— Подожди, — я поймал Лайну за плечо. — Нам нужно обсудить, как мы появимся в деревне.
— Предлагаешь с фанфарами и салютом? — хмыкнула она.
— Если черный маг — Рул, то желательно, чтобы он подольше не узнал, что его затея с мраколютом не увенчалась успехом. Надо постараться проникнуть к себе незаметно.
— И что ты предлагаешь? Дождаться темноты и дать твари второй шанс?
Я замолчал. Да, в темноте местных жителей из дома медовым калачом не выманишь. Жаль, эта идеальная маскировка может оказаться для нас посмертной. Не хотелось бы.
— Давай ты пойдешь первой, — предложил я. — А потом, немного спустя, я. Если магу донесут, то скажут, что видели кого-то одного.
— Ты с ума сошел?! — вскинулась Лайна. — Да я, пока буду тебя ждать, все стены сточу от страха, вдруг с тобой что-то случилось!
Слышать это было приятно.
Но, увы, следом пришло осознание: а вдруг черный маг ждет нас в доме? Кто ему мешает? И я тут сам сточу деревьев на целую плотину, пока не увижу Джелайну в целости и сохранности.
— Да, ты права, — согласился я. — Лучше пойдем вместе. Спокойно, не торопясь, дружески болтая, будто ничего не случилось. Тогда ни у кого не возникнет мысли делиться своими наблюдениями с местным магом.
Я бросил взгляд на Гррыха. Спокойно, дружески болтая, с мелкозубом на руках: разумеется, ни у кого не возникнет мысли поделиться наблюдениями. С магом в том числе.
— Может, в рюкзак его посадить? — уловила ход моей мысли Лайна.
Мелкозуб приоткрыл зажмуренные от удовольствия глазки, на мгновение прервал довольное урчание… и пропал.
Джелайна бросила на меня укоряющий взгляд.
— А я тут причем? — я пожал плечами. — Ему просто не понравилась мысль сидеть в рюкзаке. — Выражение лица Хольм сменилось на расстроенное. — Или он просто понял, что рядом деревня. Чужие люди. Не переживай, он обязательно вернется!
— Ты думаешь?! — обрадовалась она как маленькая. — Ночью?
Я надеялся, что не ночью. У меня на ночь были другие планы.
— Вечером, — предложил я. — Или утром.
Лайна бросила на меня хитрый взгляд.
— Или к ужину, — намекнул я.
— К ужину — это хорошая идея, — согласилась она, подтверждающе качнула вперед рукой с вытянутым указательным пальцем, будто определяясь с направлением, и целеустремленно зашагала в деревню.
На подступах к дому я попросил ее проверить охранки. И сам напряг магическое зрение. Но никаких вмешательств ни я, ни она не заметили. Это ни о чем не говорило, учитывая способности Прежана, и я всё же заготовил атакующее заклинание перед тем, как открыть входную дверь. Но оно не пригодилось. Следов проникновения не было. Возможно, маг решил, что не стоит тратить время впустую, если можно просто скормить нас мраколюту: быстро и бесследно.
Я бросил взгляд в сторону смятого спальника. Джелайна — в сторону печи с кашей.
Я вздохнул и пошел накрывать на стол.
65. Кей. Тяжело жить с гением. Но мы с этим справимся.
Лайна помогала, как могла: то за нож схватится, чтобы хлеб нарезать (не женское это дело!), то со стола мусор смахнет (вместе с ножом), то за задницу меня ущипнет (я же говорил, не лезть ко мне, когда я с ножом в руках: снова мыть!). В общем, в сторону спальника я поглядывал всё с большим интересом. С целью обезопасить себя и окружающих от колюще-режущих предметов.
Вопреки помощи Джелайны, мне удалось справиться с приготовлениями к ужину довольно быстро. Мы сели друг напротив друга за отскобленным, почерневшим от времени столом на наспех сколоченных из горбыля табуретах. Им бы не помешал рубанок, поэтому на занозистую поверхность Лайна бросила какую-то тряпицу. Мы сидели, ели, смотрели друг на друга — и так хорошо было… Пока Лайна не открыла рот.
— Интересно, а все твари могут так, как Гррых? — спросила она. — Мне тут одна идея в голову пришла…
Я глубоко вздохнул, запихивая свои надежды глубоко… под спальник. Понятное дело, эта идея ей теперь на весь вечер.
