Читаем без скачивания Саламандастрон - Брайан Джейкс

Над Саламандастроном рассвет уже расцвел во всем своем великолепии, когда Мара и Глинушка помчались по песку в сопровождении землероек Лог-а-Лога. Пиккль посидел минуту, чтобы восстановить дыхание, но тут же вскочил:

— Слышь, братцы, подождите меня хотя бы!

Лунная Лапка погибла при обороне лестницы. Зайчиха поставила Денежку и Меховичка позади себя. Молодые зайчата с копьями наперевес защищали проход от прокладывающей путь наверх орды хищников.

Смертельно раненная, Лунная Лапка успела крикнуть:

— Бегом к Бычеглазу! Просите его прислать подкрепление. — Минуту она смотрела в залитые слезами глаза Денежки. — Не стой здесь, Денежка. Делай, как я сказала. Ступай!

У Лунной Лапки был заточенный с обеих сторон дротик. С бешеной злостью она ударила им по голове хорька. Дротик разломился на две части, хорек упал замертво. Размахивая обломками, зайчиха бросилась навстречу наступающему врагу с громким криком:

— Эу-у-ла-а-а-лиа-а-а!

Задыхаясь от слез, зайчата доложили все историю Бычеглазу. Он усадил их, стараясь говорить спокойно:

— Похоже, мы потеряли нижние этажи. К сожалению, не могу предложить вам ни еды, ни питья. Просто посидите тут и отдохните. Барти, старина, ты как себя чувствуешь?

Чертополох скрестил лапы на груди. Кивнув зайчатам, он подобрал свой лук и колчан со стрелами и вытянулся перед командиром:

— Готов к употреблению, Бычеглаз. Командир, если я случайно не вернусь, ты знаешь, что делать. В таких обстоятельствах лучше уходить отсюда вместе с владыкой наверх.

Вершины горы отряд Урта Белого достиг уже при свете дня.

Алфох, глянув наверх, зарядил пращу. Раскрутив ее, он крикнул Самкиму:

— Смотри, наверху крыса!

Голова крысы была едва видна, но, когда Алфох крикнул, крыса привстала и обнаружила себя. Камень, выпущенный из пращи, с гулким стуком ударил ее пониже уха. Крыса вскрикнула и покатилась с горы. Немедленно на ее месте оказалась толпа хищников, швыряющих камни и мечущих стрелы.

— Откуда они взялись? Кто они? — донесся голос Фераго.

Арула прицелилась и метнула из пращи камень в направлении голоса. Она была вознаграждена криком Убийцы:

— О, моя лапа! Убейте их!

Кто-то из бойцов Алфоха встал, чтобы выстрелить из пращи, но стрела сразила его прямо в глаз, и он упал мертвым. Урт Белый схватил с земли огромный камень и бросил его, убив одним ударом крысу и ранив лиса.

— Эу-у-ла-а-а-лиа-а-а! — Огромный белый барсук бросился вперед, неуязвимый для стрел и камней.

Самким и Арула подхватили его клич:

— Рэдво-о-олл!

— Логалогалогалог! — кричали землеройки, карабкаясь по камням и стреляя на ходу из пращей.

Клитч вел свой отряд по извивающемуся проходу, направляясь к лестнице. Достигнув ее, он отпихнул в сторону тело Лунной Лапки и закричал:

— Убить! Всех убить!

Прижавшись к стене, он пропустил своих солдат вперед и криво усмехнулся, услышав предсмертные крики тех, кто оказался в пределах досягаемости стрел Барта Чертополоха и его лучников.

— Вперед, головорезы! Это всего лишь пара зайцев!

Бычеглаз взял в лапы длинный лук и стрелы. Выдав пращи Денежке и Меховичку, он зашагал навстречу шуму битвы, доносившемуся до него через главный проход.

— Пошли, зайцы! Эх, скоро сказка сказывается… Надо идти на выручку старине Барти. Владыка будет здесь в безопасности, пока я не вернусь. Денежка и ты, Меховичок, а ну-ка улыбнулись и пошли! Это приказ. А теперь крикнем вместе: «Эу-у-ла-а-а-лиа-а-а!» Стоя позади своей команды, Клитч наблюдал, как посеревший от страха Вислохвост подбежал к нему с нижнего этажа. Молодой горностай хмуро глянул на него:

— Тебе нужно быть наверху, где идет бой!

Вислохвост был смертельно напуган и тяжело дышал. Не успев отдышаться, он протянул лапу назад и проговорил:

— Послушай!

Эхо отражалось от стен и катилось по каменному проходу, достигая ушей горностая:

— Логалогалогалогалог!

В нерешительности Клитч пожал плечами и криво улыбнулся:

— Логалог! Что это?

Меткая стрела угодила Вислохвосту прямо в грудь, и как раз в этот момент Лог-а-Лог, Мара и Пиккль появились из-за поворота во главе отряда землероек.

С ужасным криком Клитч бросился бежать, сминая толпу своих головорезов, сгрудившихся на лестничной площадке, пока не укрылся в относительной безопасности в середине толпы. Не рассуждая, он схватил за горло ближайшего к нему лиса и прокричал:

— Об этом мне никто не говорил!

