Разумеется, в боевой обстановке сразу скажется отношение офицера к своему долгу, что, несомненно, вызовет и соответствующий отклик в отношении начальника к нему. Однако и в мирных условиях можно в какой-то мере представить, как поведет себя офицер в бою. На самом деле, если у офицера не хватает мужества говорить правду своему начальнику, то ни о какой доблести в бою не может быть и речи. Это не значит, что такой офицер неисправим, но начальник должен учесть, что лживость несовместима с честью, с храбростью.
Уважая офицера, надо предъявлять к нему самые высокие требования в отношении принципиальности и правдивости. Можно мириться с недостатком знаний или опыта, можно еще прощать те или другие промахи. Но с непринципиальностью, приводящей к снижению требовательности, к снисходительности в отношении к самому себе, со лживостью никогда, ни в коем случае мириться нельзя, и их надо пресекать в корне в самом начале. Дорожа офицером, надо применять все меры профилактики, чтобы потом не терять к нему уважения. Это значит, что коль скоро речь идет о принципиальности и правдивости, нельзя давать спуску и в мелочах, чтобы офицер не оступился и не покатился по наклонной плоскости. Это необходимо тем более, если учесть, к каким последствиям приводит отсутствие правдивости в боевой обстановке.
В свою очередь и начальник должен быть правдивым в отношении к подчиненным. Если начальник определенно плохого мнения об офицере, но не показывает и виду сб этом, желая остаться «добрым дядей», то когда такое отношение станет известно офицеру, оно подействует наихудшим образом. Такое двусмысленное отношение неизбежно станет известным всему коллективу офицеров, и уважение к начальнику будет подорвано. Коллектив офицеров и солдат желает видеть всегда ясные и прямодушные отношения со стороны своего начальника. Такие отношения не присущи храброму человеку, а подчиненные хотят всегда видеть в своем начальнике храброго воина.
Отношения начальника к офицеру не должны изменяться в зависимости от применения тех или иных дисциплинарных мер воздействия, после каждого взыскания или поощрения. Взыскания или поощрения не даются каждый день или каждую неделю, а взаимоотношения сказываются везде и все время. И в этих отношениях офицер должен чувствовать известную оценку своей деятельности и качествам, иначе они теряли бы свое воспитательное значение.
Отношения должны точно и нелицеприятно отражать оценку данного офицера. Но ни оценка, ни отношения не должны строиться на предубеждении. Дело в том, что каждый начальник, конечно, представляет себе все качества, необходимые офицеру, и желал бы их все видеть в нем. Однако в жизни бывает так, что офицер, обладая одними достоинствами, не имеет других, весьма нужных, имеет крупные недостатки. Например, один обладает большой инициативой, но недостаточно организован, другой мало дисциплинирован, но весьма чуткий и преданный товарищ. Некоторые качества кажутся взаимно исключающими друг друга, как, например, смелость и лживость, или же неразрывно связанными между собой, как, например, знания и инициатива. В действительности же бывают случаи, когда человек, обладая знаниями, не проявляет достаточной инициативы, проявляя смелость, в то же время не всегда правду говорит. Может быть, отсутствие инициативы объясняется недостаточно развитым чувством ответственности, может быть, проявленная смелость была случайной или же офицер не понимает, что лживость так же недостойна советского воина, как уклонение от исполнения своего долга, — каждое такое явление требует тщательного исследования, чтобы его правильно объяснить, но здесь важно установить, что подобные случаи вполне возможны.
Было бы поэтому предубеждением плохо относиться к офицеру только потому, что он недостаточно организован, совершенно не замечая его достоинств, или же, восхищаясь его смелостью, закрывать глаза ка его недостатки. Только отражая всестороннюю и объективно правильную оценку достоинств и недостатков офицера, отношения начальника к нему имеют должную воспитательную силу. Сдержанность начальника в отношениях к достоинствам офицера предостерегает последнего от самоуспокоения, терпимость в отношениях, отражающих укор за недостатки, говорит офицеру, что в нем имеются силы для преодоления этих недостатков, иначе его действительно нельзя было бы терпеть.
Офицер во всех отношениях к нему со стороны начальника должен чувствовать искреннюю заботу о его росте, видеть, что никакие другие соображения, кроме искренней заботы о своих кадрах, об успехе дела, не влияют на отношение начальника к нему.
