нам просто охуенно повезло. Должно же когда-то было и нам повезти!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
