Профессор Вест-Пойнта Мейхан в 1836 году писал: «Общепризнано, что за две минуты солдат не может сделать более четырех-пяти выстрелов при условии тщательного прицеливания; три выстрела могут быть сделаны в течение минуты, но только ценой точности… Если цель при стрельбе из мушкета с отомкнутым штыком находится на расстоянии примерно 120—130 ярдов, то стрелку следует целиться прямо в противника; если дистанция короче указанной, то прицел следует брать ниже; когда же дистанция больше, то прицел надо брать выше».
Цифры, приводимые Мейханом, показывают, что число попаданий в цель размера роты по фронту падает с 75 процентов на расстоянии 85 ярдов при ровной местности до 5 процентов на расстоянии 510 ярдов при неровной местности. «На рыхлой, вспаханной почве, – добавляет он, – стрельба менее эффективна, чем на ровной твердой поверхности; в последнем случае происходит рикошет, и пуля все же находит свою цель. При благоприятных условиях примерно 1/7 часть от числа пуль попадает в цель в этом случае».
То, что меткая стрельба солдата, вооруженного кремневым мушкетом, и его доверие к этому оружию были вещами зачастую случайными, можно заключить из вышеприведенных свидетельств. Другое замечание профессора Мейхана придает такому выводу еще больший вес: «На расстоянии более 220 ярдов эффективность мушкетного огня весьма сомнительна. При дистанции стрельбы более 450 ярдов пуля редко наносит опасную рану, хотя мушкет посылает ее при возвышении в 4 или 5° на расстояние от 600 до 700 ярдов, а при большем угле возвышения на расстояние более 1000 ярдов».
Какое бы неблагоприятное впечатление ни производила на американского солдата первых лет Америки неточная стрельба из его кремневого мушкета, документы тех лет заставляют нас верить, что у него было мало причин сомневаться в надежности и безопасности оружия, которым он был вооружен. Контракты 1798 года предусматривали, что приклады мушкетов должны быть сделаны из хорошо высушенной древесины черного ореха, если она может быть получена исполнителем, в противном же случае из хорошо высушенной древесины клена; если же таковой не может быть обеспечено, то Соединенные Штаты сами поставят, за счет исполнителя, одну тысячу прикладов из хорошо выдержанной древесины черного ореха, каковые обычно имеются на общественных складах, по цене 25 центов каждый.
Фермеры восточных штатов организовали неплохой бизнес на поставках толстой струганой доски черного ореха, из которой подрядчики делали заготовки для прикладов. После окончательной отделки приклады должны были проходить приемку по качеству древесины – «прямослойной, хорошо просушенной, не имеющей сучков и червоточин», по качеству обработки – «не иметь трещин; не допускается склеивание треснувшей древесины; шейка ложи и гребень должны иметь оговоренные размеры и форму; сам приклад должен быть надлежащей формы и размера и требуемой длины» и т. д. В отдельных случаях невозможность поставщика достать выдержанную древесину приводила к значительным задержкам в производстве.
Качество стволов оговаривалось в особых спецификациях. Контрактами 1798 года предусматривалось, что они должны быть помещены в специальный испытательный станок, закреплены там так, чтобы не смещались при отдаче. После этого из них должны быть произведены два выстрела: в первом случае зарядом пороха, равным 1/18 части фунта в системе «эвердьюпойс»[32], во второй раз зарядом на 1/5 меньшем, те есть равным 1/22 части фунта. В обоих случаях круглая пуля калибра оружия должна быть заряжена в ствол. Порох, который используется при выстрелах, сначала должен быть опробован производством выстрела из мортиры калибром 5,5 дюйма, 1 унция пороха должна послать ядро весом 24 фунта на расстояние 80 ярдов.
Эти технические требования почти не претерпели каких-либо изменений, по крайней мере до начала Гражданской войны, единственным более поздним дополнением к ним стало требование запыживания испытательного заряда пороха: «Один пыж закладывается на порох и другой на пулю, при этом заряд хорошо утрамбовывается медным шомполом. Пыжи должны занимать в стволе после уплотнения расстояние около 3/4 дюйма».
