— Что там у вас? Как противник? Что видно?
— Ничего не видно. Кругом дымы.
Соединяются с третьим участком:
— Как обстановка? Как ведут себя русские? Доложите, что видите.
— Видим дымы.
«Дымы», — доложили с четвертого участка. «Дымы», — доложили с пятого. «Дымы», «дымы», «дымы», — идут сообщения с шестого, седьмого, десятого.
Погода тихая, безветренная. Воздух почти не движется. Дым не колышется. Висят над Нейсой дымы, укрывают советские части.
Мечутся фашистские генералы, гадают: в каком же месте советские войска начнут атаку? Где сосредоточить главные силы? Будь вы прокляты, эти дымы.
Подготовились советские части к прорыву. Но прежде и здесь началась мощная артиллерийская атака. Час сорок минут стреляли, не умолкая, пушки. Затем войска бросились форсировать Нейсу. Затем снова сорок пять минут содрогалась земля от выстрелов. Это была помощь тем, кто уже переправился на западный берег Нейсы.
Помогли дымы. Только в месте главного прорыва наши войска навели 133 переправы.
Рванулись советские войска вперед. У фашистов были три полосы обороны.
Не устояла первая полоса. Рухнула.
Не устояла вторая полоса обороны. Пала.
Прорвали войска маршала Конева третью оборонительную полосу.
Позади фашистская оборона. Проплывают дымы над Нейсой.
ПОД ШТЕТТИНОМ
Войска маршала Рокоссовского, 2-й Белорусский фронт, не должны были идти на Берлин. Они лишь помогали армиям Жукова, прикрывали их правый фланг. Главная задача Рокоссовского нанести удар по фашистам севернее Берлина и идти дальше, на запад, навстречу наступающим с запада американцам и англичанам.
У каждого из советских маршалов был свой план наступления. Маршал Жуков начал прорыв ночью, ослепив противника светом прожекторов. Маршал Конев, наоборот, приказал поставить дымовую завесу. Был свой план и у маршала Рокоссовского.
Стал он готовить удар у города Штеттина. Движутся сюда дивизии. Зорко следят фашисты за тем, что делается в наших войсках. Ведут разведку.
Идут к Штеттину колонны советских войск. Видят, в небе появился фашистский самолет-разведчик. И с виду он необычный — два фюзеляжа у самолета. Когда смотришь с земли, кажется, летит в воздухе рама. «Рама» — так и называли фашистский самолет-разведчик наши бойцы.
Закружила над советскими войсками «рама». Высматривает, засекает, куда движутся войска, фотографирует.
— Что же нет истребителей? — заволновались солдаты.
Но вот появились в небе три советских истребителя. Довольны солдаты. Попалась «рама». Будут щепки сейчас от «рамы». Но что такое? Пролетели истребители мимо. Скрылись за горизонтом.
Двигалась вместе с советскими войсками зенитная установка. Развернули солдаты пушки, решили сами покончить с «рамой». Только развернули, только прицелились, подъехал генерал.
— Отставить, — скомандовал генерал.
Поражаются зенитчики и солдаты.
Вскоре появилась вторая «рама». Вновь приготовили зенитчики пушку, и снова команда:
— Отставить!
«Что такое?» — разводят руками солдаты.
Докладывают фашистские разведчики гитлеровским генералам:
— К Штеттину идут советские войска.
Хорошо действуют фашистские разведчики. Не только докладывают, что движутся советские войска, но и уточняют, сколько их и какие части идут:
— Три танковых корпуса.
— Две общевойсковые армии.
— Очень много переправочных средств. (Рядом со Штеттином протекает широкая река Одер.)
Все ясно фашистским генералам. Вот где маршал Рокоссовский начнет прорыв — тут, на Одере, возле Штеттина.
Собрали фашистские генералы поспешно с других участков фронта сюда войска. Приготовились. Ждут удара маршала Рокоссовского.
И Рокоссовский ударил. Только не тут. Не у Штеттина. А намного южнее Штеттина, там, где вовсе его не ждали.
Движение же войск под Штеттин — это был всего-навсего обманный маневр.
Прорвали войска 2-го Белорусского фронта оборону фашистов. Стремительным шагом пошли вперед.
ЗЕЕЛОВСКИЕ ВЫСОТЫ
Прошли войска маршала Жукова первую оборонительную полосу противника. Поднялись перед ними Зееловские высоты.
Зееловские высоты — укрепленный район на пути к Берлину. Местность здесь возвышенная, удобная для обороны. В сторону, откуда наступают советские войска, обращены крутые скаты высот. Они изрезаны траншеями и окопами. Перед ними глубокий противотанковый ров. Кругом минные поля и огневые точки противника. Зееловские высоты — вторая полоса гитлеровской обороны.
