– Спасибо, – решила быть вежливой девочкой я и взялась за ложку.
Пока ела, Инейран просматривал документы, изредка с улыбкой косясь на меня, отчего я через раз давилась. Когда я опять закашлялась, он на миг отложил папку и, проникновенно глядя на меня, проговорил:
– Не нервничай, хорошая моя. Мне просто очень нравится на тебя смотреть.
– Ага, – вздохнула я. – Непричесанная, некрасиво одетая, за завтраком… ну прямо мечта.
– Мечта, – хрипловато подтвердил мужчина, и я, отметив, как потемнели его глаза, почему-то подумала, что он как-то что-то другое себе сейчас представил.
Впрочем, следующие же слова нага вызвали судорожный вздох и краску, прилившую к щекам.
– Домашняя, милая, нежная, желанная… Моя. Все, как я хотел.
Я подавилась вожделенной гренкой. Поспешно запила ее чаем и закашлялась уже от этого.
– Ну да, ну да, – немного нервно кивнула я и задала животрепещущий вопрос: – А женская одежда у тебя в доме имеется?
– А зачем? – склонил голову медноволосый искуситель и, скользнув по мне медленным взглядом, закончил: – Мне очень нравится, как ты выглядишь.
– А мне – нет, – мрачно ответила я. – Это твои вещи, и они с меня едва ли не падают.
Сказала и тут же осеклась! Потому что судя по вспыхнувшему желанием взгляду змея, это в его глазах было скорее достоинством, чем недостатком.
Впрочем, Инейран не позволил себе никаких комментариев, а вернулся к своим делам со словами:
– Часть твоих вещей перевезли почти сразу после заключения договора. Они в южной спальне.
– Благодарю, – несколько более нервно и резко, чем было надо, кивнула я и вернулась к завтраку.
– Лалидари, у тебя есть какие-то пожелания по программе сегодняшнего дня, или я могу предложить свой вариант?
Я едва не подавилась снова и, мигом сообразив, какие у него могут быть предложения, решила было начать паниковать. Инейран рассмеялся, глядя на меня, и пояснил:
– Я до вечера свободен, ты по определению никуда не торопишься, можем погулять.
– Да? – неподдельно обрадовалась я. Во-первых, погулять, и правда хотелось, ну а во-вторых… мои опасения не подтвердились. – А куда ты вечером?
– На работу, а потом в лабораторию, – мягко улыбнулся Инейран. – Но последняя находится в подвалах дома, так что, если хочешь, можешь составить мне компанию.
Лаборатория! Рабочее место одного из лучше парфюмеров современности!
– Конечно хочу!
Наверное, я была чересчур эмоциональна, потому что Иней бархатно рассмеялся, с легкой иронией во взгляде наблюдая за мной.
День прошел замечательно. Мы долго гуляли, разговаривали, и если сначала я зажималась и боялась, то постепенно все больше и больше оттаивала. Один раз он крепко-крепко, почти до боли, обнял меня, жарко выдохнув на ушко: «Все будет хорошо». И я ему поверила. Не знаю почему, но поверила.
Пока меня и правда никто не заставлял и ни к чему не принуждал.
А вчера… вчера все равно ничего не произошло, хотя он имел право сделать все, что хочет.
Часов в пять вечера мы вернулись домой. Иней, воровато оглянувшись, удостоверился, что мы одни, прямо в холле прижал меня к стене, закрывая рот страстным, выпивающим силы и дыхание поцелуем, обнимая руками, бесстыдно скользя ладонями по телу… Это лучше всяких слов подтверждало, что он ничего не забыл. И не оступается.
Потом меня отпустили и нежно коснулись губами лба.
– Скоро буду. – Новый поцелуй, на сей раз медленный и томный, от которого земля уплывает из-под ног. – Не скучай. Дом и все в нем – в твоем распоряжении.
Потом он ушел, а я так и осталась стоять с пылающими от его страсти губами. Совершенно растерянная, дезориентированная и счастливая идиотка. Понимаю, что не самая умная, но поделать ничего не могу.
Его не было четыре часа. Я сидела в библиотеке, изучая занимательную литературку. Профессиональную, я бы сказала. И хотя я была увлечена, но все равно знала: его не было четыре часа.
Создатель, ну почему же так?!
Я прекрасно понимаю, что настоящий Инейран – это тот, кто угрожал моему отцу, тот, кто созвал старейшин, чтобы вытащить свою строптивую добычу, тот, кто рычал и злился на меня вчера вечером.
Я понимала. Я все понимала. Но не таять не могла.
Интересно, все влюбленные молоденькие девушки – такие дурочки, или это исключительно я… В квадрате, так сказать? Но я заставила себя не думать об этом, постепенно не на шутку увлеклась одним из разделов химии, напрямую связанных с аромагией, и сейчас с интересом штудировала книжечку.
