- А я - нет, - ответил Хеллборн и выстрелил.
А вот Дюпонт не успел. У него просто не хватило сил выжать каких-то два с половиной килограмма на спусковом крючке.
"Прямо в лоб - и без выходного пособия !"
Корейский пистолет опять не подвел. Упал на ладонь прямо из широкого рукава плаща.
"Интресно, услышали ли выстрел часовые?" - подумал Джеймс, подбирая с пола бесшумный "наган". Вряд ли. Гром и молния.
- Что здесь происходит? - Явление пятое. Те же и адмирал ван дер Каппелен. В соседней комнате выстрел был прекрасно слышен.
- Сдавайтесь, герр адмирал, - Хеллборн поднял револьвер повыше и снова представился. - Marine de guerre des Etats-Unis d'Albion…
"Черт, это заразно!"
- Ничего не понимаю, - признался адмирал. Он стоял на пороге, как Наполеон на берегу Ла-Манша на картине… как его, старобельгийского реалиста… Мундир распахнут, руки сложены за спиной. - Нет, я не имею в виду французский язык. Что все это значит? И почему майор Дюпонт лежит на полу?
- Он умер, - объяснил Джеймс. - По крайней мере, я на это надеюсь. Нет, я ничего не имел против него лично… Герр адмирал, покажите мне руки, и без глупостей, пожалуйста.
Адмирал выполнил просьбу. Из сжатого правого кулака торчал золотой палец. Хеллборн дважды моргнул. Нет, всего лишь ствол крошечного золотого пистолетика.
- Я же просил - без глупостей, - повторил просьбу Джеймс, пытаясь оценить уровень новой опасности.
За время службы Хеллборну неоднократно приходилось встречать блестящих морских офицеров, которые могли одной левой пяткой вести в бой колоссальные корабли, но не имели понятия, с какой стороны браться за пистолет. "Зачем мне пистолет? Для парадов? Даже на парады я выхожу с Главным Калибром ". Похоже, ван дер Каппелен был не из этой компании. Но пистолетик он все-таки выбрал дряной. Или не выбрал? Позолоченная безвкусица… Конечно, это подарок. Джеймс прищурился. Саксонский "лилипут" калибра 4,25 мм . Вот саксонцы и подарили.
- Бросайте оружие, герр Рузвельт или как вас там, - неожиданно (почему неожиданно? это можно было предвидеть) предложил белголландец.
- Бросайте оружие, герр адмирал, - Хеллборну не так часто приходилось подражать своим пернатым землякам, поэтому он чувствовал себя глупо.
- Нет, это вам придется бросить оружие, - глаза адмирала как-то нехорошо похолодели.
- Мне придется настоять на своем, герр адмирал. - "У нас осталось чуть больше двух часов до отхода подлодки! Он что, время тянет?!"
Сейчас он позовет на помощь охрану…
ПУХ!
ЧПОК!
Пистолеты выстрелили почти одновременно. Адмирал ван дер Капеллен упал.
"Дьявол! Неужели готов?! А ведь я обещал Брюсу доставить его на "Пасифлору"!!!
Бенилюксер слабо застонал. Все еще держа его под прицелом, Хеллборн сделал шаг вперед. Нагнулся, подобрал выпавший из руки адмирала золотой пистолетик и сунул в карман. Присмотрелся. Прислушался. Еще один стон. Живой. Эта рана в плече… Должен выжить. Нужно только как можно быстрее доставить его на подлодку! А почему у него кровь на лице? Ой! А вот еще кровь появилась. Нет, это не из него вытекает. Это откуда-то сверху капает. Откуда? ЧТО?! КАК?! СВОЛОЧЬ! Он в меня попал! Он меня ранил! Убил! Сделал мне больно!!!
От переизбытка чувств Джеймс Хеллборн сел прямо на пол, в очередной раз выронил револьвер и принялся жадно хватать ртом кислород из окружающей атмосферы.
Какой-то остаток разума в уголке стремительно убегающего сознания хладнокровно отметил: а ведь это в первый раз. Сколько переделок - и ни одной царапины. То есть царапины были, вот и титанис его поцарапал, а пуль до сих пор не было. Но на каждой пуле начертан адрес. И наконец-то она меня нашла.
СПОКОЙНО! ХЛАДНОКРОВНО!
"Скоро крови не останется, а ты будешь совсем холодный ", - опять этот гнусный внутренний голос.
С другой стороны, какого черта?!
Джеймс машинально достал из кармана плаща трофейный пистолетик. Прочел текст, выбитый на затворе набившим оскомину готическим шрифтом: "Dem Verehrten Vizeadmiral Jan Peter van der Capellen von Generalprasident der Sachsen Mose Berger aus Dessen Heimat der Waffenstadt Suhl ". Трахнутые демоны в гребаном аду, это же 4,25, версальский калибр. Да над ним весь Альбион - нет, над ним вся ФАБРИКА смеяться будет!!! Он отложил "лилипут" и принялся сдирать с себя плащ, потом растегнул мундир.
