Карлос не спал всю ночь, да и дон Хуан только дремал, беспрерывно просыпаясь. Оба не раздевались. Карлос сидел у постели матери, которая еще не оправилась от ударов и бредила во сне. Сидя возле нее, Карлос старался разгадать, к какому племени могли принадлежать хищники. Это не были ни апачи, ни команчи. С их отрядами он встречался, возвращаясь домой. Они принимали его радушно и ни слова не говорили ни о своем намерении сделать набег на территории Сан-Ильдефонсо, ни о каких-либо столкновениях с его жителями. Кроме того, они шли большими группами и не могли иметь ничего общего со слабым, малочисленным отрядом, ограбившим ранчо. Хищники не принадлежали к этим племенам, о чем охотник на бизонов даже пожалел, ибо он был уверен, что они возвратили бы ему пленницу, как только узнали бы, что она его сестра.
Не были ли это юты, как говорил дон Хуан и как считало население долины? И в этом случае у Карлоса оставалась слабая надежда: он торговал с одной из ветвей этого могущественного и воинственного племени и даже был в дружбе с несколькими их вождями, которые, к несчастью, воевали в это время с северными поселениями. Оставались хикариллы, трусливые и свирепые индейцы, его заклятые враги, которые готовы были скальпировать его при первом удобном случае. При одной этой мысли охотник на бизонов вскочил, объятый трепетом, и руки его судорожно сжались в припадке бессильного гнева.
Еще до рассвета работники были готовы: лошадей и мулов привели во двор, и Карлос попрощался с матерью. Старуха ослабела от потери крови и, не в состоянии говорить громко, знаком подозвала сына к постели.
– Ты знаешь каких индейцев собираешься преследовать? – спросила она.
– Нет, матушка, но боюсь, чтобы это не были хикариллы, наши смертельные враги.
– А носят ли хикариллы бороду и перстни на пальцах?
– Нет, матушка! Но почему вы задаете мне эти вопросы? Вы ведь знаете, что они не носят бород.
И, повернувшись к дону Хуану, он прибавил шепотом:
– Бедная матушка! Кажется, этот страшный удар подействовал на ее рассудок.
– Ступай, ступай по следам! – продолжала мать Карлоса, не услышав его последних слов. – Они, может быть, приведут тебя к… – и старуха прошептала несколько слов на ухо сыну.
– Вы так думаете? – вздрогнув, спросил Карлос.
– Я только подозреваю, но ступай по следам, следы приведут тебя… Иди и убедись сам!
– Рассчитывайте на меня, матушка, я проверю и скоро узнаю, в чем дело.
– Дай мне одно обещание перед отъездом: ты будешь сохранять спокойствие и осторожность!
– Не бойтесь ничего, матушка. Я буду осторожен.
– И если мои подозрения – это правда…
– В таком случае мы очень скоро увидимся. Однако во мне кипит кровь, я не могу больше оставаться. Прощайте! Да хранит вас Бог!
Через минуту все всадники были уже на конях и под предводительством Карлоса и дона Хуана выехали в путь, свернув на дорогу, ведущую из долины.
Глава XXIX
Первые признаки
Хотя еще не рассвело, но и в сумерках легко было идти до того места, где уланы остановились, чтобы повернуть назад. А когда они достигнут цели, уже ожидался восход.
В пяти милях ниже от ранчо дона Хуана дорога разделялась надвое. Направо путь шел на юг, откуда Карлос возвратился накануне, левая ветвь вела прямо к броду через Пекос. По этой, левой, и проходили уланы: их следы виднелись так явственно, что по ним можно было скакать галопом, но Карлос мало обращал внимания на битую дорогу. Он в основном осматривал землю по обе стороны дороги и потому удерживал свою лошадь. Он заметил следы скота, голов пятьдесят, должно быть похищенного у дона Хуана.
– Судя по всему, они проходили здесь дня два назад, – сказал Карлос.
– Это мой скот, – ответил дон Хуан, – именно два дня назад его у меня угнали.
Переехав границу долины, преследователи оказались на равнине, омываемой Пекосом, прямо к которому и собирались поехать. Еще мили за две до реки, Бизон, бежавший впереди, круто свернул налево. Проницательный глаз Карлоса отметил новый след, по которому побежал пес. Он отделялся от следов отряда и вел на север. И Карлосу, и дону Хуану показалось странным, что собака избрала этот неизвестный путь, на котором виднелись только свежие следы нескольких животных. Неужели собака проходила уже по этой дороге?
Карлос соскочил с лошади, чтобы рассмотреть следы.
– Четыре лошади и один мул, – сказал он дону Хуану. – Две из них подкованы только на передние ноги, а остальные и мул совсем не подкованы. На всех лошадях сидели всадники; мул навьючен и его вели в поводу. Но нет, – прибавил он после более внимательного осмотра, – это не вьючный мул!
Охотнику на бизонов нужно было не более пяти минут, чтобы прийти к этому заключению. Способы, с помощью которых он делал такие выводы, казались чудом для всех его спутников, за исключением, может быть, Антонио. И Карлос не ошибся ни в чем. Еще несколько минут он осматривал следы.
– Они прошли здесь вчера утром прежде, чем высохла роса, – продолжал он. – Уверен ли ты, дон Хуан, что они оставили твой дом раньше полуночи?
– Уверен, конечно, ибо едва пробила полночь, как я уже с твоей матушкой возвратился к себе.
– Еще один вопрос: можешь ли ты хоть приблизительно определить число индейцев, осаждавших твой дом? Много ли? Мало?
– Нам не видно было за деревьями, но, судя по крикам и по количеству следов, их было человека три или четыре. Вероятно, это те самые, которые сожгли ваше ранчо, а потом прискакали ко мне.
– Я и сам думаю, что это те же, а вот и их следы!
– В самом деле?
– Готов почти утверждать. Но посмотри, не странно ли это?
И Карлос указал на собаку, которая прыжками и визгом обнаруживала живейшее желание идти по вновь открытому следу.
– Действительно, очень странно, – ответил дон Хуан, – должно быть, пес уже проходил здесь.
– Мы это увидим, – сказал Карлос, – но прежде, чем свернем с большой дороги, посмотрим, до какого места продолжали наши храбрые уланы свое преследование. Поскорее в путь!
Пришпорив лошадей, они помчались вперед. Охотник по-прежнему был впереди всех и по-прежнему внимательно осматривал со всех сторон землю, проверяя, не отходит ли еще где-нибудь какой-то след. Время от времени встречались тропинки, пересекавшие путь, но протоптанные давно, безо всяких свежих следов всадников. Карлос продолжал ехать вперед и все подробно осматривать.
Пустив лошадей небольшим галопом, охотник и его спутники доскакали до Пекоса и, подъехав к броду, убедились, что отряд тут останавливался и, не перейдя реки, повернул обратно. Но голов пятьдесят скота и сопровождавшие его переправились через реку двумя днями раньше, ибо тяжелые копыта глубоко погружались в прибрежный ил. Карлос по мелководью переехал на другую сторону, тщательно осмотрел и берег, и равнину и убедился, что здесь не проходил ни один солдат, только стадо в пятьдесят голов. Затем он знаком позвал дона Хуана и остальных, чтобы они тоже перешли брод.
