— Ну, — замялась на секунда, а потом решила — да какого вакуума мнусь, словно на свидании и кивнула.
Может это он меня так обрабатывает, в доверие втирается, так и ладно. Врать или что-то скрывать не собираюсь, да и нечего, а мою историю он наверняка знает лучше меня. Поди, запросил и проштудировал дело от байта до бита и обратно.
— Прошу, — поставил он на стол уже открытый контейнер с распределенным по отделениям рационом.
— Спасибо, — уселась, пододвигая к себя серебристую упаковку.
— Ты не думай, это не наши штучки, — подмигнул разведчик. — Я к тебе в доверие не втираюсь и, честно говоря, мне тебя опрашивать не надо, только для порядка. Положено так, — вздохнул он и принялся за еду.
— Если только эти слова не есть те самые штучки, — улыбнулась в ответ, припомнив один из фильмов про шпионов.
Он лишь хмыкнул, но отвлекаться от еды не стал. Видимо действительно проголодался, вон как молотит. Не стала терять время и занялась своей порцией. Вот вроде и не особо есть хотела, а немногим позже Крэга Ларсена справилась. Он наконец-то представился, правда, не уверена, что это его настоящее имя. Впрочем, какая мне разница? Пусть хоть Миктлантекутли или вовсе Диянеингонтоюстом будет.
— Начнем, — сказал Крэг, когда пустые контейнеры отправились в утилизатор и мы уселись напротив друг друга. — Под протокол. Представьтесь.
— Эмма Олсон. Двадцать полных лет. Урожденная гражданка Осской Империи. Текущий индекс, — тут мне пришлось сделать паузу и обратиться к нейросети, — пятьдесят две единицы, — сказала и удивленно уставилась на Крэга.
— Продолжайте, — улыбнулся он ободряюще.
В общем, перечислила все свои ранги и специальности, назвала кин и отбарабанила прочие данные. Аж взопрела от всей этой ерунды. Нет, но пятьдесят две единицы гражданского рейтинга — это ух. У меня ведь вдвое меньше было, а тут сразу такой прирост.
— Расскажите о знакомстве с Лейлой Кор и Нимой Мвис.
— Э… — Растерялась, но сообразила, что наверно имеются ввиду Ни и Лина, о чем и сказала.
— Да, вы правы, — кивнул Крэг.
— Может быть лучше я вам воспоминания перешлю?
— Доктор, — выделил он голосом слово, — не рекомендовал нагружать ваш разум подобным, поэтому сейчас своими словами, а к воспоминаниям обратимся после прохождения вами реабилитации.
— Да, конечно, — стушевалась под его взглядом, почувствовав себя полной дурой. Сама не знаю почему, но чувствую, он мне добра желает и вся эта возня нужна в первую очередь мне.
— Продолжайте, — напомнил Крэг о том, что у нас тут официальный опрос идет.
Рассказала все в мельчайших подробностях. Точнее, думала, что сделала это, но после сотен уточняющих вопросов поняла, что опустила добрую половину деталей. Так наговорилась, что аж язык заболел и голос сел.
— На этом все, опрос свидетельницы закончен, — объявил Крэг.
— Воспоминания переслать было бы гуманней, — буркнула под нос, толсто намекнула ему на то, что он садист.
— Гуманней, проще и быстрее, но тогда бы я вас на базе задержать не смог, — вздохнул он и потер лицо ладонями. — Устал, — пожаловался он, и мне стало его жалко.
— Извините, я просто еще в себя не пришла.
— Да ничего, — зевнул он, прикрыв ладонью рот.
— А зачем вам меня на базе задерживать? И что вообще происходит? — Решила попробовать разжиться информацией, раз уж у нас тут что-то вроде стадии доверительного разговора началось.
— Корабль ваш хоть и достаточно цел, но торчать на нем в ожидании буксира не самое приятно и безопасное дело. Потому и делаю все, чтобы вы на базе хотя бы часть времени провели. У нас тут режимный объект, никакой благотворительности невозможно, сами понимаете, — развел он руками.
— Спасибо, — поблагодарила, а у самой, чувствую, уши потеплели. Наверняка красные-красные стали.