Чтобы морально поддержать вооружаемых мушкетами солдат или, возможно, для успокоения общественной совести, Управление вооружений опубликовало нижеприведенные сведения о прочности мушкетных стволов: «Положение, ограничивающее срок эксплуатации легкого стрелкового оружия во французской армии 50 годами, основано на долговечности ствола, который является самой важной частью такого оружия. Опыт показывает, что ствол мушкета может выдержать 25 тысяч выстрелов, не потеряв при этом своих технических свойств, и даже во время войны из мушкета делают не более 500 выстрелов в год. Износ ствола, вызванный ведением огня, следовательно, достаточно мал, и основной причиной выхода из строя стволов является износ на более чем 0,09 дюйма внутреннего диаметра казенной части ствола. При правильном обращении и надлежащем уходе за оружием этот износ происходит очень медленно и, как правило, не достигает критической величины за 50 лет эксплуатации. Опытным путем в ходе непосредственных испытаний было установлено, что прочность ствола отвечает всем требованиям безопасности против несчастных случаев и лишь требует ухода со стороны солдата; и что даже после уменьшения в диаметре на 0,09 дюйма в казенной части ствол продолжает оставаться безопасным при выстрелах. В ходе опытных стрельб, проведенных в 1806 году, стволы уменьшались в диаметре на 0,13 дюйма, заряжались двойным и тройным зарядом пороха на одну пулю или два патрона заряжались один поверх другого».
Другие испытания были проведены в 1829 году на фабрике Мютцига, им были подвергнуты мушкеты, присланные на фабрику для ремонта. Они показали следующие результаты:
1. Когда мушкетный ствол заряжался одним патроном, помещаемым в произвольную часть ствола, или 2 или даже 3 патронами, помещаемыми должным образом без интервалов между ними, не существует опасности разрыва ствола; при 4 патронах, помещенных должным образом один поверх другого, или при снаряжении 2 или даже 3 патронами, помещенными должным образом один поверх другого, подобная опасность существует только в случае каких-либо дефектов при изготовлении ствола или при его значительном износе. При заряде более чем 4 патронами, помещенными должным образом один поверх другого, или при заряде 2, 3 или 4 патронами с промежутками между ними стреляющий подвергается опасности.
2. Нет опасности разрыва ствола при оставлении в стволе извлекателя пули. Опасным может быть закрывание дульного среза ствола деревянной пробкой, туго забитой в дуло, когда ствол снаряжен двумя патронами; или когда в ствол забит пробковый пыж, оставленный на определенном расстоянии от заряда с размещенным поверх него другим зарядом.
Снег, глина или песок, которые могут случайно попасть в ствол, не представляют опасности, если они окажутся близко к заряду; однако они весьма опасны, если находятся в пространстве между дульным срезом и зарядом; причем в таком случае песок значительно опаснее глины и снега.
Пули или обрезки железа, помещенные поверх порохового заряда, не представляют собой опасности, если они плотно примыкают к заряду, даже если их вес достигает 11/2 фунта; однако весьма опасен обрезок железа площадью 0,5 кв. дюйма, весом 1/4 фунта, если он помещен в 20 или больше дюймах от казенной части ствола.
3. Ствол с дефектом, который не заметил инспектор арсенала, разрывается при заряде трех патронов, заряженных должным образом. При значительном износе ствола, произошедшего в результате увеличения внутреннего диаметра ствола на отдельных его участках, оружие по-прежнему можно использовать без всякой опасности.
И наконец, повреждения и износ наружной поверхности ствола, что может произойти при нормальной эксплуатации оружия, никогда не достигают такой степени, которая может представлять опасность. Опытные стрельбы показали, что стволы, первоначально имевшие толщину 0,272 дюйма в казенной части, не разрываются, будучи снаряжены двумя патронами, до той поры, пока их толщина не уменьшится до 0,169 дюйма, а при заряде одним патроном – до 0,091 дюйма.
Столь необычные испытания могут в наше время показаться какими-то странными, но на самом деле они были основаны на глубоком понимании своеобразной психологии войск, участвующих в боевых действиях. Донесение о применении дульнозарядных ружей в сражениях периода Гражданской войны четко демонстрирует, что подобные испытания были вполне оправданны:
«Официальное донесение об обследовании оружия, собранного на поле сражения при Геттисберге, свидетельствует, что из всего собранного оружия (27 575 стволов) мы нашли по крайней мере 24 тысячи стволов заряженными; около половины из них были снаряжены двумя зарядами каждый; одна четверть была снаряжена от трех до десяти зарядов каждый, а остальные только одним зарядом. Во многих из этих стволов оказалось от двух до шести пуль с одним лишь зарядом пороха. В некоторых стволах пули были обнаружены на дне ствола с зарядом пороха поверх пули. В шести стволах оказались бумажные патроны 58-го калибра, причем они были снаряжены в ствол, не будучи надорванными. В одном мушкете Спрингфилда было обнаружено двадцать три заряда, причем каждый из них был помещен в ствол надлежащим образом. В дульнозарядном мушкете капсюльной системы было найдено двадцать две пули и шестьдесят две картечины, перемешанные с соответствующим количеством пороха.
