в самом разгаре, начинаются конкурсы с призами, так что внимание сотрудников полностью сконцентрировано на сцене. Наш уход проходит ни для кого незамеченным. Хотя мне плевать.
– И все же некрасиво было вот так уйти, – вздыхает Карина уже сидя в такси.
– Почему ты переживаешь так? Подруги не поймут?
– Меня больше тревожит как отреагирует Лана. Она вас очень любит.
Угу. Любит. Скорее вцепилась как клещ и не выпустит ни за что.
– Давай не будем говорить о ней. Не надо за нее переживать. Тебе – уж точно.
– Почему? Я что, не человек? Мне не свойственны привычные людям эмоции? – с неожиданной горечью спрашивает Карина. – Пока вас не было, Лана постоянно приезжала, навещала меня. Возила по магазинам, подарила платье для вечера. Почему вы так бросили ее и уехали со мной? Неужели не понимаете как это выглядит со стороны?
Ничего не отвечаю – борюсь с клокочущей яростью. Понятно, что заботу Лана проявляла далеко не из человеколюбия. Ей сразу не понравился приезд Карины и то что она поселилась у меня дома. Чувствовала соперницу? Или перестраховалась. Да какая к черту разница.
*****
– Я прошу у тебя прощения за то что поставил тебя в такое сложное положение, – произношу, когда заходим в квартиру. – Мы можем поговорить, Карина? Это важно. Пожалуйста.
– Мне кажется вы ведете какую-то игру. Не хочу быть ее частью. Пойду собирать вещи, – настаивает на своем строптивица.
Чем только больше привлекает. Будит инстинкт охотника. Хочу ее до одури, с ума схожу, еле сдерживаюсь.
– Ты ошибаешься. Никаких игр.
– Тогда почему…
– Потому что ты важна для меня.
– Я не верю! Не надо больше… играть со мной, – побледнев, говорит девушка.
– Я не играю, Карина. Ты можешь мне верить.
Делаю шаг к ней, привлекаю в объятия. Провожу рукой по ее спине.
– Тебя выдает дрожь, когда касаюсь. Дергаешься от каждого моего прикосновения. Задерживаешь дыхание, когда смотрю на тебя. Я чувствую как ты трепещешь.
Карина выглядит сейчас очень хрупкой и ранимой. Хочется защитить ее. Хочется дать ей уверенность, чтобы не боялась ничего.
– Прости за то что было раньше. Я вел себя как идиот. И как полная сволочь. Я хочу все исправить.
– Пожалуйста, отпустите меня, – твердо говорит Карина.
– Ты действительно этого хочешь?
– Да. Это все неправильно… Очень неправильно, – шепчет дрожащим голосом. – Вы и сами понимаете…
– Я сейчас ничего не понимаю, Карина, – признаюсь глухо. Все перестало иметь значение. Кроме тебя.
глава 22
Карина
Если не кривить душой, то робкая надежда, что мое преображение что-то изменит между мной и Дамиром все же была у меня. Глупо, наивно. Но как запретить себе мечтать?
Как только увидела, что он приехал на прием с Ланой, сразу все потухло. Холодом обдало. Напомнив себе, что на ревность у меня нет никакого права, я попыталась отвлечься.
Поэтому сейчас нахожусь в состоянии шока. Что происходит? Он правда произнес, что я важна для него? Мне точно не померещились эти слова?
Предложил уехать с приема вместе, даже не поговорив со своей спутницей. Теперь мы дома, вдвоем, и он смотрит на меня таким горящим взглядом…
Смущая, обжигая, заставляя дрожать…
– Ты меня с ума сводишь, – шепчет хрипло.
Только сейчас замечаю, что впилась пальцами в его плечи. Его губы на моих губах. Твердые, горячие, настойчивые. Зарывается пальцами мне в волосы, сжимает до легкой боли. Стискивает в объятиях так, что не хватает кислорода. Этот поцелуй нельзя назвать ни сладким ни нежным. Он скорее уничтожающий, лишающий воли. Ощущение падения в бездну. Моя робкая попытка остановить все это, стиснуть зубы, проваливается. Дамир надавливает пальцами мне на подбородок – и рот послушно открывается для вторжения его языка.
Это все неправильно… Ужасно. Он не свободен. И он все еще мой преподаватель…
Мой бессердечный препод, тот кто доставил мне столько болезненных минут, сейчас крадет мое дыхание.
Дамир прерывает поцелуй, стоим неподвижно, не сводя друг с друга взглядов.
– Тебе безумно идет румянец, – улыбается Дамир.
Мои щеки действительно пылают.
– Почему тебе так нравится смущать меня? – спрашиваю со стоном.
– Мне нравится делать с тобой все.
Вздрагиваю. Что мы творим? Как можно без оглядки бросаться в омут? Передо мной взрослый, богатый мужчина в дорогом, сшитом на заказ смокинге. Я – его студентка-простушка. Что у нас общего?
– Перестань хмурится, Карина.
- Тебе легко говорить…
- Нет, ошибаешься. Мне тоже непросто. Но уже наплевать.
- Ты играешь со мной? Скажи, умоляю? – произношу внезапно, удивляя саму себя. – Откуда такие мысли? – вздыхает Дамир.
–Ты не можешь меня… хотеть. Ты меня презираешь.
- Это не так. – Разве? – спрашиваю с горечью.
Ведь мне до сих пор не верится, что это я, в дорогом красивом платье, с макияжем, который мне не повторить никогда в жизни, что я провела вечер среди сливок общества. Как можно в такой ситуации не чувствовать себя Золушкой? – Расслабься, это все что я прошу тебя сделать, – тихим ласковым голосом произносит Дамир.
Он никогда не говорил со мной так нежно. Новый поцелуй совсем другой, ласковый и деликатный. Помогает мне немного успокоиться. И в то же время наполняет страстью, которую уже не могу контролировать. Оторвавшись от губ, Дамир осыпает поцелуями мою шею, покусывает мочку уха. Снова сжимает меня в объятиях, а затем подхватывает на руки. С меня спадают шпильки, остаюсь босиком.
Вырывается всхлип, настолько его касания желанны для меня. Буквально растворяюсь в новых ощущениях.
Дамир несет меня на второй этаж, открывает дверь своей спальни.
Снова сжимаюсь и он чутко улавливает мои сомнения.
– Не бойся, – говорит твердо.
Поражаюсь, как безошибочно улавливает мои мысли, мои страхи. Прижимаюсь к широкой груди, наслаждаюсь запахом мужчины, чувством защищенности.
В его комнате полумрак.
Меня неспешно ставят на ноги. Ощущение, что время и реальность растворились и мы одни в целом мире. Я словно превращаюсь в другую женщину. Отчаянную и безрассудную. Встаю на цыпочки, сама тянусь к губам Дамира. Он в ответ издает хриплый вздох и впивается в мои губы. Отвечаю на его поцелуй с такой же жадной страстью, чувствуя острую потребность в этом.
Дамир медленно расстегивает мое платье, которое с шелестом соскальзывает на пол. Холодный воздух остужает разгоряченную кожу. На мне не
