«В начале лета 1917 года над синеватым болотом темный дым горящего торфа сливался с дотлевающими развалинами широкого оранжевого заката. Всем известно, какие закаты стояли знамениями в том году над дымной Россией…».
А. Блок в августе 1917 г. записал в дневнике: «Свежая, ветряная, то с ярким солнцем, то с грозой и ливнем, погода…».
Летняя погода отличается разнообразием, наиболее выраженным в дождях и ветрах. На лето приходится максимум осадков, хотя дней с осадками меньше, чем в другие сезоны. Проливные ливневые дожди не только обильны, но и локальны, точно так же, как и порывистые ветры. Летом часто приходится слышать: «На Васильевском дождь, а в Купчине сухо» или «В ЦПКиО ветрено, а на пляже Петропавловки прекрасно». В такой «пятнистости» погоды на расстояниях 10– 100 км и ее изменчивости в течение одного-трех часов состоит трудность метеорологических прогнозов в летнее время. Требовательность же потребителей к летним прогнозам возрастает, так же как и противоречивость требований. Горожане, пожалуй, особенно капризны: ворчат по поводу прохлады и сырости, но жарой и сушью тоже недовольны. Городской транспорт, коммунальные службы, моряки и речники, дачники и владельцы садовых участков заинтересованы в устойчивой погоде, близкой к норме. Спортсменам и туристам, студентам и старшим школьникам – только бы побольше солнца и поменьше дождя. Так что летняя пора поблажек синоптику не дает. Летом повторяемость южных и юго-восточных циклонов возрастает до 15% против 4 весной. Такие циклоны приносят в Петербург жаркую погоду. Число атмосферных фронтов летом составляет 38 (весной 39), но возрастает до 27 (весной 19) прохождение холодных фронтов, с которыми связаны грозы и шквальные ветры.
Нормальное лето повторяется однажды в пятилетку, теплое и сухое лето бывает 1 раз в 8 лет, прохладное и дождливое – 1 раз в 10 лет. Впрочем, статистика, рассматривающая сезоны по годам, сглаживает коварства нашей погоды. Взяв отдельные месяцы сезона, можно обнаружить, что часть лета отклоняется в одну сторону от нормы, другая – в другую. Например, июнь 1995 г. был теплее нормы почти на четыре градуса (19°), при нормальном количестве осадков. А июль оказался ниже нормы на 2 градуса и холоднее июня на 3, причем вдвое суше его. Август 1995 г. был похож на июль, то есть был близок к многолетней норме (16°), но дождей было меньше нормы втрое.
Столь же противоречивым было лето следующего, 1996 г.: июнь– июль – прохладные и сырые, август – теплый и сухой. Средняя температура воздуха в июне не достигла даже 15°, то есть по климатической норме его нельзя отнести к летнему месяцу. Дождя выпало в полтора раза больше нормы. Зато в августе погоду словно подменили. С Ильина дня (всегда 2 августа), когда по приметам лето обязано поворотиться на осень, к нам солнце юга будто бы вернулось. Ясно, жарко, тихо… В итоге тот август оказался на три градуса теплее нормы и вдвое суше. Вспомнился Пастернак: «пора Преображенская и золото второго Спаса…» (Преображение – второй, яблочный, Спас – отмечают 19 августа). Благодать омрачилась лесными пожарами в Ленинградской области, посещать леса запретили, грибы-ягоды стали труднодоступными.
Перечислять изменчивость петербургского лета можно долго и много. Аномально жаркой была третья декада июня 1999 г., когда отмечали 150-летие основания Главной физической обсерватории, присоединив к этому событию также 200-летие ее первого директора А.Я Купфера и 165-летие Нормальной обсерватории при Горном институте, обозначив последнюю дату как начало русской гидрометеорологической службы. Торжества по погоде проходили у нас с участием президента Всемирной метеорологической организации, представителей метеослужб других стран и наших высокопоставленных лиц. Жара, прямо скажем, не способствовала творческому общению… Следующие два летних месяца 1999 г. в целом соответствовали норме. А через год лето не удалось, по крайней мере, его начало: июнь 2000 г. был прохладным, ветреным и дождливым.
Июнь
Основные климатические характеристики
Максимальная высота солнца в середине месяца – 53 градуса.
Продолжительность дня в середине месяца – 18 часов 48 минут.
Продолжительность солнечного сияния – 263 часа.
Облачных дней – 9.
Дней с осадками – 14.
Дней с туманом – 1, максимум – 3 в 1947 г.
Дней с дымкой – 7.
Дней с грозой – 4, максимум – 12.
Продолжительность осадков: средняя – 60 часов, максимальная -172 часа.
