Вполне вероятно, что князь Святополк стал жертвой политических интриг и на него удалось списать целый ряд политических преступлений, совершенных другими лицами, например тем же Ярославом Мудрым. Вся судьба Святополка говорит о том, что это скорее страдалец, жертва, чем преступник. В детстве он был лишен отцовской ласки; затем последовали династический брак по расчету, бегство на чужбину. Святополк, конечно, был сыном своего времени и, возможно, подобно большинству своих современников, обладавших властью, действительно отличался жестокостью и коварством. И все же внимательный анализ исторических документов дает основания усомниться в его однозначной вине. Так что окончательно ставить точку в «деле Бориса и Глеба» еще рано…
Поиски библиотеки Ярослава Мудрого: легенды и факты
Недалеко от главного входа в Софийский собор в тени прекрасных киевских каштанов стоит серая гранитная стела, [9]которая напоминает посетителям храма о знаменательном событии в истории Киевской Руси — основании в 1037 году великим князем Ярославом Мудрым первой библиотеки. Трудно представить ценность тех древних рукописей, и неудивительно, что книжное наследие Ярослава не дает покоя ни ученым, ни так называемым «черным» археологам.
Скульптурный портрет Ярослава Мудрого
Во всех уголках земного шара и во все времена со дня ее появления люди славили книгу. Бесценные собрания книжных сокровищ безвозвратно гибли во время кровопролитных войн, горели в пламени костров и городских пожарах, их безжалостно грабили и уничтожали. Но все-таки некоторые из этих редких и удивительных книг дошли до нас. Их оберегают как зеницу ока, и не только потому, что они являются историческими свидетельствами тех давних дней, но и потому, что они сами по себе считаются ценнейшими произведениями искусства.
Рукописные книги во все времена стоили очень дорого. Счастливый обладатель даже одного манускрипта считался богачом, а десяток книг стоил целое состояние. Каждая рукописная книга была настоящим шедевром и имела свое неповторимое лицо. Двух совершенно одинаковых книг не было и не могло быть, так как создавались они разными переписчиками. Тексты писали на дорогом и редком пергаменте, или, как тогда его называли, «пергамине». Он выделывался из кожи телят или молодых овец. Для написания книги среднего размера требовалось чуть ли не целое стадо! Оклады рукописных книг украшали золотом и серебром, обильно осыпали драгоценными камнями — алмазами, изумрудами, топазами и жемчугом.
До настоящего времени уцелело совсем немного рукописных книг, и находка еще хотя бы одной стала бы подлинной сенсацией в научном мире. Не трудно себе представить, что обнаружение целой библиотеки ознаменовало бы просто-таки переворот в исторической науке.
Первое и, впрочем, последнее летописное упоминание о так называемой «библиотеке Ярослава» можно найти в «Повести временных лет»: «Ярослав же любим бо книгам, и многы списав положи в церкви святой Софьи, юже созда сам». Там же весьма туманно сказано о количестве книг — «книги многы». Больше исторической информации нет, все остальное — домыслы, догадки, версии и гипотезы.
Поиски первой библиотеки на Руси не случайно ведутся на территории, прилегающей к Софийскому собору. В те далекие от нас времена он был центром не только Киева, но и всей Руси. В том же году, когда была основана библиотека, в соборе организовали первую школу, учредили мастерские переводчиков и переписчиков книг. Считается, что в то время Ярославу не удалось найти в Клеве более десяти переводчиков, да еще десять он мог привлечь из Болгарии.
Есть основания предполагать, что в библиотеку вошли и книги великого князя Владимира, который любил «словеса книжные». Но вот сколько всего книг было в библиотеке Ярослава, ни один специалист не в состоянии ответить. В научных статьях и книгах, опубликованных по этой теме за последние 200 лет, можно найти самые разные данные. В «Истории Русов», написанной в XVIII веке, об этом сообщается: «Великие тысячи рукописных и редких драгоценных манускриптов, писанных на разных языках». В других источниках указаны более скромные цифры — 1000 томов, а все книжные запасы Киевской Руси оценены в 130–140 тысяч томов. В фундаментальном трехтомном исследовании «История Клева» (1982 г.) эта цифра максимально уточнена — 950 томов. А историк русской православной церкви Е. Голубинский назвал еще меньшее количество — 500 книг. Сегодня в ученых кругах бытует мнение, что и эта цифра сильно завышена.