Она настолько меня поглотила, что я не слышала шагов, и потому когда на страницы упала алая роза, а к нежному местечку на шее прижались горячие губы, я вздрогнула.
– Ой, – охнула я, выронила книгу на ковер, и она накрыла большую часть цветка.
– Ай, – передразнил меня рыжий, и я снова вздрогнула от бархатистого, волнующего смеха.
– Добрый вечер, – робко улыбнулась я.
– Ужинать идем? – вскинул темную бровь мужчина и быстро поцеловал меня в кончик носа, отчего я тихо хихикнула и кивнула.
После ужина мы, как и говорилось днем, пошли в лабораторию, где наг усадил меня в уголок, а сам занялся делами.
Я сидела, наблюдала за Инейраном и думала. Я сейчас как долго желанная игрушка, которая наконец оказалась в руках. Поэтому игрушку сейчас таскают с собой куда можно и нельзя, спать с собой берут и вообще тискают при каждом удобном случае.
Иней относился ко мне как к смеси котенка и ребенка. Ну, это если не брать в расчет того, что «киса» была физически зрелой.
Пока парфюмер был погружен в загадочные расчеты, я ходила по просторному помещению, уставленному стеллажами с разнообразным оборудованием, экстрактами и реактивами. На каждой баночке было название, краткая характеристика того, что в ней находится, и порядковый номер. Зачем нужна нумерация, стало понятно, когда я заметила стоящую на одной из полок пухлую тетрадь, в которой были более подробные сведения о веществах. Краткий ликбез, так сказать. Что, куда, зачем, с чем сочетается и какое соседство категорически не терпит.
Полезная памятка. В том числе и для меня, если учесть мои дальнейшие планы. Я нахмурилась, понимая, что наг пока так ничего и не говорил о будущем. Да и… а чего я хочу? Чтобы он предложил остаться с ним? Так ведь сама не останусь, потому что нужно учиться, путешествовать… Я хочу увидеть мир.
Значит, не так уж его и люблю? М-да… получается, все, чего я хочу, так это… всего. И обожания, и любви, и чтобы я потом довольная уехала странствовать.
Надо же, а наши с Инейраном стремления совпадают.
Вот только он имеет возможность получить, что хочет, без ущерба для себя, а я – нет.
Ладно! Не стану думать про это. Сейчас в подчиненном положении я. И мое будущее под вопросом, ведь неизвестно еще, какими последствиями аукнется произошедшее в катакомбах.
Раздались тихие шаги, и на плечи легли горячие руки, а губы мужчины прижались к затылку.
– Ты не устала? – хрипловато спросил Инейран.
– Нет, что ты, – подумав, ответила я, мысленно хмыкнув от этой попытки намекнуть, что нам бы пора в постель. А я пока туда не тороплюсь! Ибо неизвестно, что меня там ждет. Паники уже не было, но осторожность – да. Тем более я не теряла надежды, что все как-то разрешится без какой-либо жертвы с моей стороны.
Все же насколько невыносимо осознавать, что я была почти свободна! Магический баланс уравновесился бы ритуалом Земляны. Но договор заключен. Я принадлежу Инейрану, и с этим ничего не поделаешь. Расторгнуть невозможно.
Сейчас я должна быть белой и пушистой, потому что сопротивление будит в этом мужчине агрессивную сволочь. А подобное не в моих интересах.
Дальше меня притиснули к стене и медленно поцеловали. Я закрыла глаза и положила руки на широкие плечи нависшего надо мной аромага. Как-то все странно.
– Детка, я думаю, тебе уже стоит пойти отдохнуть, – оторвался Дальварис и мягко, но настойчиво развернул меня к двери, скользнув рукой гораздо ниже талии, сжимая пятую точку. Потом «наградил» легким шлепком, видать, придавая ускорение.
– Да, ты прав, я, наверное, пойду отдохну, – опустив глаза и приложив некоторые усилия, чтобы лицо не перекосило, выдавая истинные эмоции, ответила я.
– Умница моя.
До двери меня решили проводить, притом вовсе не для того, чтобы галантно распахнуть створки перед дамой. Вернее, распахнули, но только минут через пять.
Сначала ненасытный рыжий опять распластал меня по стеночке своим телом и дал волю рукам и губам. Было очень даже приятно, если бы не злобные мысли, которые вовсю отвлекали от происходящего.
Странно, вчера я реагировала совсем иначе. Видимо, эффект возбуждения у того зелья все же был. Иного объяснения не вижу. А сейчас налицо естественные реакции невинной девушки, когда телу уже приятно, но на что-то большее рассчитывать пока не приходится. Правда, глупые чувства время от времени брали верх над разумом, но это, слава богу… не всегда случалось.