Суммарная солнечная радиация – 578 МДж/м2.
Радиационный баланс – 344 МДж/м2.
Суммарная освещенность при фактической облачности – 54 кило-люкс.
Температура воздуха: средняя – 14,9°, абсолютный максимум – 32° в 1917 г., абсолютный минимум – 0,0° в 1930 г.
Атмосферное давление (в мм): среднее – 758,8, абсолютный максимум – 774 в 1962 г., абсолютный минимум – 735 в 1922 г., максимальная межсуточная изменчивость: рост – 12,8 в 1950 г., падение -13,7 в 1968 г.
Ветер (в м/сек): средняя скорость – 3,6, Повторяемости по направлениям (в % от общего числа измерений): северный – 9, северовосточный– 13,восточный– 6,юго-восточный– 8,южный– 10,юго-западный – 15, западный – 28, северо-западный – 11, штили – 10.
Средние и максимальные скорости ветра по направлениям: северный – 2,7 и 8, северо-восточный – 3,0 и 9, восточный – 2,5 и 7, юго-восточный – 3,2 и 9, южный – 3,6 и 12, юго-западный – 3,3 и 8, западный – 3,5 и 12, северо-западный – 2,6 и 12.
Количество осадков (в мм): среднее – 65, абсолютный максимум -146 в 1892 г., абсолютный минимум – 11 в 1917 г., суточный максимум – 42, 27-го 1935 г.
Относительная влажность (в %): средняя – 68, минимальная – 61 в 1937 и 1939 гг., максимальная – 77 в 1976 г.
Самая поздняя дата наступления средней суточной температуры воздуха выше 10-5 июня.
Средняя дата наступления средней суточной температуры воздуха выше 15°: 16 июня.
29 июня 1790 г. – отмечено гало, оптическое явление, сложное по форме: около 8 ч утра вокруг солнца появились два радужных круга, которые пересекала яркая белая полоса с сиянием ложных солнц.
14 июня 1815 г. «в Старой Руссе, в шестом часу пополудни при величайшем порывистом ветре с сильными громовыми ударами, выпал здесь град величиною с грецкий орех. Градом сим во многих домах выбило окна и повредило в огородах и на полях многия растения» (Северная Почта, или Новая Петербургская газета. № 56. 14 июля 1815 г.).
6 июня 1828 г. – отъезд А.С. Грибоедова в Персию послом России. День был пасмурный, дождливый и прохладный.
1908 г. – жаркое грозовое начало лета в Петербурге и на всем Северо-Западе России. 8 июня в Любенске (примерно 100 км юго-западнее Луги) скончался Николай Андреевич Римский-Корсаков.
6 июня 1923 г. – Николай Иванович Вавилов сообщал в письме: «…Стоят холода, весна запоздала на полтора месяца. Сокращаем посевы, не надеясь на вызревание».
28 июня 1923 г. – сильная гроза, при которой наблюдалась шаровая молния в центре города. Она влетела в открытую форточку третьего этажа, сопровождалась яркой вспышкой и взрывом, отбросив и оглушив обитателя квартиры.
22 июня 1941 г. – начало Великой Отечественной войны. В Ленинграде – 18°, ветер западный, слабый, малооблачно. Первый погожий день после холодной затяжной весны.
Тот самый длинный день в годуС его безоблачной погодойПринес нам общую бедуНа всех.На все четыре года.
(Константин Симонов)
Все, все у сердца на счетуВсе стало памятною метой.Стояло юное, в цветуЕдва с весной расставшись, лето…
(Александр Твардовский)
Г.А. Кулагин (1921—1985), главный механик Металлического завода в годы войны вспоминал: «Весна 41-го года выдалась в Ленинграде поздняя, тугая. Медленно, словно нехотя, распускалась листва. Поздно распускалась сирень. В субботу, 21 июня, впервые выдался по-настоящему теплый летний вечер. Не пройтись ли по проспекту 25-го Октября, или, как его до сих пор называют старые ленинградцы, по Невскому? Иду от площади Восстания вперед. У меня всегда захватывает дух от этой летящей вдаль, к стройному силуэту Адмиралтейства, прямизны и ширины главного проспекта нашего года. Несмотря на поздний час, еще совсем светло. Дома, освещенные почти горизонтальными лучами вечернего солнца, отбрасывают легкие прозрачные тени. На Аничковом мосту бронзовые атлеты, как всегда, укрощают своих бронзовых коней. Справа тускло поблескивает в уже затененных гранитных берегах Фонтанка и тянется вдаль перспектива домов и дворцов, озаренных спокойным немеркнущим светом. Воздух настолько прозрачен, что можно различить каждый прут на затейливой решетке отдаленного Шереметевского дворца.