Как все-таки больно! И почему столько крови? Кость не задета. Напротив, как раз сейчас - задета. Прямо в ключицу, и гораздо выше сердца. Маленькая дряная пулька, еще и срикошетила, под самым неожиданным углом. Всю кожу изорвала. Вот откуда столько крови. Но это действительно пустяки. Интересно, здесь есть аптечка? Должна быть. О, а вот и сама пуля. Точно, она. Жалкий сплющенный кусочек свинца, отскочила и застряла в плотной ткани мундира, под самым погоном. Твою мать. Надо же было так перепугаться. Точно, все смеяться будут. Поэтому никому нельзя рассказывать. Но врачу все-таки показаться. Мало ли что, заражение какое-нибудь… А вдруг пули ядовитые?! Крауты это любят. Они еще в прошлую войну такие применяли!
Да ну, глупости все это. А, вот и аптечка. Промокнуть, плюнуть и растереть. Залепить пластырем. Успокоиться. Все хорошо. Это действительно царапина.
Хеллборн кое-как привел себя в порядок, потом перевязал все еще стонущего адмира, затем перезарядил бесшумный револьвер. Глубоко вздохнул. Посчитал до десяти. Еще раз вздохнул. Осторожно приоткрыл входную дверь.
ЧПОК! ЧПОК! Первый часовой получил пулю в затылок, второй принялся поворачиваться на скрип двери - и получил пулю уже в висок. ЧПОК! - мимо! Третий, шлепавший по лужам, увидел, как его товарищи падают в грязь, по дороге ломая перила, и вскинул оружие. БРАНГ! - ЧПОК! - БРАНГ! - он промахнулся, а Джеймс и затаившийся в ночи Коппердик попали в него одновременно.
- С наступающим праздником, сэр, - неожиданно сказал подбежавший старшина.
- Ась? О чем ты? - не сразу понял Хеллборн. Ах, да! Подумать только, когда-то мы и бенилюксеры были на одной стороне, заметил он с легкой грустью. Сегодня же 14 февраля, Ночь Святого Валентина! А он совсем забыл. Ничего странного, тут забудешь, как тебя зовут. То ли Джеймс Хеллборн, то ли Лорренс Рузвельт… Празднование по традиции начинается в полночь. Причем по той же традиции о празднике запрещено говорить заранее, он должен быть сюрпризом. Как была сюрпризом славная резня папистов триста сорок три года назад. Так вот почему гости задержались на острове! Рассчитывали на веселую вечеринку! Джеймс не выдержал и согнулся пополам в приступе истерического хохота.
- С вами все в порядке, сэр? Что это? Вы не ранены?!
- Не обращай внимание, - опомнился Джеймс и вернулся в бунгало. - За мной.
- Ничего себе! - удивился старшина. - Это что, чистое золото?
- Это подделка, - отрезал Хеллборн. - Дай сюда. Сможешь дотащить адмирала до подлодки?
- Запросто, сэр.
- Тогда вперед. Подбери Уотерсона по дороге.
Гром и молния.
* * * * *
Праздник был в самом разгаре. До полуночи оставалось еще около двух часов, но в принципе можно было начинать веселье уже сейчас, это не было большим нарушением традиции. К тому же, корейцы и манчьжуры, пусть среди них было полным-полно христиан, относились к празднику не так трогательно. Их предки не принимали участие в оригинальной вечеринке. Но сегодня… Да, похоже они очень серьезно отнеслись к духу праздника, отложив в сторону буквальности и формальности.
Мэгги Хан плясала под дождем, размахивая корейским офицерским клинком. Платье, сшитое из виковских флагов, совершенно промокло под кровавой и небесной водой одновременно, поэтому Хеллборн не сразу понял, что когда-то оно было синим. Она все-таки успела переодеться. Почему не белое? Ах, да, белый цвет у азиатов - знак траура. А сегодня праздник!!!
Белые люди не отставали. Какой-то бенилюксер пытался уползти от капитана Гордона, а тот от всей души опускал на голову врага рукоятку пистолета. Когда бедняга наконец-то затих, Гордон попытался вытереть лицо, но только еще больше размазал кровь и грязь.
- Он задавал мне дурацкие вопросы на австралансе, - пояснил Гордон подошедшему Хеллборну. - А пистолет заклинило после второго выстрела. - Это был все тот же пистолет с красной звездой.
- Выбрось его, - посоветовал Джеймс. - Вот, возьми один из моих револьверов.
- Выбросить? - удивился Гордон. - Никогда! Да он лучше любого кастета!
Дверь Офицерского Клуба распахнулась, на пороге появился Эверард с топором. С настоящим топором. Где он его нашел? В хозяйственной подсобке, наверно.
- Вроде бы все, - выдохнул американец. - Кажется, никто не ушел.
Подошел надпоручик Тай Кван До и подтвердил вышесказанное:
- Остров очищен.
- А пленные, спрятанные в джунглях? - уточнил Хеллборн.
- Остров очищен, - упрямо повторил корейский командир. - А Те, Кто Остаются Позади, сейчас занимают позиции в джунглях.
Принялись подтягиваться остальные.
