– И закуска, в виде вот этих слизняков, – съязвил внутренний. – Говорил я, – пойдем, поедим, поваляемся в кровати. Утро вечера мудренее.
– Здесь должна быть комната вождя. Там есть то, что нас спасет, – прервал его Виктор.
– А нужно ли это? – усомнился внутренний. Какой год живем не своей жизнью. Надоело. В тридцать, это еще можно, но сейчас, уже хочется постоянства, – промямлил внутренний. Будешь снова с зеркалами экспериментировать, куда еще занесет…Может лучше поищем выход? Здесь, как ты помнишь, скрывалось племя, но потом куда-то ушло отсюда. Значит выход был!
– Попытка не пытка, – ответил Виктор. Сначала зайдем в комнату вождя. А потом поищем выход и куда-нибудь да выйдем.
Вскоре они были у входа в помещение, где когда-то лежало тело Вождя. Виктор содрогнулся и, взявшись за медное кольцо, крутанул его. Собрав все свое мужество, он вошел в зал.
* * *
Четыре зеркала висели по разным стенам, отражая в себе черноту пространства. Ложе вождя было пустое, как и ложе отца Клары.
– Вождя предали погребению, а отец Клары вернулся к жизни, как только я вернулся в свой мир, – вспомнил Виктор, строчки из своего романа.
Факелы еще горели, давая возможность ориентироваться в помещении.
– Кто-то их зажигает! – подумал Виктор, в надежде, что сюда придут люди Моамбы.
– А если раз в месяц? – вздохнул внутренний. – Судя по скорости исчезновения пакли, процесс мог быть растянутым на долго.
С возникшим холодком внутри, Виктор подошел по очереди к каждому из постаментов, воскрешая в памяти те картины, и вдруг услышал мягкий стук камня.
– О боже! – пронеслось у него в душе с пониманием того, что произошло.
Он побежал к недавно еще открытому входу в зал, и остановился в оцепенении. Вход, а вернее выход, был закрыт, и он сам заперт в этом помещении. Как не пробовал он открыть камень, это не получилось.
– Замурованы! – завопил внутренний голос, брызгая холодком по всем внутренностям Виктора. – Говорил, говорил, не ходи, не надо экспериментов! Теперь не Адам в раю, а Виктор в склепе. Вон и постамент есть, – трагически саркастическим тоном произнес голос внутри Виктора.
Виктор попытался отмахнуться от таких кошмарных мыслей и попробовал еще несколько вариантов приведения двери в движение. Через некоторое время безуспешных усилий по сдвигу каменной заслонки, Виктор устало осмотрелся, где бы ему приземлиться. И не увидел ничего подходящего, кроме постамента, вернее двух каменных ложе, на которых, некоторое время назад, лежали почти трупы!
– Но сейчас здесь никого нет, – успокоил себя Виктор. – А если кто и появится, пусть хоть приведение, то это будет мне только на руку.
Он залез на одно из них и, подложив руки под голову, стал по очереди вглядываться в каждое из зеркал. В зеркалах была только магическая чернота, с небольшими отсветами от факелов.
– Давай, давай, думай, ты же повелитель зазеркалья, съехидничал внутренний голос. Повелевай!
– Что повелевать? Палочка, сделай так, чтобы на ковре самолете я приземлился в воем доме? – с горечью пошутил Виктор. Это только надпись. А чтобы повелевать мирами, нужно было всю жизнь учиться, по книгам, по советам мудрых. А что я? Перекопировал знак и все! А дед, он хоть и мой предок, но жил то он двести лет назад, и я от него так далек! По всем сторонам. Попал я сюда случайно. В первый раз, по крайней мере. Выбрался тоже не сам, а уж в этот раз, крутят мной как хотят. Уже, наверное, в седьмой мир закинули, считая от Парижа! Вот если бы сюда пришла Клара! Вышла бы из этого зеркала, уж теперь бы я поставил вопрос ребром. Попросил, – поправил себя Виктор. – Закончите вы все это. Оставьте меня в покое. Я вам все отдал. У меня нет ничего, чтобы держало меня в этих мирах. Если я в чем-то виноват, то простите меня. Но зачем такая изощренная месть? Заживо похороненный, это уже слишком!
– Тебе не кажется, что здесь как то странно пахнет? – вдруг заволновался внутренний.
– Чем здесь еще может пахнуть, если здесь веками лежали полуживые тела, умирали жертвы, и окуривались благовониями, – ответил Виктор. Прекрасный состав для воздушного аромата.
– Да нет, раньше я здесь такого не слышал, разве только когда в хижине бабки плясали, а потом и ты тоже…
– Отстань…. Только ответил Виктор. И так тошно!
– Боюсь, теперь нужно думать о газовой атаке. Понюхаем, понюхаем, а потом и заснем! У тебя же книга! – вдруг осенило внутренний голос. Прочти, что там написано, глядишь и найдем выход, или дождемся помощи.
Виктор вспомнил, что положил книгу на уступ в стене. Он открыл ее, и пролистав поближе к концу, остановился там, где он вошел в зал вождя.
– Здесь все кончается на фразе: «Каждый умирает сам»– сокрушенно сказал он.
– Так что мы умрем?! – воскликнул взволнованно внутренний голос.
– Здесь еще написано, что – Тот кто был в будущем, не умрет в прошлом.
– И это ободряет! – воскликнул внутренний.
– Чего ободряет! – возразил ему Виктор. Мы то в будущем. И умрем в будущем. Так что эта фраза к нам не относится.
– Но зачем-то она здесь написана. Вспоминай, это же ты писал, – потребовал внутренний голос.
Виктор лег на постамент, и, пододвинув книгу ближе к огню, стал пробегать по страницам.
– Ах, вот в чем дело, – воскликнул он. Я уже умер, но еще я жив! Клара! Ты как всегда на высоте. Я в будущем, а это значит, что возможно все и обойдется! А как? – подумал он. – Сдвиг по времени, искажение прямой жизни, маленький крючочек, который обошел ту страшную точку, прогон до следующего десятилетия, и возврат. Складно! И ничем не хуже той моей теории про бесконечность, в обе стороны, и бесконечное множество миров, где все так, но чуть-чуть отличается от предыдущего. А это чуть-чуть и есть та минута, которая решила все. Одна минута и ты попал в катастрофу, одна минута в сторону и ты проехал перекресток немного раньше, чем это нужно. А проехал ее я в будущем, но теперь я должен вернуться. Это равновесие не устойчивое, потому что оно искусственное. И кто знает, чем Клара заплатила за все это. А все очень просто, на сколько проскочил вперед, на столько вернись назад. В результате ноль.
– А еще, если уйти от той страшной точки и пойти как по ленте Мебиуса по другой стороне жизни, а потом вернуться в ту же точку, то тоже получится ноль. Как был в той точке, так в ней и остался, только со сдвигом во времени. Чувствуешь?! Нет, ты чувствуешь, насколько я велик! – воскликнул гордо внутренний голос. Вот это открытие! Его еще нужно обдумать, обмозговать. Это только поверхностный взгляд, первая мысль…
– Я понял. Я понял, – прошептал Виктор. – Но как Иван? Ведь он попал сюда по моей вине? Виктор снова задумался. – Но я возвращаюсь в мир, где ничего этого не было, а значит, Иван на своем месте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
