тело.
– Ах! М-м-м! Слишком много! – всхлипнула я, но на бедрах почувствовала крепкие руки, не позволяющие подняться. – М-м-м!
Все еще помнящее их тело, быстро подстраивалось под габариты варвара, и спустя мгновение я начала получать удовольствие от острой наполненности.
– Вот так, хитарис! Наша! Наша пара! – рыкнул Рух, подхватывая под коленками и раздвигая мои ноги шире перед братом.
Чувствовала себя странно, порочно и безумно горячо! Я отчаянно желала их, и мои мужчины не заставили себя долго ждать.
С гортанным рыком Ширхат припал к моим губам, одновременно с этим врываясь в истекающее желанием лоно.
Я все еще не могла привыкнуть к двойному проникновению. От этих ощущений казалось, что сознание вот-вот отключится. Было настолько хорошо, что я с трудом дышала, крича, всхлипывая и постанывая от каждого движения их бедер.
Братья двигались слаженно, толкались в меня безумно, будто изголодавшиеся по женскому телу дикари.
– Не могу! Не могу больше! – взвизгнула, чувствуя, как меня накрывает оргазм такой силы, какого еще никогда не испытывала.
Я содрогалась, извивалась, а они все продолжали удерживать меня, вколачиваясь в слишком чувствительное тело, тем самым продлевая мое удовольствие.
Помню, как зарычали мои мужчины, а внутри разлилось горячее семя, прежде чем меня накрыла сладкая нега, позволяя измученному телу наконец расслабиться.
Глава 19. Вот это новости!
Ира
Наконец самое сложное осталось позади, и моя жизнь заиграла новыми красками. Племя постепенно стало ко мне привыкать, уже не пытаясь расположить к себе и принимая просто как еще одну занятую самку. Вожди предприняли все мыслимые и немыслимые меры, для того, чтобы обеспечить нам с Аней и малышками безопасность.
Теперь любой, кто подсунет хитарис запрещенные фрукты или выжимку, будут подвергаться высшей степени наказания – мгновенному переселению в гнездо аяши. При том независимо от того, кто виновен – мужчина или женщина.
Мне такая мера воздействия казалась слишком жестокой, но Рухташ и Ширхат убедили, что только это сможет остановить неразумных самцов от глупости.
Что касается самок, им наконец нашли занятия. Теперь они по очереди следили за детьми племени, обеспечивали уют в своих пещерах и занимались сбором урожая. Ну только того, для которого не нужна выносливость, физическая сила или ловкость… В общем все, что на уровне носа – наша работа.
Рух и Ширхат остались не в восторге, уверяя, что мы с Аньей другие, и труд аркаев на нас не распространяется. Но я с ними была в корне не согласна. Как мы сможем почувствовать себя частью племени, если будем сидеть на задницах, подобно тем тюленихам на которых возмущались?!
К слову, самки остались не очень довольны переменами, но их более никто не спрашивал. Устои менялись! Жизнь в общине становилась интереснее, на мой взгляд.
Спустя несколько дней после нашего безумного марафона, который продлился после пробуждения, к нам приехали торговцы.
Будто сошедшие с ума аркаи скупили половину их товара, расплачиваясь шкурами, бивнями и вяленым мясом, как я узнала после, рецепт которого знали только они.
К моему счастью я получила огромное количество различных, до безумия красивых тканей, уже предвкушая, какие сошью наряды для Аниных малышек, а может и нам заодно.
Под моим чутким руководством Рухташ умудрился смастерить довольно удобные ножницы, которые в практике себя очень хорошо показали, а Ширхат додумался, как из рыбных костей сделать иглы.
В общем я получила полный набор, включая нити, купленные у торговцев.
– И что ты со всем этим будешь делать? – прищурился Рух, подходя ко мне сзади и прижимаясь к спине.
– Скоро увидишь! – расплылась я в довольной улыбке, прикидывая, как бы сделать выкройки.
Мне удалось среди растений найти плотные большие листы, которые могли бы послужить вместо кальки. Жаль, конечно, что у меня не было нормальных инструментов, таких как метр и линейка, но по большей части я справлялась.
Несколько часов ползала по кровати на четвереньках, вырисовывая на листах нужные формы и вылавливая на своей попе заинтересованные взгляды супругов… И их уж точно не мое творение привлекало.
– Рина, ну сколько можно? – хмыкнул Ширхат, садясь на край кровати.
– Ну е-мае! Ты сейчас все собьешь! Быстро подними задницу! – взвизгнула я, поправляя закрепленные на ткани листы.
– На дворе ночь, ты спать не собираешься? Да и мы по тебе соскучились, – нисколько не рассердился супруг, сдергивая меня с кровати и приподнимая мою голову за подбородок.
– Еще немного! Я хотела сегодня все вырезать! – виновато поджала губы, понимая, что со своим хобби перебарщиваю.
Я пропустила обед и отказалась от ужина, что немного взволновало вождей. Вот только есть совершенно не хотелось, да и чувствовалась какая-то легкая тошнота. Вероятнее всего от наступившей жары и недавней бури, поднявшей в воздух горы пыли.
– Немного, да? – тяжело вздохнул мужчина. – Я соглашусь, если ты потом поешь.
– Согласна! – просияла я, целуя любимого в губы и вновь принимаясь за работу.
Близнецы обсуждали насущные проблемы, время от времени поглядывая на меня, пока я кропотливо вырезала каждый кусочек.
В планах было сшить два одинаковых платьица, но разного цвета. Занималась своей “ювелирной” работой, представляя реакцию Авани и Кираны. Очень надеялась, что им понравится, ведь девочки родились в дикой пустыне и нарядной одежды не видели. Но все же, мне казалось, что они очень счастливы… Счастливее детей моего мира!
У нас с Аней созрел план, по утрам проводить занятия для малышей, обучая их хотя бы элементарным навыкам.
За время моего пребывания в племени, я успела понять, что аркаи знают довольно много. Умеют считать, имеют свою письменность, а также считывают погоду, разбираются в повадках животных и растениях… Но это взрослые. Они узнают все на практике, в то время как детвора праздно проводит время, а как было бы полезно начать развивать их с мальства.
– Все! – довольно огласила я, откладывая драгоценные ножницы и принимаясь складывать выкройки.
У меня появилась идея положить их под какой-нибудь пресс и высушить как гербарий… Листья были довольно плотные, и появлялся шанс, что они не рассыпятся от первого прикосновения.
Спустя несколько минут сборов, наша пещера вновь засверкала чистотой, а мой радужный взрыв тряпочек перекочевал на выделенные под увлечение полочки.
– Теперь вторая часть уговора! – упрямо хмыкнул Ширхат, приманивая меня указательным пальцем.
На столике уже стояла тарелка с мясом и овощами, заботливо собранная и принесенная мне супругами. Рядом с ней расположился уже остывший
