«Одним словом, — подытоживает Симеон, — кто не внимает себе и не хранит ума своего, тот не может сделаться чист сердцем, чтоб сподобиться узреть Бога. Кто не внимает себе, тот не может быть нищ духом… И обще говоря, нет возможности стяжать добродетели иным способом, кроме внимания».
Великий исихаст приходит к глубокому пониманию существа христианской религии, весьма и весьма отличающемуся от точки зрения официальной церкви: «Бог одного от нас требует, — того, чтоб сердце наше было очищаемо посредством внимания».
Говоря о результатах подобного очищения человека, имея в виду достижение состояния «обόжения», приобретение сверхвозможностей, Симеон говорит: «…что последует за сим деланием, с Божьей помощью сам из опыта узнаешь, посредством внимания ума, и держа в сердце Иисуса, то есть молитву Его» (Иисусову молитву).
Глубокое исследование Симеоном Новым Богословом сути и содержания психофизических методов приобретения сверхвозможностей, почти тысячу лет остаются основой для православноисихастских методов тренинга мозга.
Неудивительно поэтому, что в XIV и XIX веках русским исихастам, прекрасно знавшим богословские труды византийца Симеона и его последователей, было абсолютно ясно, что достижение «иного мира» невозможно без постоянной и последовательной тренировки внимания посредством его концентрации на слове.
«Для того чтоб научить ум стоять на одном (то есть концентрировать внимание — Прим. авт.), святые отцы употребляли молитовки и навыкли произносить их непрестанно, — говорит в XIX столетии своим духовным ученикам Феофан Затворник. — Не забывайте, что не должно ограничиваться одним механическим повторением слов молитвы… Главное тут: стать вниманием в сердце…»
Рассуждая о различных формах, или степенях, молитвы, русский исихаст следуя учению Симеона Нового Богослова, различает их по поведению внимания, о чем мы уже говорили выше, но повторим здесь.
Первая степень — телесная, читательская молитва. Она характеризуется тем, что «внимание отбегает».
Вторая — «молитва внимательная: ум привыкает собираться… Внимание срастается со словом…». Это — молитва умнáя.
Третья степень — «молитва чувства (или сердечная): от внимания согревается сердце… Когда внимание сойдет в сердце, то привлечет в одну точку все силы души и тела…».
Для нас сегодня чрезвычайно актуально следующее соображение Феофана Затворника:
«Не спеши гнать одну молитву за другой, а с мерной длительностью произноси их… Не об словах заботься, а о том, чтобы ум был в сердце[11] …Без внимания молитва не молитва. Следовательно, это главное».
Подвиг внимания, по мнению мудрого святителя-исихаста, заключается в том, чтобы «весь день напрягаться» в повторении Иисусовой молитвы.
«Делаете ли что, говорите с кем, идете, сидите, кушаете», — в уме всегда должна быть Иисусова молитва, которую современным словом мы называем рефлом.
Волшебное слово
Чтобы глубже понять, как отцы-основатели христианской церкви представляли себе «механизм» взаимодействия человека с «иным миром», в их интерпретации — с миром Божественным, еще раз обратимся к основам христианского учения. Вспомним новозаветную весть[12] от Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог… И Слово стало плотию…»
Современные ученые пришли к заключению, что фраза «и Слово было Бог» переведена неточно. Правильнее было бы сказать «и Слово было с Богом». Подобная неточность, по-видимому, возникла не случайно, а обусловлена осознанным желанием подчеркнуть и усилить смысл фразы. Можно предполагать, что интерпретаторы текста Иоанна хотели подчеркнуть смысловую принадлежность третьей фразы в знаменитом предложении к человеку.
В этом случае еще точнее было бы написание «и Слово было “Бог”» с кавычками или «и Слово было о Боге», указывающее на использование человеком термина «Бог» или имени Его в качестве текста краткой молитвы или рефла, как это делают, например, мусульмане, употребляя в качестве рефла термин «Аллах» или его имена-определения.