Но как бы то ни было, ценность этого «книгохранилища», «книгоположница», «книжной казны», «книжной клети», «архива» несомненна. Ведь известно, что одна из дочерей Ярослава Мудрого, Анна (жена короля Франции Генриха I), привезла из библиотеки отца очень дорогую по тем временам книгу — роскошно оформленное Евангелие. С тех пор, по сложившейся традиции все короли, вступая на престол Франции присягали на этом древнем Евангелии, привезенном некогда из Клева. Так что можно с достаточной долей уверенности утверждать, что во времена правления Ярослава Мудрого Софийский собор Клева располагал значительным собранием рукописных книг.
Какие же книги находились в библиотеке Софийского собора или вышли из ее книгописчей мастерской? Летопись подчеркивает их исключительно церковный характер. Необходимость в такой литературе диктовалась широким распространением на Руси христианства. Однако наряду с церковными переводились и переписывались, несомненно, и книги, содержащие сведения по мировой истории, географии, астрономии, философские и юридические трактаты, публицистические произведения.
Именно они послужили основой для превращения Софии Киевской в центр летописания, средоточие передовой мысли Киевской Руси. Тут был составлен первый древнерусский летописный свод 1037–1039 годов, написано и провозглашено знаменитое «Слово Иллариона», разработаны основы первого сборника законов древнерусского государства — «Русская правда», созданы «Изборник Святослава», «Послание к Фоме пресвитеру Смоленскому» и многие другие произведения.
Ученым удалось установить, что книги хранились не в самом соборе, а в его подземельях. Первый древний подземный ход был обнаружен весной 1916 года. Понимая всю серьезность возможного открытия, ученые провели достаточно тщательное археологическое исследование подземелья. В конце второго коридора была сделана сенсационная находка — небольшой кусок бересты с надписью: «Аще кто найде сей ход тот найде велий (великий) клад Ярослав». Недалеко от «записки» действительно был обнаружен тайник. Но, к сожалению, надпись на его стене сообщала, что археологи немного опоздали и клад уже выкопали.
Некоторые ученые утверждают, что надпись на бересте является мистификацией. Если бы древняя береста оказалась в руках современных ученых, проблем с установлением точной даты надписи не было бы. Но «записка» пропала бесследно, а археологические раскопки 1916 года были довольно скоро прекращены из-за неспокойной обстановки: шла война, в империи царили голод и разруха, приближалась революция. Реальной была и угроза разграбления древнего книжного хранилища.
Так что возможно, что библиотека Ярослава по-прежнему хранится в «каменном мешке» на большой глубине в одном из подземелий. Не исключено, что там может находиться и тайник гетмана Мазепы, при котором был восстановлен лежавший в руинах Софийский собор.
Трудно смириться с мыслью, что уникальное собрание могло погибнуть в страшные для Клева дни татаро-монгольского нашествия 1240 года. Тем более что, по одной из версий, книги великокняжеской библиотеки могли быть спрятаны в подземных лабиринтах Клево-Печерской лавры. У истоков большой монастырской библиотеки стоял бывший митрополит Илларион, который вместе с Ярославом Мудрым был инициатором постройки Софийского собора и принял участие в создании первого книжного собрания на Руси. Около 1055 года Илларион серьезно повздорил с князем, оставил пост митрополита и вернулся в Печерский монастырь простым монахом. Ученые полагают, что он мог вывезти библиотеку или ее часть в монастырь, что и положило начало печерскому книжному собранию.
Книжное собрание Печерского монастыря быстро увеличивалось. Лаврской библиотекой пользовался Нестор-летописец при написании своей знаменитой «Повести временных лет». Печерская библиотека, видимо, успешно пережила татаро-монгольское нашествие. Так, в 1653 году П. Алеппский писал, что в Печерском монастыре есть прекрасное книгохранилище с бесчисленным количеством дорогих книг, в том числе пергаментных грамот, которым не менее 500 лет. Но 22 апреля 1718 года в лавре вспыхнул страшный пожар. Сгорели не только деревянные постройки — серьезно пострадали каменные здания, в пепел превратилась и лаврская библиотека, «от неприятелей иноками в пещерах сбереженная».
