Читаем без скачивания Закрой глаза (СИ) - Кононова Ксения "MidnightLady"

Вместо этого Макс изо всех сил пытается выудить из памяти любые воспоминания, связанные с Полиной, но они настойчиво приводят логической цепочкой к сцене с Фоксом и, как следствие, все тому же сну. Макс на одну короткую секунду натыкается в своей голове на мысль, в чем разница между Фоксом и Женей, тут же яростно мотает головой и начинает перебирать «сюжеты» просмотренных им порнофильмов с сексуальными, голыми, сладко стонущими девахами. Но в самый неожиданный момент откуда-то из темного угла сознания мелькает внимательный светло-ореховый взгляд, и все чаморошные попытки избежать мыслей о Жене издевательски стираются, будто простой карандаш ластиком. Да, слишком много «Жени» стало в его жизни в последнее время.

Макс начинает нервничать, а вместе с этим раздражаться и накручивать свою и так ослабленную после аварии нервную систему, и каждая мысль становится новым витком все больше сжимающейся пружины. Поэтому, когда в начале восьмого утра в палату открывается дверь и вместо медсестры на пороге появляется Евгений, Макс со всей отчетливостью чувствует, как эта пружина может в любой момент выстрелить, превратившись в очередной необоснованный психоз. Только Женя здесь не при чем. Он не виноват, что у Макса в конец съехала крыша. Может все дело в этом? Посттравматический синдром? Да, точно. Эта мысль немного успокаивает Макса. Врач говорил, что это пройдет. Максим пытается взять себя в руки, но у него это пока получается плохо.

— Что ты здесь делаешь? — Звучит колюче, почти как обвинение с легким паническим оттенком. Женя никогда не появлялся по утрам, кроме самого первого дня и его визит сейчас будто издевательство над состоянием Макса.

Евгений, не обращая внимания на его интонацию, поспешно проходит в палату и, подойдя ближе, извлекает из пакета и выкладывает на тумбочку очередную ветку бананов, печенье… книжки?

— Макс, у меня сегодня не будет вечером времени…

— Ага, хорошо… — Согласно кивает Максим, неосознанно отодвигаясь и пытаясь увеличить между ними расстояние, только в его случае это сделать практически невозможно. И он смотрит на него. Смотрит на руки, мелькающие, доставая что-то из пакета… бедра, которые как раз на уровне его глаз… А потом понимает, как смотрит и внутри все холодеет. Резко отворачивается, уставившись в окно и нервно сглотнув. Не хватало к одному сотрясению получить вдобавок второе. Проверять на увесистость Женин кулак совсем не улыбается.

— … послезавтра открытие и эти несколько дней я очень загружен. Постараюсь завтра с утра заскочить… Все в порядке? — Интересуется Женя, вдруг заметив отсутствующее выражение лица Макса.

— Угу…

— Ты опять плохо спал? Может, попросишь выписать тебе какое-то успокоительное?

Да! Максу нужно успокоительное. Срочно и много. Противно вспотевшая ладонь неосознанно комкает пододеяльник в кулак.

— Все нормально.

— Как спина?

— Отлично. — Слишком поспешно.

— Может…

— Ничего не нужно. Все отлично. — Уже резко.

— Ладно… — Чуть подозрительно протягивает Женя. Достает что-то из кармана брюк. Макс улавливает это движение боковым взглядом, но удерживает себя, чтобы не повернуться и не посмотреть. — Если вдруг у меня не получится приехать, а тебе что-то срочно будет нужно, позвонишь мне.

Эта фраза отвлекает Макса, и он автоматически поворачивается к Евгению.

— У меня телефона нет, забыл?

— Уже есть.

Макс прослеживает взглядом кивок головы и натыкается на мобильный телефон и зарядное устройство к нему на тумбочке.

— Сколько плюс к моему счету?

— Нисколько. Это мой старый телефон, так что пользуйся на здоровье.

Максим берет его в руки и с придирчивой внимательностью осматривает. Старый, как же.

— Жень, харе гнать, это новье. На нем даже ни одной царапины нет.

Женя действительно спешит, кроме визита к Максу у него перед работой еще несколько обязательных остановок намечено и выслушивать дотошные нудения Макса сегодня времени нет. Поэтому он просто забирает телефон из его рук, достает из кармана брюк связку ключей и одним из них прямо на глазах растерянного Максима царапает что-то на задней панели.

— Так лучше? — Протягивает телефон обратно.

