В доме по адресу Большой пр., 74, архитектором Василием Васильевичем Шаубом в 1915 году был устроен кинотеатр «Люкс»; кинозалы на заре кинематографии часто располагались на первых этажах доходных домов и автором некоторых проектов как раз был Шауб. В советское время «Люкс» стал «Светом» и просуществовал до 2006 года. Все годы он специализировался на «умном», то есть документальном и научно-популярном кино, хотя не гнушался и художественными фильмами. Перед сеансами иногда выступали ученые, писатели и авторы фильмов, а зрители могли задать вопросы. По-моему, сборы от документального кино были не слишком велики, однако в СССР не все измерялось коммерческой выгодой, поэтому кинотеатр благополучно здравствовал в центре престижного района, и ни у кого не возникало желания переоборудовать его в бутик.
Ближе всего к нашему дому располагался кинотеатр «Экран» – семь минут пешком в доме № 30. Но его мы посещали реже всего, это типичный кинотеатр «третьего проката» и в нем демонстрировались фильмы, уже давно показанные в других кинозалах города. Ничего нового в его афише мы, как правило, для себя найти не могли. Однако помещение кинотеатра было весьма уютным, не зря в 1990-х в него довольно стремительно въехало казино «Капитан Морган».
Если хотелось сэкономить, а такое со школьниками случалось часто, то посещать нужно было какой-нибудь клуб, а не кинотеатр. Их много существовало в округе, но мне более всего запомнился клуб завода «Канат» на Петровском острове. Приходишь, платишь 10 копеек, садишься на любой ряд чрезвычайно уютного зала и смотришь в свое удовольствие. Конечно, смотрели какое-нибудь старье (старье – это фильм, находящийся в прокате уже год или два), но это не важно, если фильм хороший.
Существовала и своеобразная культура посещения кинотеатров. Приходили заблаговременно, где-то за полчаса до начала, чтобы успеть съесть мороженое или выпить кофе с пирожным. Посещение кинотеатра не стало еще технической процедурой, обязательно надо было послоняться по холлу кинотеатра и поглазеть на киноафиши и людей.
Какие фильмы демонстрировались в прокате? Чаще всего про шпионов и разведчиков. Это была любимая тема советских режиссеров, а потому антагонизм политических систем мы усвоили с раннего возраста. Еще не было засилья фильмов на производственную тему – это случилось позже, в семидесятых годах ХХ века, а потому, хотя глупого кино было достаточно, скучные фильмы находились в меньшинстве.
Однако больше всего мы любили иностранные фильма – цветные, широкоэкранные и красочные. Это было единственным окном в другой мир. Западные фильмы показывали не часто, а если они появлялись, то о них только и говорили. Сколько по времени шел в прокате фильм С. Кубрика «Этот безумный, безумный, безумный мир» я не помню, но помню, что считалось для многих нормой посмотреть его и три, и пять раз. Таким же успехом пользовались фильмы из серии «Приключения Питкина…».
Фильмы стран социалистического лагеря выходили на экран чаще, но они были не лучше наших. Югославские эксплуатировали тему партизан. Мальчишкой я посмотрел не один десяток этих фильмов, но в памяти остался один обобщенный сюжет: в красивейших горах сербы воюют с фашистами, а заодно с хорватами, которые, судя по фильмам, всегда были на стороне фашистов.
Польские и чехословацкие фильмы были гораздо разнообразней, и военная тема не так доминировала в них. Режиссеры этих стран предпочитали незатейливые любовные истории либо масштабные полотна о борьбе этих стран за независимость, особняком стояло более серьезное кино таких режиссеров, как Анджей Вайда. На меня сильное впечатление произвел польский фильм «Крестоносцы», особенно качеством батальных съемок – мне они тогда показались очень натуралистическими; посмотрел этот фильм сейчас, сравнил с нынешним кино и подумал: как я был наивен, считая сцены фильма жестокими.
За моралью следили очень строго, несколько поцелуев в фильме – и уже надпись: «дети до 16 лет не допускаются». Доходило до смешного. Когда в начале 1960-х вышел в прокат фильм «Гусарская баллада», ныне относящийся к категории детско-юношеских, табличка «для взрослых» присутствовала рядом с афишей в кинотеатре «Великан». Хорошо это помню, поскольку мама провела меня на фильм с большим скандалом, да и то лишь потому, что знала: в фильме ничего «взрослого» нет. Эх, посмотрели бы те ревнители морали современное телевидение!
