Кустарник не церемонился с той, что попыталась его сломать своим весом. Сам он, кстати, на первый взгляд не пострадал. Когда Ия с него встала, то увидела, что ни одна веточка не была сломана, и вокруг не было сорванных соцветий и листочков. Его соседям так, разумеется, не повезло.
— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась она, отпуская существо и подходя к нему, — Откуда вы взялись?
Козлоподобный, оставшись без поддержки, опустился четвереньки и так стоял, пока не узрел перед своими глазами край некогда белоснежного роскошного наряда.
— Моя госпожа, — создание с усилием поменяло позу и, встав на одно колено, склонило лохматую голову перед ней.
Его большие уши прядали и поворачивались вокруг, ловя нарастающий шум, доносившийся из-за контура. Совсем, как у лошади или козла, сопровождавших обычно ее сводную сестру Дию. Богиня на это предпочла не обращать внимание.
— Итак, я вас слушаю, — строго напомнила она. Создание еще ниже склонилось и разглядывая поверхность у своих ног, что-то негромко и невнятно произнес.
— Поднимитесь и объясните четко, — резко потребовала она, недовольная, что приходится повторять.
Оно подчинилось и поднялось на ноги. Над богиней он возвышался не меньше, чем на шаг. И на вид он был моложе управляющего.
— Я — Базеус, мой брат Тиго послал меня к расщелине. Но я не смог до нее добраться, — проговорил он, виновато уставившись огромными влажными глазами на девушку.
— Разве вас не отозвали? — удивилась та, — я приказала это сделать.
— Я слышал моего брата, но не смог перенестись обратно, — расстроенно сообщил суще… Базеус.
Ия поморщилась, недовольная необходимостью выслушивать и, о ужас, еще и запоминать все эти многочисленные имена и родственные связи.
— Почему? — отрывисто поинтересовалась она, взирая на вытянувшегося в струнку подчиненного также, как дядя Вард на смотрел на провинившиеся души или даже охотников Смертной обители, что подглядела много циклов назад.
— Вы очень вовремя вмешались, госпожа. Оно меня почти выпило. Я так вам благодарен за спасение!
— А вы спасли меня, — сухо ответила она, — Хотя в первый момент я этого не понимала. Поэтому будем считать, что мы в расчете. Расскажите, что там было.
— Странный радужный светящийся поток из таких мелких песчинок, — Базеус сложил крепко прижал два огромных пальца друг к другу, показывая пресловутую величину, — меня закружил. Я успел услышать, что надо уходить, но пути назад не было…
— Насколько я помню, ваша сила не зависит ни от чего внешнего. Ни сил, ни проявлений или даже чьей-то воли. Как говорит мой отчим, это внутренняя особенность организма вашего вида. Вы же могли построить себе новый путь, а не возвращаться прежним, — раздраженно сообщила Ия, уже понимая, что если этот образец не мог противостоять странным чарам, то и никто другой из ее свиты не сможет.
Высказывать все это было бессмысленно, но уж очень хотелось, чтобы сбросить лишнюю напряженность, возникшую в том числе и при содействии горе-спасителя. Ее шею периодически неприятно, почти больно, покалывало. Под кожей же временами будто пробегал ток, как при трении двух гладких тканей, или мелкие колючки, подобные кактусовым. Непривычно и даже дискомфортно.
Хотя, следовало признать, он не виноват. Просто не рассчитал силы. И еще вопрос, а успела ли она бы сама отреагировать? Ведь раздосадованный вихрь затем несколько раз бился в заслон, сотрясая огромную по размерам территорию с тяжелыми строениями. Значит, тот кто был за его границами был неимоверно силен.
— Я не уверен, моя госпожа, — проблеял Базеус, — но оно питается силами. В один момент я понял, что ничего не могу сделать. Все, что успел на тот момент — это перенестись до стены разлома. По нему я лез без применения сил, цепляясь руками и ногами, а песчаные вихри, поднимались со дна и нападали на меня, били в спину, бока и голову, пытаясь сорвать. Если бы стена была не из скальных обломков, не думаю, что я выбрался.
