Интуитивно прогнулась в спине, вздрогнула, когда Макар прикусил сосок, но сразу же зализал место укуса языком. Любимый сжимал меня в объятиях с такой силой, что мне кислорода не хватало. Мне нравилось чувствовать его силу, желание, нетерпение. Мы познавали друг друга с новой стороны, и это кружило голову. У меня в глазах потемнело, застонала, ощутив сокрушительную волну, содрогнулась в крепких руках, получив освобождение. Поляков толкался сильно, глубоко, а потом тоже замер. Впился в мои припухшие губы, покусывал, проникал языком вглубь, словно пытался испить все до дна. Осторожно перекатился и прижал меня к себе. Пропускал пряди моих волос через пальцы и тяжело дышал. Казалось, что мы перенеслись куда-то в иной мир, дрейфовали на волнах счастья и умиротворения.
— Ты выйдешь за меня? — прошептал Макар. Его рука замерла у меня на лопатках, а сердце удар пропустило. Я улыбнулась, приподнялась и посмотрела ему в глаза.
— Да, — выдохнула я. — Только не сейчас, давай хотя бы через год? Просто Леша собрался поступать. Родители деньги ему на учебу собрали, а на свадьбу им точно не хватит. Мама меня просила еще немного повременить с этим. Ты же не обидишься?
— Вика, знаешь, ты права. Я ведь тоже буду осенью поступать, сомневаюсь, что на бесплатное попаду. Родители тоже помогут учебу оплачивать. Буду учиться, у отца в сервисе подрабатывать. Соберу сам за год деньги на свадьбу. Главное, что мы вместе. Два года пролетело. Оглянуться не успеем, как будем с кольцами ходить. Представляю тебя в белом платье. Ты будешь самой красивой невестой. И с родителями я жить не хочу, буду думать, как своим жильем обзавестись.
— Хочу, чтобы у наших детей были твои зеленые глаза, — мечтательно проговорила, провела пальчиками по скулам, а Макар улыбнулся.
— Викусь, я конечно заявку принял, но не уверен. Твои черные глаза, скорее всего, доминировать будут, — усмехнулся он и поцеловал меня в нос. Любимый перевел взгляд на часы и замер. — Дьявол! Мы опаздываем. Леха нас убьет. Он просил вернуть тебя в девять, иначе с него твой отец три шкуры спустит. Хотя, что-то сомневаюсь, что Александр Алексеевич Лешку накажет. А вот тебя запросто. Не хочу, чтобы ты была под домашним арестом. Так что живо одеваемся, — проговорил Макар и соскочил с кровати. Собрал с пола мои вещи и подал мне.
Мы спешили домой, как могли. Однако по дороге Макар часто останавливался, прижимал меня к себе и, несмотря на прохожих, целовал страстно, да так, что искры от нас летели в разные стороны. Леша, конечно, сильно ругался, грозился придушить нас обоих, но заметив, что мы его совершенно не слушали, махнул рукой и сдался. Мы с Макаром оторваться друг от друга не могли, ничего не замечали вокруг. Смотрела в глаза любимого и видела раскаленную лаву, которая обжигала и манила.
Дома нам с Лешей немного влетело за то, что пропали так надолго, но все же мы уже были взрослыми, поэтому никто нас не наказал. Я переоделась, подхватила учебники и поспешила на учебу. Мечтала, чтобы поскорее прошел день. Ведь знала, что вечером увижу любимого, того, кто показал мне рай на земле.
