— В его случае — это еще мягко сказано.
— Осторожнее, он может услышать твои мысли.
— А твои, значит, нет?
— Учитывая царящий в твоей голове беспорядок, не удивлюсь, что даже если и услышит — подумает, что ты разговариваешь сама с собой.
— Ну спасибо...
— Но ты права, пожалуй, мне стоит помолчать, пока он тебя изучает.
— Эй! А что мне дальше делать-то?
Но Альд, выдав в ответ лишь ехидный смешок, действительно замолчал. Мне даже на миг показалось, будто он и вовсе... исчез. Но это чувство быстро прошло, сменившись непривычно слабым отголоском ощущения его присутствия. Не знаю, есть ли у его души какие-то там слои существования в моем теле, но он явно попытался зарыться куда-то поглубже.
А лич тем временем продолжал смотреть на меня. Любопытство сменилось ожиданием. Так, Шиза, соберись. Что он там говорил? Сестра в священном посмертии...
— И я... рада приветствовать... Брат, — ответила я, глядя прямо в эти живые глаза.
Как хорошо что я уже мертва. А полное отсутствие эмоций в моем голосе — так и вовсе замечательно. Единственное, что хоть как-то выдало мои чувства — это то, что я произнесла свое приветствие очень тихо. Но мало ли, вдруг так и надо. А заскорузлый палец тем временем прошуршал по челюстной кости к скуле. Я не чувствовала прикосновения, как такового, но звук при этом был отвратительным. Прежде, чем убрать руку вообще, он еще и ногтем царапнул напоследок. От этого я уже вздрогнула.
— Мне нечасто выпадает удача увидеть сородича, освященного касанием Суртаза...
Все-таки, размеренный ритм речи и выверенный тембр его голоса завораживали. Интересно, он стал жрецом уже в посмертии или все-таки до него?
— ... и уж тем более я ни разу не видел в посмертии столь юное дарование. Еще и в скелетированной форме.
А возраст он мой как узнал?! И чем ему моя форма не угодила?
— Я — Килир, — меня мысленно покоробило от того, насколько имя этого говорливого сухаря было похоже на имя моего второго наставника. Тем временем лич снова выжидающе уставился на меня.
— Шиз, — это все, что я смогла ему ответить. Ужас и отвращение перестали копошиться и теперь свернулись в тяжелый ледяной клубок где-то на том уровне, где у меня при жизни был желудок.
— Красивое имя... необычное, — жрец выдержал небольшую, как мне показалось, точно выверенную паузу. — Будто сам Суртаз выбрал его для тебя. Хм... Пожалуй, я предпочел бы продолжить наше знакомство в более подходящей обстановке.
— Прошу прощения, господин, — почтительно обратился к нему Мэб, — мы только с дороги, и еще не отметились у коменданта.
— Ах, формальности, — с ощутимо фальшивым сожалением ответил мой «брат в посмертии», переведя взгляд на боевого некромага, — вы можете идти.
— Я — с ними, — для этого заявления мне пришлось собрать всю свою волю в кулак.
Лич снова внимательно уставился на меня. Ощущение неприятия и отвращения к нему нарастало, по непонятной мне причине. Что я, мертвецов никогда не видела? Ну да, мумифицированный летающий труп с живыми и блестящими человеческими глазами и красивым звучным голосом. Эка невидаль. И ничего, что от мощи его ауры при столь близком контакте меня начинает потряхивать...
— Он пытается тебя очаровать.
— Чего-о?
— Что слышала. Не знаю, зачем, ему это нужно... Хотя нет, думаю, знаю. Он же жрец, насколько я понял... В общем, в его заклинание голоса определенно вплетены чары. И твои ощущения — это сопротивление им.
— И что мне делать?
— Жаль, — на этот раз сожаление в голосе Килира прозвучало куда искреннее. — Но я уверен, мы скоро встретимся снова, сестра...
От последней фразы лича, будь я живой, мне наверняка бы стало нехорошо. Жрец же, бросив напоследок внимательный взгляд на моих спутников, неспешно уплыл в сторону одного из зданий у края площади. К счастью, не того, куда направились мы.
— Отвечая на твой вопрос...
— Как всегда, своевременно.
— Советую делать вид, что ничего не происходит, — невозмутимо продолжил Альд. — Можешь, конечно, притвориться очарованной...
— Ни за что!
— То есть тебе не интересно, чего он добивается?
— Честно? Делать мне нечего, кроме как выяснять, чего от меня хочет престарелый извращенец.
Раздавшийся в моей голове смех Альда оказался неожиданно действенным средством от засевшего в груди комка неприятных ощущений.
— То, о чем ты подумала... Хах, вряд ли ему это нужно. Скорее всего, это просто любопытство — как ты умудрилась стать личем, только и всего...
— Желания