Бросилась советская пехота на штурм высот. Не осилила обороны противника. Пошли в атаку танки. Не смогли прорваться на новый рубеж. Целый день до глубокой ночи и даже ночью атаковали советские части Зееловские высоты. Крепко их держат враги. Безуспешны наши атаки. День не принес удачи. Не сломила фашистов ночь.
«Замком Берлина» назвали фашисты Зееловские высоты. Крепко держат здесь оборону. Понимают — тут, на этих высотах, решается судьба Берлина.
Атакуют советские части фашистов. В разгар сражения над атакующими войсками появился советский самолет. Самолет как самолет. Не обратили бы солдаты на него особого внимания. Только вдруг стал самолет кружить над нашими частями. Покружил, покружил, помахал крылом, затем от него что-то отделилось. Тут же раскрылся парашют. Видят солдаты, что-то спускается. Что — не поймешь. Ясно одно — не человек!
Спустился парашют ниже. Видят солдаты — ключ!
Ключ огромный, старинный. Опустился парашют на землю. Подбежали солдаты. Видят, к ключу прикреплена дощечка. На дощечке слова написаны. Читают солдаты: «Гвардейцы-друзья, к победе — вперед! Шлем вам ключ от берлинских ворот!»
— Вот это да!
— Эко ж придумали!
Толпятся солдаты вокруг ключа, каждому глянуть хочется.
Ключ был точь-в-точь такой, каким овладели русские войска в 1760 году, когда во времена Суворова они уже однажды брали город Берлин.
Понравилась солдатам выдумка летчиков. Поняли пехотинцы намек авиаторов.
— Ну, если есть ключ, разомкнем и замок!
Действительно, на следующий день советские войска овладели Зееловскими высотами.
А еще через день армии маршала Жукова прорвали третью, последнюю, оборонительную полосу фашистов.
Впереди за лесами лежал Берлин.
Чем ближе был Берлин, тем злее фашисты вели бои.
«ОХРАНА ФЮРЕРА»
Прорвав оборону фашистов на реке Нейсе, войска маршала Конева начали стремительный марш на Берлин.
«До Берлина 100 километров», — читали советские танкисты путевые указатели утром.
— Осталось 75, — говорили они днем.
Затем замелькало 60, 55, 50…
И вдруг танки неожиданно свернули на юг от Берлина. У танкистов словно что-то внутри оборвалось. «Неужели обойдем стороной?»
— Да, обойдем, — понимают танкисты.
Отходят танки от Берлина все дальше и дальше.
— Не повезло!
До вечера, до темноты отходили танки.
— Э-эх, прощай, Берлин!
И вдруг!
— Стой! Поворот на север, — прошла команда.
Оказалось, что отход танков на юг от Берлина был предпринят для того, чтобы обмануть фашистов, заставить их думать, что танки движутся совсем в другом направлении.
Так и решили фашисты.
В темноте, с потушенными огнями танки развернулись на север.
Как вихрь, понеслись они вперед, туда, где за дальними перелесками и набухшими от весенней воды ручьями находился фашистский Берлин.
Ушли вперед танковые армии, а в тылу у советских войск, под городом Шпрембергом, еще оставались фашисты. Они нажимали на правый фланг войск маршала Конева, были хорошо вооружены и представляли большую угрозу. Здесь в числе других против нас сражалась и танковая дивизия «Охрана фюрера». Уже встречались войска маршала Конева с дивизией. Было это в первый же день прорыва неприятельской обороны на реке Нейсе. Немало тогда хлопот доставила фашистская дивизия.
Окружили наши войска врагов. Окружили, зажали в стальное кольцо. Не уйти из кольца фашистам.
Командовал разгромом фашистской группировки генерал Лебеденко.
— Ну, как «Охрана фюрера»? — поинтересовался после сражения маршал Конев.
— Уничтожена, товарищ маршал! — отрапортовал Лебеденко.
— Ну что ж, — сказал Конев. — Раз уничтожена охрана фюрера, значит, дело теперь за самим фюрером.
ШТУРМ МЮНХЕБЕРГА
Небольшой городок Мюнхеберг. Лежит он на полпути между Зееловом и Берлином.
Через Мюнхеберг на Берлин шел танковый корпус полковника Бабаджаняна. Однако подойти к Мюнхебергу оказалось очень сложно. Кругом леса. Лишь одна дорога проходит с востока к городу. Вся она заминирована. Каждый метр на ней простреливается фашистской артиллерией. В придорожных кустах притаились фаустники. В руках у них фаустпатроны — гранаты очень большой взрывной силы. Выстреливались фаустпатроны из особого ружья и пробивали любую броню на танках.
