Читаем без скачивания Ультиматум Борна (пер. П. В. Рубцов) - Роберт Ладлэм

Через четырнадцать минут, когда он снимал и переворачивал фотографии на стене рядом с письменным столом (стена находилась по правую руку от занавешенного окна, выходившего на газон), ему вспомнились слова Конклина о необходимости проверить окна и задернуть шторы, чтобы никто с улицы не смог увидеть, что происходит в доме.

«Боже, там такое должно твориться».

«Не очень-то приятное зрелище».

Совсем неприятное: среднее стекло окна было забрызгано кровью и частицами тканей. И... что это? Маленькая латунная защелка – что с ней? Она не только выдвинута из паза, но и само окно приоткрыто – едва-едва, но тем не менее приоткрыто. Борн стал на колени на диванчик и присмотрелся к поблескивающей латунной штучке и оконному стеклу: среди засохших ручейков крови и островков кожи были расплывшиеся пятна, размазанные по стеклу; низ левой шторы был вытянут наружу, и небольшой кусок украшенной кистями ткани заклинило рамой, поэтому окно и не закрывалось. Джейсон спустился вниз растерянный, но не слишком удивленный. Это было именно то, что он искал: недостающее звено в сложной головоломке, которую представляла собой смерть Нормана Суэйна.

Кто-то выбрался из этого окна после того, как пуля снесла генералу половину черепа. Кто-то, кто не желал рисковать быть замеченным в холле или при выходе через парадную дверь. Кто-то, кто превосходно знал расположение комнат в доме, окрестности... и собак. Жестокий убийца из «Медузы». Черт его дери!

Кто же? Кто был здесь? Фланнаган... жена Суэйна! Они должны знать, даже обязаны знать! Борн бросился к телефону на письменном столе; тот начал трезвонить еще до того, как он успел до него дотронуться.

– Алекс?

– Нет, братец Кролик, это всего лишь старый друг. А я и не знал, что мы столь свободно обращаемся с именами.

– Нет, конечно, мы не должны, – быстро произнес Джейсон, с прудом восстанавливая самообладание. – Кое-что произошло, я тут нашел кое-что...

– Успокойся, парень. Чем я могу тебе помочь?

– Ты мне нужен: сейчас и там, где я нахожусь. Ты свободен?

– Что ж, давай посмотрим. – Кактус издал смешок. – Я должен, вообще-то, присутствовать на нескольких заседаниях советов директоров, да в Белом доме меня ждут не дождутся на правительственный завтрак... Где и когда, братец Кролик?

– Ты не должен быть один, старина. Мне нужны, кроме тебя, еще три-четыре человека. Это возможно?

– Не знаю. Что у тебя на уме?

– Тот парень, что отвез меня в город после того, как я встретился с тобой... Среди твоих соседей такие еще найдутся?

– Честно говоря, большая часть из них отбывает срок, но если покопаться в мусоре, думаю, нескольких можно найти. А зачем?

– Поработать охранниками. Это действительно очень просто: ты будешь сидеть на телефоне, а им придется постоять за закрытыми воротами, сообщая посетителям, что это – частное владение и вход на его территорию воспрещен. Особенно для некоторых шишек, которые могут заявиться на лимузинах.

– Моим братишкам это, наверное, подойдет.

– Перезвони мне, я расскажу, как проехать. – Борн нажал на рычаг и сразу же отпустил его, чтобы набрать новый номер – телефон Конклина в Вене.

– Да? – ответил Алекс.

– Доктор был прав, а я позволил работавшему на «Женщину-Змею» палачу скрыться!

– Ты имеешь в виду жену Суэйна?

– Нет, но и она, и ее говорливый сержант знали, кто это, – они должны знать, кто был здесь! Присматривай за ними. Раз они мне солгали, то и уговор отменяется. Тот, кто организовал это смердящее за милю «самоубийство», должен занимать высокое положение в «Медузе». Он мне нужен – это ускорит дело.

– Да? Нам к нему не подобраться.

– О чем ты, черт тебя дери, болтаешь?

– Потому что и сержант, и его любовница вне пределов досягаемости. Они исчезли.

– Это сумасшествие какое-то! Если я хоть немного знаю Святого Алекса – а уж я-то знаю, – он начал слежку, едва эта парочка выбралась отсюда.

– При помощи электроники, а не людей. Припомни-ка, ты сам настаивал, чтобы мы держали Лэнгли и Питера Холланда подальше от «Медузы».

– Что же ты сделал?

– Я разослал самое серьезное извещение по всем компьютерным системам бронирования билетов на рейсы международных авиалиний. В 8.20 пополудни наши объекты купили билеты на десятичасовой рейс «Пан-Америкэн» в Лондон...

– Лондон? – вмешался Джейсон. – Они же собирались в противоположном направлении, на Гавайи. К Тихому океану!

– Вероятно, туда они и полетят, потому что к рейсу «Пан-Америкэн» они не явились. Кто мог знать?