— Выходит, — продолжила Джелайна, отложив ложку, — что мелкозубы, мечеклыки и жутконосы — это не разные рода. И даже не разные виды. А вообще одна и та же тварь!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Она подалась вперед, будто делилась со мной каким-то невозможно тайным секретом.
— Тварь-то не одна. Тварей-то много, — возразил я. — Просто выглядеть они в разное время могут по-разному, — и потянулся за хлебом.
— Ну что ты меня перебиваешь! — насупилась Лайна, увела кусок прямо из-под моей руки и откусила корочку.
— Так вкуснее? — обиделся в свою очередь я.
— Угум, — промычала она довольно. — Вопрос, что заставляет их выглядеть по-разному?
— Охотничий инстинкт? — предположил я, взяв другой кусок хлеба.
— Они травоядные. Те, которые нижних классов опасности — точно. Или преимущественно травоядные. Нет у травоядных охотничьего инстинкта.
— Значит, страх, — разумно предположил я.
— Ничего себе «страх»! Ты видел, как он на мраколюта набросился?
— Прямо «набросился»? — хохотнул я.
— А вот интересно: любая тварь может совершенно в любую может превратиться? — переключилась Джелайна на другую мысль, оставив погребенной под толстым слоем игнора мое замечание.
— Давай проведем эксперимент.
— Издеваешься, да?
— Конечно, — честно признался. — Потому что для эксперимента нам нужна тварь. — И, подумав, добавил. — Две.
Лайна притихла, помешивая кашу, и я уже начал надеяться на благоприятный исход вечера, как ее снова прорвало:
— Я знаю, что делать, — заявила она, поднимая взгляд от тарелки. — Мне нужен учебник Моро!
— А ты его не знаешь наизусть?
Джелайна поморщилась:
— Не жадничай!
— Кашу сначала доешь.
— Какая связь?! — возмутилась она.
— Прямая. Если я сейчас дам тебе учебник, ты забудешь про кашу до самого утра.
Хольм обиженно засопела, но кашу доела.
Потом вцепилась в книгу. За окном вечерело. Чтобы не привлекать к дому лишнее внимание, с книгой решили устроиться на чердаке: его единственное окно было забито, и свет не проникал наружу. Расчищать бардак пришлось на ходу, благо, в четыре руки дело шло споро. Пока разбирали. Снизу наверх переехали спальники. Просто потому что больше устроиться было не на чем. А потом Джелайна погрузилась в книгу, периодически зачитывая цитаты вслух. Где-то на пятой или шестой я понял, что слишком мало спал этой ночью. И слишком многое пережил. Знаете, когда перед твоим лицом появляется морда мраколюта, многое переосмысливается. И…
…Я проснулся от радостного вопля Лайны:
— Я поняла!
И еще ее тычка. В плечо. Я потер место удара. Откуда столько энергии в человеке? Ночь на дворе.
Продрал глаза и огляделся. За время моего сна вокруг почти ничего не изменилось. Разве что сбоку от Хольм курлыкал мелкозуб. На мое пробуждение он настороженно повел ухом и только.
— Давно он тут? — спросил я, зевая.
— Кто? — переспросила Джелайна, удивленно поглядывая на тварюгу, которого рассеянно поглаживала рукой. — А, Гррых? Не знаю.
Похоже, она была настолько увлечена чтением о тварях, что не заметила появления твари рядом.
— Не отвлекай. Я поняла: каждая жизнеформа у твари для определенной цели, — торжествующе выдала она. — Или «твареформа»? — спросила она как будто у меня, но, судя по отсутствующему взгляду, вопрос был чисто риторическим. — Да, пусть будет «твареформа»!
Я кивнул. Меня, конечно, не спрашивали. Но уже то, что разбудили, чтобы поделиться, — огромная победа! До этого момента я подозревал, что для Лайны я — всего лишь подручный самоходный инструмент для удовлетворения всяческих нужд. То есть она меня, вроде как, даже ревновала. В каком-то смысле. Но при этом не воспринимала всерьез. А если пригласила в святая святых — свои размышления, значит, я для нее что-то действительно значу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Хотелось бы на это надеяться.
Пока я рассуждал про себя, Джелайна молчала. Кажется, ожидала моей реакции.
— И кто для какой цели? — уточнил я. И угадал с вопросом.
