– А почему так поздно? Я бы хотел сейчас узнать все, – попытался возразить Каменецкий.
– Нет. Нет. Я не могу сейчас. У меня голова кругом идет.
– Постой! – Каменецкий попытался схватить Вышака за рукав, но тот извернулся и ринулся прочь.
– Виктор! Подожди!
– В девять часов! Не раньше! – донеслось до Каменецкого из-за угла дома.
* * *
Василий стиснул зубы, инстинктивно напрягся в ожидании встречи с неизвестностью и обхватил правой рукой Вовку. Но ничего не произошло, а через миг тьма слетела с глаз как повязка. Он увидел перед собой выпученные глаза Степана, стоящего во весь рост и обдуваемого встречным ветром. Нос лодки резко повело вправо.
– Степан! Руль! – завопил Василий.
Тот плюхнулся на кормовое сиденье и обеими руками ухватился за румпель. Лодка выровнялась, не сбавляя скорости. Василий бросил взгляд за корму и увидел там вместо далеких холмистых силуэтов острова близость острых скал, похожих на клыки гигантского зверя. За ними на далеком горизонте растворялись в небе очертания заснеженного горного хребта. Даль океана по сторонам сменилась угрюмыми стенами каменистых утесов вдоль берегов широкой реки. Лодка легко скользила по свинцовой ряби ее воды. Над всей этой сменой декораций висел сплошной низкий покров серых облаков.
Некоторое время плыли молча. Первым подал голос Степан:
– Назад вернулись, что ли?
– Нет. Не похоже, – мотнул головой Василий. – На острове не было таких гор. Это явно другая местность.
– И где мы тогда?
Василий посмотрел на Вовку.
– Я его не чувствую, – угадав мысли отца, произнес сын. – Похоже, что он там остался.
– Куда теперь то? – спросил Степан, увидев, как речной поток впереди разбивается надвое высокой скалой.
– Откуда я знаю, – махнул рукой Василий. – Рули куда глаза глядят.
Степан выбрал правое, более широкое русло. Вскоре и оно разделилось на два рукава. На этот раз Степан направил лодку налево. А уже через несколько минут ему вновь пришлось выбирать путь на очередной речной развилке. Когда лодка миновала ее, за скалистым береговым утесом открылось широкое устье крупного притока. На месте его впадения в основное русло вода медленно крутилась и устремлялась в сторону следующей развилки, прорисовавшейся вдали по курсу лодки в виде двух широких скалистых коридоров.
– Впервые вижу, чтобы река так петляла и разделялась на потоки, – пробормотал Василий.
– Да уж, – согласился Степан. – Лабиринт какой-то. И ведь, что странно. Потоки от разделения не становятся уже. Будто вода из-под земли их пополняет. Не нравится мне все это. Надо бы прыть сбавить и ситуацию оценить. А то без толку плывем.
Он сбавил скорость, а затем и вовсе заглушил мотор. Наступила тишина. Только речная волна хлюпала о борт.
– Тихо-то как, – прошептал Степан. – Слышь, а может мы уже это, того, померли, разбились в усмерть и на тот свет попали.
– Кончай шутить, – ухмыльнулся Василий, продолжая изучать местность. Она была неприветлива. Следов присутствия человека не наблюдалось. Лодку медленно несло течением реки.
– Степан, ты хвалился, что всю тайгу на Енисее исходил. Местность не узнаешь? – спросил Василий.
– Берега вроде, как на Нижней Тунгуске в районе Туры, – пожал плечами Степан. – Но Тунгуска так не делится на рукава. И гор там нет таких. И вообще на Енисее нет таких гор. Если только в истоках реки. Там горы Саяны.
– Я уже ничему не удивлюсь, – мрачно произнёс Василий и посмотрел на Вовку, как бы ища ответа.
– Не Саяны это, – буркнул Вовка.
– А ты откуда знаешь?
– Знаю, и всё.
– Тогда, может, ты знаешь, куда мы попали?