ГЛАВА 11
Когда любишь без памяти, не замечаешь бег времени. Мы с Макаром были словно не разлей вода. Он встречал меня после работы, все свободное время проводили вместе, наслаждаясь друг другом. Я тонула в нежности и ласке и казалось, что парила где-то среди облаков. Мы никого не замечали вокруг, перестали уделять внимание друзьям, ловили каждую минуту жизни. Меня переполняли эмоции, тепло разливалось по венам. Я млела от того, что Макар часто говорил мне о том, как сильно меня любит, от его объятий и поцелуев таяла как сосулька на солнце. Любовь — это когда каждый день словно праздник, когда знаешь, что волшебство где-то рядом. Поляков устраивал мне романтические встречи, вместе ходили в кино или просто гуляли по парку, держась за руки. Порой нам не нужны были слова. Хватало лишь взгляда, чтобы понять друг друга. Любовь — это когда не ходишь, а паришь, когда хочется кружиться, танцевать и все вокруг кажется удивительным и красочным. Я была опьянена этой любовью, растворялась в ней без остатка. Мы не могли насытиться друг другом. Порой брали с собой на прогулку Лешу и Олю. В их отношениях все было стабильно, они любили друг друга, строили планы на будущее. Все наши общие друзья смотрели на нас с Макаром как на сумасшедших, потому что мы не могли оторваться друг от друга. Если мы не виделись пару дней, то умирали от тоски. Наша любовь порой напоминала болезнь или зависимость, мы горели и плавились, и пытались справится с переполняющими нас эмоциями.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В сентябре Макар и Леша поступили на платную основу в университет. Мы с Олей гордились ими. Наши парни учились и параллельно работали в автосервисе Сергея Ивановича. Они перебирали двигатели не только машин, но и мотоциклов. Домой возвращались перепачканные мазутом и маслом, но счастливые, ведь зарабатывали деньги.
На работе мне прибавили зарплату, но и обязанности увеличились. Я обучала вновь прибывших девушек, рассказывала им о том, что можно делать официанткам, а что нельзя, как вести себя с клиентами. Директор относился ко мне очень хорошо, часто давал премии за отличную работу. Мне нравилось общаться с людьми. Макаров безумно ревновал меня к Илье. Несколько раз они даже чуть не подрались из-за того, что любимый увидел, как Демидов, дурачась, подхватил меня на руки и вынес из кафе. Потом все же они поладили между собой. В те дни, когда Макар не мог забрать меня с работы, до дома меня провожал Илья.
Отработав смену, я вышла из кафе и улыбнулась. Макар стоял около машины и курил. Улыбнулся так, что у меня внутренности стянуло тугим узлом. Сходила с ума от его улыбки и искрящихся глаз. Поляков раскинул руки в разные стороны, а я ускорила шаг и через пару секунд оказалась в крепких объятиях.
— Я соскучился, — прошептал он мне на ухо, поцеловав в висок, а у меня мурашки пробежали по спине. Вцепилась пальцами в его плечи, поддалась вперед. Наши губы слились в долгом, страстном поцелуе. Макар сжимал мои волосы на затылке, прижав меня к себе так крепко, что воздуха не хватало.
— Люблю тебя, — выдохнула, утонув в его взгляде. Эти глаза… Они сводили меня с ума.
— Макарунчик, и я люблю тебя, — ответил он, покусывая мои губы.
Любимый отстранился от меня и открыл дверь автомобиля. Я улыбнулась и села на переднее сиденье.
Мы ехали домой, бросая друг на друга хищные взгляды. В подъезд ввалились страстно целуясь. Макар подтолкнул меня к лифту, а когда створки раскрылись, любимый прижал меня к стене кабины, страстно покусывая шею, сжимая грудь через ткань. А я плавилась и заживо горела, растворялась в этих ласках. Мне всегда будет мало…
— У меня никого нет дома, — выдохнул он, прижавшись губами к пульсирующей венке на шее. Я загадочно улыбнулась и лукаво посмотрела на любимого.
— Звучит заманчиво, — ответила, покусывая его губы, дразня.
Макар оторвал меня от пола, а я обхватила его поясницу ногами, повисла, держась за шею. Любимый одной рукой удерживал меня, другой достал из кармана ключи и открыл замок. В квартиру мы буквально ввалились, чуть не упали. Смеясь, стаскивали друг с друга одежду, держа курс к ванной комнате.
Поляков припечатал меня к прохладному кафелю, страстно целуя, сжимая в своих крепких объятиях, а я стонала ему в губы. Теплая вода попадала на кожу и разлеталась брызгами в разные стороны. Мы, как обычно, залили весь пол в ванной. Но было плевать… Поглощенные друг другом ничего не замечали. Я скользила пальчиками по его мокрым плечам, груди, животу, плавно спускаясь ниже к восставшей плоти. Дьявольский блеск отразился в зеленых глазах, а у меня внутренности жгутом стянуло и сладкие мурашки поползли по спине. Чувства к Полякову были такой силы, что казалось, можно не только горы свернуть, но и планету остановить. Вместо крови в венах ощущала лаву, которая тягучей массой заполняла каждую клеточку. Приложила ладошку в область его сердца и улыбнулась. Бешеный стук… Точно такой же, как у меня… Наши сердца сбивались с ритма одинаково.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