Впрочем, уже в седьмом классе мы научились обходить запреты. Просили кого-то из взрослых, стоящих в очереди купить билет, а потом когда на контроле строгая дама начинала возмущаться, мы небрежно спрашивали:
– Так что, сдавать билет?
– Да уж проходи, – следовал ответ, – но больше не пущу.
Почему-то в кассах не любили, когда возвращают билеты.
Часть II
Петровский остров
«Величиною посредний, но весьма продолговатый…»
С юга речка Ждановка отрезает от Петроградской стороны большой кусок, называемый Петровским островом. Во все времена его считали неотъемлемой частью сначала Петербургской стороны, затем Приморского, Ждановского и Петроградского районов, не оставляя за ним самостоятельного административного значения. И написано об острове, несмотря на его богатую историю, немного. Возможно, из-за того что охарактеризовать его одним словом сложно: не то парк, не то промышленная зона, не то охотничьи, не то рыболовные угодья.
Первоначально остров назывался Столбовым, говорят, за вытянутую продолговатую форму. Вот и первый историк Петербурга А.И. Богданов охарактеризовал Петровский остров как «величиною посредний, но весьма продолговатый», упирая на среднюю его величину и естественную продолговатость. Однако на столб остров все же не похож. Вероятнее всего, на нем некогда находился навигационный знак в виде статуи, который русские назвали просто столбом. Для чего нужен был навигационный знак, станет понятно, если представить характер островов дельты Невы того времени. Поросшие лесом они мало отличались друг от друга, если смотреть с Финского залива, напоминая ладожские шхеры, в которых судно, входя в дельту, вполне могло заблудиться. Или, во всяком случае, сбиться с кратчайшего пути.
План Петровского острова. 1898 год
Как бы то ни было, название Столбовой забыли быстро. Остров стал Петровским, как только перешел в собственность Петра I. С тех пор фраза «мог бы, но не стал» более всего применима к нему. Его трудно назвать островом-парком из-за наличия многочисленных промышленных предприятий, не поворачивается язык именовать его и индустриальной зоной из-за расположившихся здесь Дома ветеранов сцены, Яхт-клуба, Петровского парка и стадиона «Петровский». Единого функционального назначения здесь так и не сложилось, хотя после того, как островная земля в начале XVIII века стала собственностью Петра I и в западной оконечности возвели охотничий домик, названный историком А.И. Богдановым «дворцом Его Величества», казалось, быть Петровскому островом-парком.
Глядя на карту города, легко убедится, что лучшего места для отдыха и не придумаешь: система озер, связанных с Невой, пересеченная местность, липовый и дубовый лес, прекрасный вид на Васильевский остров – с южного берега; тихие воды Ждановки – с севера. И это не где-то, а в самом центре города. Однако, не получилось. Промышленные предприятия – в основном из-за дешевизны земли – медленно, но верно отвоевывали пространство у дач. Причина еще и в том, что островов для отдыха в Петербурге хватало и без того: Елагин, Каменный, Крестовский, к тому же побережье в Петергофском направлении. В результате к нынешнему дню парк сохранился лишь в восточной части острова, близ стадиона «Петровский» и в западной – у Яхт-клуба и Дома ветеранов сцены.
Как уже было сказано, написано о Петровском острове не так уж много, а вот живописцы жаловали остров более, нежели писатели. Несколько пейзажей сделал Сильвестр Щедрин в 1811 году, они так и называются «Вид с Петровского острова…». За один из них С. Щедрин получил по окончании Академии художеств золотую медаль. Пейзажи напоминают его же итальянские работы – идеализация в итальянском стиле водилась за русскими художниками, однако дают представление о природе острова в начале XIX века. Судя по картинам, он был густо поросшим деревьями и сильно пересеченным. Щедрин запечатлел и узкий деревянный Тучков мост, проложенный через остров и петлявший в то время по Неве в поисках мелководных мест. Выходил мост через Петровский остров и через Ждановку к Малому проспекту Петербургской стороны.
В документах эпохи фигурирует и иная характеристика местности – заболоченный лес. Более болотистым считался южный берег у Малой Невы, поэтому застройка проводилась преимущественно в северной и центральной частях острова, хотя и они при малейшем наводнении покрывались водой. Можно предполагать, какое количество возов строительного мусора пришлось завозить на остров, чтобы хоть немного поднять берега и выровнять площадки под строительство, если, согласно документам, для одного только Убежища престарелых актеров их потребовалось более тысячи.