– Пока нет. Но это не Саяны. И вообще, надо держать стволы наготове. Не нравится мне здесь.
– Мне тоже здесь не нравится, – согласился с Вовкой Степан. – Нутром чую. Что-то здесь не так.
– А вот, что не так, – произнёс Василий, вытянув руку в сторону правого берега.
– Корабль! – выдохнул Вовка.
Вне всякого сомнения, это был корабль. Но не космический корабль инопланетян. Звездолет не вызвал бы такого удивления, как то зрелище, что открылось за поворотом реки. Перед путниками предстал морской корабль длиною метров за сто. Он лежал правым бортом на склоне берега реки. Носовая часть корабля, вспоротая скалами, зависла над водой. На изорванном корпусе виднелись остатки грязно-серой краски с потёками бурой ржавчины. По мере приближения к кораблю вырисовывались новые детали – черные иллюминаторы без стекол, шлюпки на бортах, спасательные круги, якорь, свисающий на цепи к воде и название судна.
– Proteus, – прочитал по складам Вовка едва заметные, стертые временем латинские буквы. – Иностранный. Не наш.
Степан молча вытащил из уключины весло и начал загребать к берегу.
– Под носовую часть не заплывай, – произнёс Василий тихо, словно боясь нарушить напряженную тишину. – Того и гляди, корпус обломится. Ржавый весь.
Лодка уткнулась с глухим стуком в берег.
– Высоко, однако, – произнёс Степан, задирая голову к верхушкам скал. – Но забраться надо. Может там золото есть, или ещё что интересное. Доллары, например. Корабль-то иностранный.
– Ага, полный трюм золота там, – иронично ухмыльнулся Вовка. – А если серьезно, то я кое-что припоминаю. Корабль с таким названием пропал бесследно. Точно не помню, когда. Где-то в сороковые годы. Я читал книжку про Бермудский треугольник. Так вот в этом треугольнике он и пропал.
– Нечего время терять. Ну, их эти Бермудовые треугольники, – отмахнулся рукой Степан. Выбравшись из лодки на берег, он закрепил носовую цепь на коряжине и решительно начал карабкаться вверх. Из-под его ног сыпались камни. Следом за ним полез Вовка.
Василий забросил на плечо автомат и тоже быстро начал взбираться по скалам в желании поближе познакомиться с кораблем, заброшенным неведомой силой неизвестно откуда и куда. Эта сила, вне всякого сомнения, была огромная, если не сказать точнее, чудовищная. Более того, без преувеличения, все здесь происходящее можно назвать более чем чудовищным. Немыслимым можно назвать.
– Немыслимо, – приговаривал Василий, цепляясь за острые камни. – Немыслимо и чудовищно.
Наверху его поджидали Степан с Вовкой. Они не решались двигаться далее без надежного скорострельного оружия. Кто знает, что может поджидать их впереди. Василий оценил обстановку. Скалолазов отделяли от корабля метров двести густого леса. Отсюда виднелась только его носовая часть, нависающая над водой.
– Пошли, что ли? – произнёс Степан, но шага не успел ступить, как низкий утробный рык, заставил его остановиться и присесть. Затрещали сучья-ветви, и что-то огромное зашевелилось в лесной чаще. Первым сорвал с плеча ружье Вовка. Грохнул выстрел. Через мгновение Василий открыл огонь. Бесполезно! Дальше прет! Ветви ломает! Надвигается! Снова автоматная очередь! Выстрел ружья! Завопил Степан. Василий отчетливо увидел желтые длинные клыки и налитые кровью маленькие глазки. Чудовище захрипело, вываливаясь темной массой из хвойных зарослей, рухнуло на брюхо, срывая когтями сырой мох, и затихло. Покрытое длинной бурой шерстью, оно было похоже на сибирского медведя, но раза в два превосходило его размерами. Василий прикинул, что если этот монстр встанет на задние лапы, то метров под пять в высоту будет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