Лис собирался что-то ответить, но стрела Бычеглаза оборвала его жизнь. Клитч дико поглядел на обмякшее в его лапе тело и простонал:

— Ловушка! Мы оказались в ловушке!

С громогласным ревом Урт Полосатый разорвал наконец бинты, которыми был привязан к кровати. Схватив огромный кузнечный молот, он заковылял на верхний уровень. Правитель горы черпал силу из каких-то неведомых источников, им овладела одержимость воина, и никто не мог бы устоять против него, несмотря на его страшные раны.

Отряд Урта Белого достиг вершины горы и теперь сражался у самого кратера. Фераго глянул на белого барсука, и его захлестнула волна страха.

— Убейте белого! Я озолочу того, кто зарубит барсука!

Не меньше двадцати хищников сгрудились вокруг Урта Белого, он отбивался от их бешеного натиска. С мощным рыком барсук орудовал своей дубовой палицей. Самким сражался на самой вершине, его меч мелькал в солнечном свете. Вооруженная пращой Арула прикрывала его спину.

— Давай, Самким! Пусть Рэдволл гордится тобой! Алфох и его землеройки дрались рапирами, веслами и пращами. Солдаты Фераго бились с упорством отчаяния. Почувствовав, что имеет шанс, Фераго скользнул к Урту Белому, зная, что если ему удастся убить барсука, то исход битвы будет предрешен в его пользу. Урт Белый стоял спиной к Фераго, без передыху круша противника своей палицей. Фераго вытянул оба своих кинжала и пригнулся, готовый вспрыгнуть на спину барсука и воткнуть клинки в незащищенную шею. И вот Фераго взвился в воздух… Время остановилось — и вдруг он услышал рев, увидел, как прямо перед ним вырос Урт Полосатый. Две страшные лапы поймали его и сжали в смертельной хватке. Фераго вскрикнул от ужаса и принялся судорожно колоть обоими кинжалами, вонзая их в тело ревущего барсука.

Страшные раны, которые Урт Полосатый получил до того, вместе с ранами, наносимыми ножами Фераго, заставили его темные глаза подернуться пеленой смерти, но жизнь еще не покинула его. Собрав последние силы, Урт Полосатый успел навсегда избавить Саламандастрон от Фераго, — крепко сжав в лапах голубоглазого горностая, он прыгнул с вершины горы в бездну, издав последний в своей жизни боевой клич:

— Эу-у-ула-а-а-лиа-а-а!

В этот момент Урта Белого осенила догадка, что он только что видел своего потерянного брата. Морда белого барсука стала такой страшной, что всякий, кто приближался к нему, терял остатки мужества.

Алфох оттолкнул Самкима в сторону:

— Оставь его здесь. Бери Арулу и моих землероек и ступай внутрь горы, пока он не убил нас всех. Пусть разбирается здесь с хищниками.

Самким понял Алфоха с полуслова, вид рассвирепевшего барсука и охваченных паникой хищников говорил сам за себя. Подталкивая Арулу впереди себя, бельчонок последовал за отрядом землероек по проходу, который спиралью шел внутрь Саламандастрона.

Денежка вошла в кузницу с колчаном стрел. Она протянула его Бычеглазу:

— Это последние. Больше нет! Бычеглаз усмехнулся:

— Хорошо, старушка. Сражайся пращой, Денежка. Посмотри на Меховичка, он швыряет камни, как бешеный. Хочешь услышать добрую новость, старушка? К нам на выручку подоспел отряд землероек, они сражаются на нижних уровнях.

Меховичок со страхом оглянулся через плечо:

— Смотри! Они уже позади нас!

Неся на плече весло и пращу, Арула весело склонила голову:

— Мы не позади вас, зайцы. Мы с вами!

— Рад встретиться с вами! — Бычеглаз обменялся лапопожатиями с Алфохом и Самкимом. — Наверное, лучше отложить более близкое знакомство до окончания войны, так?

Самкиму ужасно понравился большой заяц. Схватив меч обеими лапами, бельчонок вновь приготовился драться и кивнул:

— Согласен!

Лес весел, пращей и рапир вырос позади Самкима и Бычеглаза. Заяц отложил лук и взялся за копье:

— Эу-у-ула-а-а-лиа-а-а!

— Рэдво-о-о-олл!

— Логалогалогалог!

Услышав боевой клич, отряд, сражавшийся внизу у главного входа, подхватил его.

Для банды Фераго битва была безнадежно проиграна. Клитч убил двух ближайших к нему хищников и, упав на ступеньки, прикрылся их телами, прикинувшись мертвым. Отрезанный от своих основных сил, небольшой отряд хищников сражался с отчаянием. Мара была полностью захвачена жаром схватки. Впереди нее сражался Самким, его мордочка сияла азартом битвы, когда он прокладывал путь сквозь редеющие ряды хищников. Мертвым телам уже некуда было падать. Наконец Мара и Самким встретились в центре битвы. Внезапно все стихло. Победа!