дела. Но порой Нат становилась слишком навязчивой и, пока не добивалась нужного результата, не прекращала наседать. В каком-то смысле это было полезным качеством. Однако иногда Мирону хотелось отдыха от её смелых идей.
– На ужин нет времени,– отговорился он.
– И что, с друзьями тоже откажешься?– открыла заднюю дверцу Богова.
Она явно хитрила. Но с парнями ему будет куда веселее после такого нудного дня. Они уж точно выбьют всё лишнее из его головы и слегка погасят энтузиазм общей подруги.
– Уговорила,– ответил Мирон и кивнул Василию ехать восвояси.
Наталья села за руль и подмигнула в зеркало заднего вида.
– Взлетаем! Пристегните ремни, мальчики!
Когда Шакринский и Подымов собирались вместе, всегда было весело. Но сейчас Мирона занимали другие мысли, и он не реагировал на шутки друзей, лишь коротко кивал или молчаливо слушал их.
Через несколько минут Наталья припарковалась в странно знакомом месте, но не у здания Росреестра. Мирон окинул улицу и нахмурился.
– И что мы здесь делаем?
– Мальчики, я на пять минут, только заберу подписанный договорчик. А то перед выходными хочу закрыть вопросы оплаты,– быстро проговорила Нат и вышла из машины.
Мирон посмотрел вслед Боговой, которая перебегала дорогу в неположенном месте, на здание на другой стороне улицы и узнал его. Это была клиника «АвиценнаПлюс».
Мигом вспомнился автобус, посадка пассажиров, рыжая Вера в белой футболке и шортах… Сеновал… Её смех… Клубника… Жасмин… Нежная кожа её плеч, груди… Дождь… Поцелуи… Всё это было, словно в другой жизни. Но она – Вера, до сих пор преследовала его. И он всё ещё не мог принять её слова.
Григорий открыл окно, чтобы покурить, а Мирона неожиданно выбросило из вязких раздумий, когда он уловил знакомые интонации, раздавшиеся с улицы. Он настороженно перевёл взгляд на затемнённое стекло дверцы и замер.
В трёх шагах от автомобиля у торговой палатки с фруктами стояла Вера. Она рассматривала лукошки с клубникой и говорила по телефону, прижимая трубку к уху плечом. И всё в ней было узнаваемо и фигура, и волосы, и голос, но тон, которым говорила, какой-то чужой.
Мирон невольно вытянулся на сиденье и опустил стекло до половины со своей стороны.
– В конце концов, если вы не знаете, как поступить, но эта ситуация вас тревожит, выложите ему правду-матку и посмотрите, что случится,– уверенно, даже настойчиво говорила Вера.– Если его реакция вас устроит – конфликт исчерпан, и нет смысла нагнетать, а не устроит, так поймёте, что делать дальше. Ведь понимание причины решает, если не всю, то уж точно большую часть проблемы. По крайней мере, ответите себе на вопрос: а нужен ли он вам… Да, Виктория… Удачи!
Вера убрала трубку в сумку и снова склонилась к клубнике.
– Ну што, бэрёшь, красывая?– спросил армянин.
– Клубника не свежая, и цена завышена,– категорично ответила она и прошла к другой – дальней палатке.
– Эй, сама ты нэ свэжая… Куда пошла?.. Скыдку здэлаю,– закричал мужчина, пытаясь впихнуть залежалый товар.
У Мирона возникло непреодолимое желание выйти из машины и догнать Веру. Посмотреть в глаза и понять, что она с ним сделала и почему была так груба, не приснилась ли она ему. Он даже коснулся ручки дверцы, но выйти так и не решился: не хотел выяснять отношения на виду у людей и у друзей. И гордость не давала, глухо пульсируя в барабанных перепонках.
– На кого ты там смотришь?– поинтересовался Пётр.
Мирон вернулся в нормальное положение, расстегнул пиджак и резким выдохом откинулся на спинку кресла.
– Просто устал…
– Ты какой-то напряжённый. Я вчера за ужином заметил, каким ты мрачным вернулся за стол. Давай колись, раскрутим проблему. Всё уладим,– всем торсом развернулся Григорий с переднего сиденья.
– Нечего улаживать,– сухо ответил Мирон и потёр переносицу.
– Значит, секса давно не было,– подмигивая Подымову, заключил Пётр.
У Мирона тут же дрогнуло в груди: был у него секс, и самый прекрасный за долгое время. Да что там секс, у него был самый необыкновенный поцелуй со вкусом клубники. Поцелуй, который он не мог забыть, как и солнечную Веру.
– Ты Юльке-то скажи, чтобы лучше старалась, а то баба деловая, а свои женские обязанности плохо знает,– с усмешкой поддержал Григорий.
– Что-то ты с моими родителями такой резвый не был?– съязвил Мирон.
– С Еленой Феодоровной нельзя по-чёрному, с ней только деликатно,– усмехнулся тот.– А то ведь знаешь, печень выест.
Мирон отвернулся к окну и снова нашёл взглядом Веру. Она торговалась с другим спекулянтом.
– А-а, ты на женщину глаз положил?– вытянул шею Подымов в направлении взгляда Мирона.– Вот я Юльке-то намекну…
– Мы расстались ещё неделю назад,– ровным тоном перебил Мирон.
– Так и знал!– хмыкнул Пётр и ударил ладонями о колени.– Ты поэтому и не поехал в отпуск?
– Да, и это самое ужасное, что случилось,– насмешливо ответил Мирон.
– Не расстраивайся. Как ушла прежняя, так придёт и новая – со своими тараканами. Тебе лишь выбрать ту, у которой они более стройно маршируют,– как умел, поддержал Григорий.
– Похоже, тут у меня проблема,– Мирон отвёл глаза от окна и уронил затылок на подголовник сиденья.
– Ты о чём?– придвинулся ближе Пётр.
– Ума не приложу, что делать…
– Выкладывай,– с нетерпением поёрзал в кресле Григорий.
И Мирон рассказал, как познакомился с Верой, о том, что произошло в автобусе, а потом и вчера во время ужина.
– И она тебя отшила?!– удивлённо повысил голос Подымов.
– По-другому и не назовёшь.
– Ну… верно, ты же водителем был, зачем ей такой?– заметил Пётр.
– В голове не укладывается,– вздохнул Мирон.– Вроде не дурак, научился людей видеть. А тут такой диссонанс, будто два разных человека…
– Я, конечно, не видел женщину, о которой ты говоришь, но, похоже, тебя зацепило.
Мирон поднял глаза и в лобовое стекло увидел, как перед машиной прошла Вера и направилась к пешеходному переходу.
– Это она,– тихо выдохнул он и кивнул вперёд.
– Круто!– выдохнул Подымов, явно оценивая стройную фигурку Веры в сарафане в разноцветный горох.– А секс-то классный был?
– Закрыли тему,– прищурился Мирон, заметив, как Богова вышла со двора клиники и остановилась на тротуаре.
А потом замер в удивлении, потому что увидел, как Нат замедлила, повернула совсем в другую сторону от запаркованного автомобиля и с улыбкой встретила Веру на другой стороне дороги. Они остановились, приветственно кивнули, явно зная друг друга, немного поговорили. Затем Нат тронула Веру за локоть, вероятно, благодаря за что-то, и поспешила к машине.
Мирон недоуменно щурился, пока Богова переходила дорогу и усаживалась за руль.
– Ну вот и