— Нахрена? — Макс шокировано забирает его из Жениных рук.

— Макс, определись уже, пожалуйста. Ты хотел с царапиной, теперь он с царапиной. Мой номер в списке контактов есть. В общем, пользуйся. Если что, звони. — Быстрый взгляд на наручные часы. — Все, поправляйся и постарайся не доставать медперсонал. — Легкое прикосновение теплой ладони к здоровому плечу, но Макс даже не успевает отреагировать.

Он, все еще немного офигев, наблюдает, как Женя выходит из палаты, потом переводит взгляд на телефон в руках. Поворачивает его и проводит подушечкой большого пальца по шероховатой царапине на черном пластике. Мажор хренов, взять и поцарапать новый телефон, офонареть можно. Легкое нажатие на кнопку и дисплей загорается. Макс проверяет счет — с такой суммой можно в Китай звонить, причем каждому жителю в отдельности. Заходит в телефонную книгу, Женин номер. Откидывается на подушку, глядя в окно и делая глубокий вдох. Ну и какого хрена он в панику впал? Все нормально. Почти… Все, как и раньше. Наверное…

Макс усиленно забивает внутрь себя все сомнительные размышления, которые выносили его мозг на протяжении последних часов и вновь поворачивается к тумбочке. Взгляд задерживается на книжках, и он берет одну из них в руки. Анастасия Костромицкая «Вернувшийся из ниоткуда». Сказки для взрослых? Хмыкает, неосознанно улыбаясь, и открывает книгу. Это поможет ему отвлечься окончательно.

Женя паркует машину у подъезда и выбирается на улицу в расстегнутом черном двубортном пальто. Мороз сковывает кожу рук и лица, заставляя ее ощутимо покалывать, а изо рта вырываются клубы пара. Вытащив из салона увесистый пакет с логотипом супермаркета, захлопывает дверцу. Короткий писк сигнализации и Евгений скрывается в подъезде. Взбегает по ступенькам, на ходу бросая взгляд на наручные часы. Короткий стук в нужную дверь.

Дверь распахивается, будто его только и ждали. Женя проходит в квартиру, автоматически принюхиваясь, если и было что-то, успели хорошо проветрить. Легкий спиртовой и табачный оттенок улавливается, но, похоже, он уже все здесь насквозь собой пропитал. Снимает обувь и проходит на кухню. Бардака нет, что радует. После того, как Евгений предложил Максу помощь с его отцом, пока он в больнице, тот как всегда ощетинился и категорически запретил лезть в это, а тем более давать тому какие-либо деньги. Женя мрачно вздыхает, он и не нарушает свое обещание по большому счету.

— Этого должно хватить на неделю. — Поспешно выкладывает на стол продукты.

— Дай тебе бог здоровья, такой ты парень золотой. — Мнется рядом отец Макса. — А… может… ну в честь праздника. На чекушку всего… Мы с ребятами по пять капель буквально… за праздник… А то горит все…

Женя бросает на него беглый взгляд и отрицательно качает головой. Он приезжает раз в три дня, проверяет все ли здесь в порядке и привозит продукты. Но денег никогда не дает. Контролировать визитеров «со своим» ни времени, ни возможности нет, так что это уже от него не зависит. Ближайшую неделю он вряд ли сможет вырваться, поэтому и продуктов в этот раз привез из расчета на эти дни.

— И к Максиму съездить не могу… Ни копейки. — Как-то не особенно достоверно это звучит в свете предыдущей просьбы.

— Это все, что Вас останавливало эти две недели? — Холодно. Интонация отчетливо окрашена оттенком того, что Евгений на самом деле думает о нем и его эгоистическом отношении к сыну.

Женя дал себе зарок, что не будет поднимать эту тему ни с Максом, ни с его отцом. Адрес он оставлял, о случившемся сообщил, если тот считает не обязательным навещать прикованного к кровати сына после жуткой аварии — это его дело и вмешиваться он не собирается. Евгений и так делает все, что в его силах, чтобы поддержать Макса и собственно продукты его отцу возит по той же причине. Ему не жаль этого человека, мнущегося сейчас перед ним. Ни капли. Подобные люди просто не способны вызвать у Жени уважения при всем желании, только презрение либо холодное равнодушие. Да, Женя знает, что часто излишне нетерпим к человеческим недостаткам, правда, эта его склонность почему-то абсолютно не распространяется на Макса. И вот его-то Жене действительно жаль. Поэтому он здесь.