– Проклятие, ты должен был предусмотреть!

– Как? Двум гражданам США, отправляющимся на Гавайи, не нужно показывать паспорта, чтобы попасть в наш пятидесятый штат. Сойдет и водительское удостоверение, и регистрационная карточка избирателя. Ты сам мне сказал, что они уже давно обдумывали этот шаг. Ты считаешь, что старшему сержанту с тридцатилетним послужным списком трудно получить пару водительских удостоверений, выписанных на другие имена?

– Но зачем?

– А затем, чтобы сбросить с хвоста разыскивающих их людей – нас, а может, и некоторых «медузовцев».

– Вот дерьмо!

– Ты можешь выражаться менее вульгарно, профессор? «Вульгарно» – как раз подходит для этого случая, верно?

– Заткнись, мне надо подумать.

– Тогда подумай о том, что мы с голой задницей сидим на айсберге, и у нас нет обогревателя. Самое время вводить Питера Холланда. Он нужен нам. Без Лэнгли теперь не обойтись.

– Нет, не сейчас! Ты забыл кое-что: Холланд давал присягу, и все, что мы знаем о нем, говорит о том, что он сверхсерьезно к ней относится. Он, может, и нарушает иногда инструкции, но если он окажется лицом к лицу с «Медузой», с сотнями миллионов долларов, поступающих из Женевы, чтобы скупать что-то там в Европе, он может сказать: «Стоп, достаточно»!

– Мы должны рискнуть. Он нужен нам, Дэвид.

– Какой еще Дэвид, черт тебя дери! Я – Борн, Джейсон Борн, – твое создание, и мне кое-что задолжали! Моей семье задолжали! И по-другому ничего не выйдет!

– И ты убьешь меня, если я встану на твоем пути.

Молчание. Никто не сказал ни слова, пока Дельта-один из сайгонской «Медузы» не прервал паузу:

– Да, Алекс, я убью тебя. И не из-за того, что ты попытался убить меня в Париже, а из-за того, что ты поверил сделанным вслепую предположениям и решил отправиться на охоту за мной. Понимаешь, о чем я говорю?

– Да, – едва слышно ответил Конклин. – Самонадеянность невежества – вот твоя любимая вашингтонская тема, тебе всегда удавалось придать ей какое-то восточное звучание. Но где-то на этом пути тебе самому придется научиться быть чуть менее самонадеянным: без поддержки мы с тобой не многое сможем сделать.

– Пойми, если мы не будем действовать в одиночку, очень многое может пойти насмарку. Вспомни об успехах, которых мы добились. От нуля до двух десятков – и за сколько? За сорок восемь или семьдесят два часа? Дай мне два дня, Алекс, пожалуйста. Мы приближаемся к самой сути – сути «Медузы». Еще один прорыв – и мы предоставим им идеальное средство избавиться от меня. Самого Шакала.

– Сделаю все, что в моих силах. Кактус связался с тобой?

– Да. Он мне перезвонит, а потом отправится сюда. Подробности потом.

– Должен сообщить тебе: он и наш доктор – друзья.

– Я знаю. Айвен сказал мне... Алекс, я хочу передать тебе кое-какие вещи: телефонную книжку Суэйна, его бумажник, календарь для записей назначенных встреч, ну и тому подобное. Я упакую все это и попрошу одного из парней Кактуса доставить сверток тебе, к воротам, где охранники. Отдай в лабораторию – посмотрим, что мы сможем найти.

– Парни Кактуса? Чем ты занимаешься?

– Выполняю один пункт из твоего приказа: наглухо закрываю это место. Никто не сможет пробраться сюда, но мы увидим тех, кто попытается.

– Это может оказаться весьма интересным. Служащие питомника прибудут за собачками около семи утра, поэтому не слишком наглухо закрывайся.

– Да! Я кое-что вспомнил, – перебил Джейсон. – Напусти на себя официальный тон, позвони охранникам следующей смены и скажи, что в их услугах больше не нуждаются, но каждый из них получит по почте свою месячную зарплату.

– А кто, черт подери, платить будет? За нами нет Лэнгли, или ты забыл? Питера Холланда тоже нет, а я не настолько богат.

– Зато я богат. Я позвоню в свой банк в Мэне и велю им выписать на твое имя чек, который они отправят тебе экспресс-почтой. Попроси своего дружка Кэссета зайти к тебе утром и забрать его.

– Смешно, не так ли? – задумчиво протянул Конклин. – Я совсем забыл о твоих деньгах. Вообще-то, я никогда о них и не думал. Наверное, я просто приказал себе вычеркнуть их из памяти.

– Возможно, – с облегчением добавил Борн. – Официальная сторона твоей натуры, вероятно, была захвачена видениями какого-нибудь бюрократа, который придет к Мари и заявит: «Кстати, миссис Уэбб, Борн, или как вас там, пока вы находились на службе у канадского правительства, вам удалось удрать более чем с пятью миллионами долларов, принадлежащими мне».