Громоздкое создание покачало сокрушенно буйной головой, озадаченное происходящим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вихри с камнями не дружат, — добавил он, — Это очень помогло.
Ия невольно улыбнулась и уже мягко спросила:
— Какой ваш возраст, Базеус?
— Три сотни, — промямлил…мальчишка.
— О, Боги, да вы — ребенок, — расстроилась девушка, осознав, что перед ней может и огромное создание, но для долгоживущих по возрасту сущее дитя. И такого посылать в опасное место?
— Не ругайте Тиго, моя госпожа, — быстро заговорил испуганный Базеус, — Мне приказали передать распоряжение старшему брату, а я решил, что сам смогу. Когда они узнали, что к расщелине отправился я, то стали звать и требовали вернуться. Но я не послушался, — на девушку взирали огромные влажные от слез глаза с отчаянной мольбой.
Ия вздохнула. Она поступила не лучше. Тоже сочла себя самостоятельной и взрослой, но если ему теперь можно стать вновь мальчишкой, ей же только предстоит разгребать свои ошибки.
— Идите к вашей семье, Базеус, — попросила она неожиданно мягко, — Уходите все из этого места. Здесь опасно.
Базеус низко поклонился и похромал ко дворцу.
— Что еще ждет меня нынешней ночью? — спросила девушка, наблюдая, как Базеус хромает к входу во дворец, а нечто бьется в ставшую непроницаемой защиту, — Лишь бы успеть всех вывезти отсюда….
Глава 22 Мир богов
Глава 22. Мир богов
Осторожно обходя, светившиеся песчаные потоки, постепенно захватывающие парк, и даже избегая случайного соприкосновения с ними, Ия вернулась во дворец.
Не желая привлекать к себе внимание, она шла по залам от входа ко входу вдоль стен за колоннами, порадовавшись, что при строительстве был использован храмовый тип построения. Для того, чтобы ее не замечали, она немного приглушила освещение в нужных ей зонах.
Было бы стыдно показаться перед гостями в драном грязном и залитом кровью платье, обзаведшимся, к тому же, неприличным разрезом сбоку по всей длине юбки. Одно дело одеться так сознательно, другое — когда одежда стала потрепанной.
Считавшаяся стильной и ухоженной, девушка не могла себе позволить так опуститься. Слишком неприятно. Ее и так ждала разборка в Совете, теперь она уже не сомневалась в этом.
Песчинки в парке среди клумб, неведомая агрессивная сила, бившаяся в защитный контур, чтобы проникнуть в защищенное пространство, и та расщелина, которая едва не уничтожила представителя сильного вида, пусть даже еще и очень молодого.
Если бы все ее проблемы были связаны только с нарядом… Можно было перенестись сразу в комнату, куда сложили ее одежды, но, при жизненной необходимости поддержки защитного контура от неожиданностей разлома, использовать силы на решение бытовых проблем стало бы не просто недальновидно, а фатально.
Ночь еще не закончилась, но, что делать дальше, девушка не знала. Покинуть заваренную ею кашу и бросить всех на произвол судьбы, конечно, не могла. И вовсе не потому, что сейчас под ее защитой и расходуя ее же силы, работали переходы, переправлявшие попавших в ловушку гостей на свободу.
В центральном зале, отведенном под праздник, толпилось более десятка нарядно одетых гостей. К счастью, паники не было. Они весело что-то обсуждали, не отказываясь угощаться напитками и явствами, подаваемыми на огромных подносах находившимися поблизости услужливыми служителями.
Рядом также сновали улыбчивые юноши и девушки, которые заметно выделялись среди гостей более строгими нарядами и, что неудивительно, приятными манерами. Они вежливо уводили гостей группами в дальний угол, в котором Ия заметила творившего волшебство Тиго, который постоянно разводил, сводил руки, настраивая и направляя переходы высокопоставленных гостей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Внутри контура, поддерживаемого Ией, силы управляющего действовали, что порадовало богиню, опасавшуюся, что гостей не удастся вывести с опасной территории. Пожалуй, ныне она была уверена в правильности только этого своего распоряжения.