Уважать и ценить офицера — означает также заботиться о его материально-бытовых условиях, чтобы он со всякой нуждой мог пойти к своему командиру и найти у него помощь и поддержку. Испытывая такое отношение к себе со стороны своего начальника, офицер будет проявлять подобную заботливость и в отношении к своим подчиненным.
3. Взаимоотношения между офицером и его подчиненными
О воле офицера судят по тому, как он исполняет свой долг. Исполнение же долга офицером — это не только его личный подвиг, а результат его руководства подчиненными, которых он направляет на исполнение долга. Он сможет исполнить свой долг тогда, когда уверен, что солдаты пойдут за ним и в огонь и в воду.
Для этого одних формальных прав командира ещё недостаточно. Расположение подчиненных основано на вере в силы и знания командира, на уважении и даже любви к нему, на убеждении, что он готов на самопожертвование, когда дело этого потребует или когда дело касается жизни товарищей или подчиненных. Здесь сказываются правильные взаимоотношения, которые необходимы и возможны только в такой армии, в которой нет классовой разницы между офицером и солдатом.
Без авторитета офицер не может выполнять роль руководителя своих подчиненных. Но было бы неверно думать, что офицер может поставить себе специальной задачей создание авторитета, независимо от своей деятельности. Авторитет появится сам собой как следствие отношений офицера к делу и к подчиненным. Деятельный офицер сразу же покажет себя на деле и благодаря своему ревностному отношению к службе, своим организаторским способностям и правильному подходу к солдатам сумеет их сплотить так, чтобы они пошли за ним на выполнение поставленных задач.
В условиях Советской Армии офицер имеет полную возможность установить самые тесные и близкие отношения с солдатами. Ему при этом необходимо опираться на партийную и комсомольскую организации как на своих ближайщих помошников.
Задача начальника сводится к тому, чтобы, руководя офицером, его деятельностью, способствовать установлению правильных взаимоотношений между ним и его подчиненными.
Начальник, имея дело с молодым офицером, впервые вступившим в командование подразделением, должен с первого же дня помочь ему взять правильную линию, а именно: с одной стороны, не допускать никаких возражений своим приказам или распоряжениям, никакого уклонения от смысла их требований, с другой стороны, уважать своих подчиненных.Офицер, как настоящий единоначальник, является вместе с тем и политическим руководителем солдат. Сила убеждения советского офицера, воспитывающего солдат, кроется в истинности того, что он им говорит, в общности интересов всех советских воинов, строящих вместе со своим народом коммунизм.
Классовое единство Советской Армии, истинный демократизм в ней предполагают тесное общение между офицером и солдатами, которое не должно переходить в панибратство. В таких условиях малейшее расхождение между тем, что офицер говорит солдатам, и его личными убеждениями и поступками не может быть скрыто от них, и он тогда теряет всякое значение как воспитатель и политический руководитель. В этом расхождении сказываются пережитки капитализма.
Солдаты в Советской Армии подходят к офицеру с любым вопросом как политического, так и чисто практического характера. Офицер, разъясняя эти вопросы солдатам, чувствует в них соратников, руководя которыми, он пойдет в бой за те самые идеалы, к которым относятся эти вопросы. Вне круга этих вопросов не приходится говорить о взаимоотношениях между офицером и солдатами, поскольку в Советской Армии совершенно немыслим аполитичный командир.
Взаимоотношения офицера с солдатами складываются в его повседневной служебной деятельности, в ходе разрешения как вопросов политического воспитания и руководства, так и задач боевой подготовки.Молодого офицера, который впервые сталкивается с массой, необходимо предостеречь, чтобы он в своей служебной деятельности, в своих взаимоотношениях с подчиненными не гнался за дешевой популярностью. Такую популярность можно заслужить у одного — двух наиболее нерадивых, наименее развитых солдат, но не у всех солдат. Солдатская масса быстро подмечает все неестественное и вполне правильно судит о поступках своего командира. Этот коллективный судья настолько справедлив, что и в большом и в малом прекрасна разбирается, в какой мере та или другая ошибка допустима или нет. Если, например, офицер неправильно подал команду, то командой «Отставить»он исправляет свою ошибку. Но если он командует вяло, путает команды, то это раздражает солдат, и они поймут, что офицер просто ие подготовился к занятиям, что он проявил небрежность, недопустимую для командира. Если он в бою допустил какую-то ошибку, то солдаты еще простят, но если он проявил беспечность, а тем более малодушие, солдаты никогда не простят ему.