Именно такое использование слова «Бог» выполняет желания человека, наделяет его сверхвозможностями. Мы с вами уже знаем, что рецитация любого слова делает его плотью, в полном смысле его овеществляет посредством придания человеческому мозгу новых свойств и возможностей.
В этом случае глубокий смысл всего первого предложения Иоанновской Вести становится более понятным: в начале Слово принадлежало Богу, но затем право распоряжаться им было предоставлено и человеку, который при этом использует или сам термин «Бог» или имя-определение Бога в качестве рефла. Этот смысл Иоанн еще раз подчеркивает вторым предложением своего Евангелия, повторяя сказанное ранее: «В начале Слово было у Бога».
Стать Богом это достойно человека
Что означает передача человеку Божественного Слова? В начале II столетия среди первых последователей Христа возникло представление об обόжении человека, по-гречески «теозис». Человек по своей природе обладает скрытой до поры до времени силой и могуществом. И он может достичь силы и могущества Бога, сравняться с ним этими качествами. Первые христиане не сомневались в том, что не сам человек приобретает сверхвозможности, а ими его наделяет «иной мир» в виде Бога. Причем делает Он это по свой воле и собственному выбору. Это была основополагающая концепция христианского вероучения. Вместе с тем, нельзя не видеть явного противоречия этого тезиса с фактами, свидетельствующими о том, что сверхвозможности приобретают только те люди, которые длительное время занимаются тренингом мозга, то есть затрачивают на это свой собственный труд. Что именно от человека, от его природной предрасположенности помноженной на трудолюбие, зависит пробуждение сверхресурсов его мозга. Но это проблемы не наши, а христианского богословия, и мы не будем на них отвлекаться. Главное здесь, это понимание христианами принципиальной возможности приобретения человеком сверхвозможностей.
«Бог стал человеком, чтобы человек обожился», — этот тезис христианского подвижника Афанасия Великого прекрасно выражает цель православного духовного пути. Иисус пришел на землю, чтобы призвать каждого человека стать Сыном Божьим! И осуществить это можно только посредством тренинга мозга, в христианском варианте — с помощью концентрации внимания на рецитации молитвы. В этом заключен первоначальный и самый глубокий смысл христианства.
По христианскому учению эта духовная высота достигается внутренним трудом посредством стяжания, то есть приобретения, Святого Духа. Словосочетанием «стяжание Святого Духа» христиане издавна обозначают приобретение сверхвозможностей. В соответствии с мнениями практически всех авторов новозаветного Святого Писания и их последователей, этот процесс является истинной целью существования человека.
«Истинная цель жизни нашей христианской, — объясняет православный святой Серафим Саровский, — состоит в стяжании Духа Святого Божия».
Человек, «соделавшись причастником Духа Святого… бывает Богом по усыновлению и по благодати…», — говорил более тысячи лет назад Симеон Новый Богослов.
Со стяжанием Святого Духа рушатся преграды «для общения между человеком и Богом, — утверждал святой Ириней Лионский— …Люди будут видеть Бога, чтобы жить,… сделавшись бессмертными и достигая даже до Бога»
Приобретая Святой Дух, человек достигает Царства Божьего, которое, как объяснял Иисус, «внутри вас», то есть в сердце или в мозге, психике, каждого человека.
Основным средством стяжения Святого Духа является молитва, но не «читательная», о чем мы уже говорили. «Одно повторение слов ничего не значит!», — так в православном христианстве выражен четырехтысячелетний опыт практического использования слова. Молитва должна быть «умнáя», переходящая в «сердечночувственную», что достигается концентрацией внимания на рецитации молитвы. Таким образом, сущность истинной молитвы, которая только и может дойти до «иного мира», — в концентрации внимания на слове. Физиологический же смысл молитвы — в трансформации сознания, изменении психики, в освоении сверхвозможностей мозга, приводящему к обόжению человека, к состоянию сверхчеловека.
«…Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилия восхищают его», — говорит о необходимости упорного личного труда каждого человека для достижения «иного мира» евангелист Матфей.
