ВРЕМЯ демонстрировало свою мощь, перед которой они были бессильны. Новое знание не могло им ничем помочь.
Тягучее, крепкое щупальце, жирной, густой белизны, нависло над профессорской дочкой своей тупорылой мордой и разинуло кроличью нору. Обмерая и чувствуя катастрофу, еще пытаясь справится с собой, Джульетта спиной ощущала, уткнувшийся ей промеж лопаток, подлокотник дивана.
Девушка вдруг покаянно охнула, вспомнив слова Дэвида, которые он произнес несколько часов назад, рассказывая ей о проделках ВРЕМЕНИ: «Ты его еще не знаешь. У него зверская хватка».
Ее мозг лихорадочно пытался осмыслить этот неожиданный поворот событий. Змеиные кольца ужаса сковали Джульетту.
У ВРЕМЕНИ, в этом смысле, один почерк: ВРЕМЯ всегда действует с позиции силы.
Кто-то разразился хриплым хохотом и его забрало ВРЕМЯ. Вбирая и поглощая все, ничего не выпуская наружу.
Потом ВРЕМЯ стало разглядывать девушку, как добычу. Джульетта таращилась в раскрытую, сквозную пустотелость шевелящейся пасти, понимая, что оттягивает неизбежное. В широком раструбе зева, края коридора времени заворачивались внутрь. Резким жадным броском щупальце накрыло просроченную. И всосало ее в себя, скручиваясь тягучими, невероятными кольцами. Девушка увидела огромный, скользящий коридор, легко и гладко втягиваясь внутрь. И длинный, беспредельный свет…
ВРЕМЯ никогда не отказывается от своего влияния на все. Теперь ОНО наводило порядок среди тех мятежников, кто не хотел жить по ее правилам. И находился в бегах от ВРЕМЕНИ.
Удерживая точку в пространстве, соответствующую временному проколу, тоннели свивались, тесно сплетая воедино нити прошлого, настоящего и будущего.
ВРЕМЯ боролось с противоестественным, заживлялось, наверстывая себя. Тянулось сквозь эпохи. И у агентов ни у кого не было шанса на прежнюю жизнь. ВРЕМЯ устраивало реванш, приживляя корни их судеб в другой временной реальности.
Новой самостоятельной жизни.
Скиапарелли Джованни Вирджинио нашел свое продолжение в девятнадцатом веке. Он закончил Туринский университет. И вошел в историю знаменитым итальянским астрономом. Объявив из глубины веков, еще в 1877 году об открытии марсианских каналов — сети длинных линий на диске Марса. Благодаря и этим заслугам тоже, на красной планете, вблизи экватора, есть кратер Скиапарелли.
Анания Ширакацы — армянский ученый седьмого века, математик, географ, астроном, опережая свое время, доказательно обосновал в своей книге: «Космография и календарь», что Луна светит отраженным светом Солнца. Он заявлял о шарообразности Земли и что она подвешена в пространстве. А по обратной стороне нашей планеты ходят люди.
Джонатан Сфифт, автор «Путешествия Гулливера», уже в начале восемнадцатого века утверждал, что у Марса два спутника.
Каждому ВРЕМЯ платит — сколько он стоит.
Джульетта вышла замуж за великого итальянского кинорежиссера, Фредерико Феллини. И прославилась под именем Джульетта Мазина, как актриса театра и кино. Прожив в счастливом браке пятьдесят лет и один день.
Саймону ВРЕМЕНЕМ была уготована судьба — под стать характеру и отвечающая претензиям такой натуры. Верный воинскому долгу, он стал последним неизвестным защитником «Брестской крепости». В окровавленных грязных повязках, невероятно исхудавший, заросший густой щетиной, он провел десять месяцев в подземелье, обороняя цитадель. Немцы захватили «посиневшего» бойца красной армии в бессознательном состоянии. И рука его до последней минуты крепко сжимала бурый от вражеской крови топор.
ВРЕМЯ умело удивлять. Непреодолимая сила порталов и пространственно временных континуумов, забросила «Пограничника» в будущее. Где отношения с реальностью были не менее запутанными. В его лице, недалекое будущее пробилось сквозь барьеры времени в собственное прошлое. Пересекая плоскостями стремительного истребителя траекторию падения Челябинского метеорита, на «Су-182», бывший пограничник, а теперь командир авиакрыла космической безопасности, протаранил небесного странника с тыла, прошив его насквозь. И включив режим невидимости, исчез в необъятной, иссиня-серой эмали неба, как в беспрестанно движущемся вперед настоящем. Распылив страшного гостя на мелкие, не представляющие опасности, фрагменты.
Словно ничего, никогда и не происходило.
Этого никто никогда доподлинно не узнает, но над планетой, каленой искрой, промчалась тень «Серебряной птицы». Высотный, частично орбитальный космолет, высочайшей степени засекреченности, проник ослепительно дрожащей звездой в безвоздушное пространство ближайшего космоса. «Оружие возмездия» — сверхсекретный проект супер оружия третьего рейха, догнало кружащуюся в пространстве планету.
Космолет со свастикой скользил от мощного пламени, которое выбрасывали его дюзы. Широкие, как юбка купеческой дочки. Зарево окрасило воздух. Баллоны со сжиженным топливом кормили огненные струи до отвала. Толкая «Серебряную птицу» на преступление тысячелетия.
Космолетом управлял фанатик, ценящий в себе все, кроме человечности. Незапятнанный гражданин фашистской германии. Вымуштрованный в лучших традициях «Гитлер-Югенд». Он славился своей солдатской выправкой. Пилот был достоин доверия, предан нацистской системе третьего рейха, связан с ней кровью и воспитанием. И воспринимал чужую культуру, как некую заразу.
«Серебряная птица» перенеслась, через светораздел, с дневной стороны на ночную. Огни, раскинутые горстями, нескончаемый лабиринт шоссейных дорог и жилых пригородных кварталов, не походили на Лондон. Как правило, закутанный грозовыми тучами, на тех фотоснимках, по которым готовили пилота. Но смертника предупреждали, что в верхних слоях атмосферы у него могут начаться галлюцинации.
«Видеться всякое», — подумал немец: «Нужно постараться и справиться с недомоганием».
Его лицо было искажено гордостью.
«Легкие победы только развращают. Сейчас он устроит огненный салют Фюреру!»
В крохотной кабине космолета сейчас верховодил кровавый дикарь.
Такая концентрация воли была доступна не всякому истинному арийцу. Ведь только ему, из тысячи лучших претендентов, доверили управлять кораблем, начиненным термоядерной бомбой.
Наслаждаясь рабством машины, которая, все равно, была тяжелее воздуха и глупее пилота. Не взирая на явную ошибку, немец продолжил направлять корабль, неминуемо приближаясь к Марсу.
Красная планета была обречена.
«Серебряная птица» рыскнула…
Чистое, первозданное ВРЕМЯ соединило заново эпохи и живущих в них людей.
У Дэвида голова шла кругом, словно он ночевал в работающей бетономешалке. Звезды придвинулись ближе и стали значительно ярче. Дэвиду показалось, что он не узнает планету в иллюминаторах. Отраженное сияние уменьшившегося Солнца серебрило огнедышащий торс корабля. Космолет ощутимо потряхивало. «Серебряная птица» вибрировала и Дэвид сам весь дрожал, до последнего остатка. Только руки казались спокойными, потому что крепко вцепились в штурвал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