Крэг отечески усмехнулся, отбил пальцами дробь, на пару секунд задумался, а потом заговорил. Рассказал о том, что, недавно, эти самые Лейла с Нимой подбили полторы сотни молодых шахтеров на полет в красный сектор. Привели прямо в пиратскую ловушку. Доказательств их вины не было, да и в целом имелись изрядные сомнения в умысле. Короче говоря, в розыск их не объявляли, а они биопластику сделали и свое возвращение не афишировали.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Благодаря твоей подруге и разнесшему эсминец неизвестному лицу удалось захватить Ниму и восстановить всю картину, — поделился Крэг. — Хорошо им заплатили, да только девицы жадные оказались и с мозгами не совсем в ладах.
Слова об Анне больно кольнули, но остатки химии помогли справиться и на рассказе Крэга сосредоточиться. Видимо, он действительно изрядно вымотался, раз стал так откровенничать со мной и собственными мыслями делиться начал. По его словам выходило, что если бы Ни с Линоей, в смысле Лейла с Нимой, не биопластикику сделали, а импланты поставили и базы высокоранговые выучили, все бы у них получилось.
— План хоть и простой, но в целом дельный. Отсутствие опыта их подвело, твоя реакция и случай.
— А что они вообще от нас хотели? — Спросила, когда осмыслила все услышанное и попыталась прикинуть, какая с нас могла быть польза пираткам.
Крэг добрую минуту смотрел задумчиво, словно оценивая все за и против. Потом подвигал челюстью, пожевал губами и наконец решился рассказать. Предупредил, что делает это для того, чтобы я не питала иллюзий. Многие влюбляются в бездну, особенно после слияния с кораблем. Начинают считать пустоту частью себя, но вселенная холодна и равнодушна. Она с равным безразличием относится ко всему, в ней происходящему, а люди часто творят друг с другом такое…
— Порой мне кажется, проиграй мы войну и стань кормом, было бы лучше, — вздохнул Крэг. — Среди пиратов две трети вполне нормальные люди. Личности, конечно, специфические, но в целом адекватные. Но оставшаяся треть — воплощение худших кошмаров. Один из таких зверей перехватил транспорт с беженцами, на котором оказались две девочки, — Крэг вздохнул. — Я видел ментосканирование Нимы и подал рапорт о простом расстреле.
Несколько минут он сидел молча, замерев словно статуя и смотрел сквозь меня невидящим взором. Страшно представить, что он мог увидеть в прошлом Ни, если его, опытного и повидавшего всякое, так проняло. Для попавших в руки правосудия пиратов расстрел применялся редко. Очень редко. Их казнили показательно и максимально болезненно. Порой они по три декады умирали.
— Он сделал их своими… — Крэг встряхнулся, вспомнил где он и с кем, — он сделал их своими дочками. Это их не оправдывает, но, — он махнул рукой и вернулся к моему вопросу. — Изначально они собирались вас захватить и продать. Поднять легких денег. Только вы слишком хорошо работали и им пришла мысль обзавестись собственными рабами. Вы бы обеспечили им постоянный доход и стали источником развлечений. Каких, сама догадаешься. У их второго папы, — выплюнул он это слово, — была очень богатая фантазия. Повезло вам, — улыбнулся он, вновь отбив пальцами ритм по столешнице.
— А… Известно хоть что-то о спасшем меня пилоте? — спросила, зябко поведя плечами от рассказа и нахлынувших воспоминаний о бое.
— Нет, — качнул головой Крэг, — на основе данных твоего корабля наш искин провел расчеты и теперь летуны ходят с кислыми рожами, — хохотнул он, явно оттаивая и веселясь.
— Почему? — Спросила, не столько даже из интереса, хотя и он был о-го-го, сколько желая сменить тему.
— Так за последние полвека соточку только дважды асы класса экстра показали. И оба раза на учениях. Действуя из засады, — Крэг подмигнул, а я понимающе кивнула. Хоть мой ранг пилота и не позволяет все это в полной мере оценить, но мне и по его лицу все ясно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А тут, не пойми кто, вываливается под залп, — продолжил Крэг, — успевает мгновенно сориентироваться, развернуть щит, врубить РЭБ, рвануть встречным и еще залп всем бортом дать. Наши все извелись, в слиянии, заранее дав команду искину, кое-как успевают такое проделать, а без этих костылей, даже подготовившись, — Крэг опять хохотнул. — Меньше чем в секунду не укладываются, — хлопнул он по столу, — твой приятель их вдвое обошел.
