Одним холодным январским днем в Хоуксхевен прискакал Джеф. Его лицо сияло от радости. Едва отдышавшись, он поведал, что его дядя прислал письмо, в котором предлагает ему место в своей адвокатской конторе в Новом Орлеане. Город превратился в настоящий деловой центр страны, люди и деньги текли туда рекой, и старик с трудом справлялся с работой. Торговцы, разбогатевшие на армейских поставках, банкиры, открывающие свои новые филиалы, — все шли к нему, самому известному в округе юристу, и предлагали гигантские суммы за то, чтобы он вел их дела. Упускать таких клиентов было просто немыслимо, и дядя вспомнил наконец о своем любимом племяннике.
Джефа буквально распирало от счастья. Он давно мечтал о такой возможности. Его собственная адвокатская практика, которую он делил с Клэем, приносила вполне солидный доход, но честолюбивый жених страстно желал большего. Кроме того, он давно уже перерос рамки своей конторы и вполне мог бы справляться с куда более сложными делами.
— Говорят, жизнь в Новом Орлеане еще веселее, чем в Париже, — задыхаясь от восторга, тараторил он. — Это не то, что наш старый скучный Бостон. Там каждый вечер приемы, балы, спектакли.., всего и не перечислить! Такой шанс выпадает только раз в жизни.
— Это просто замечательно! — воскликнула Сара и бросилась его целовать.
— Я тоже так считаю, дорогая, — рассмеялся Джеф, — поэтому незамедлительно известил дядю о своем согласии.
Правда, есть одно «но».
Лицо Сары вытянулось.
— В чем дело? Ты что, передумал на мне жениться?
— Да что ты, глупая, я же люблю тебя! — ласково улыбнулся Джеф. — И именно поэтому мы должны срочно готовиться к отъезду. Дядя не потерпит проволочек, а от него зависит наше будущее. Нам надо максимально ускорить свадьбу, чтобы выехать сразу, как позволит погода.
Мы должны покинуть Бостон мужем и женой.
Сара вздохнула и опустила глаза.
— Что такое, дорогая? — встревожился Джеф. — Ты не хочешь уезжать из Бостона?
— Вовсе нет, — поспешно ответила она. — Но какая же свадьба без Мэта? Он так надеялся, что мы дождемся его… А Лили? Как я оставлю ее в огромном Хоуксхевене совсем одну? Знаешь, наверное, тебе лучше отправиться в Новый Орлеан одному, а я приеду, когда вернется Мэт.
— Нет! — упрямо мотнул головой Джеф. — Без тебя я никуда не поеду. Что ж, придется написать дяде и отказаться от его предложения.
— Джеф, милый, пожалуйста, не делай этого! Я же знаю, как ты мечтаешь заняться настоящим делом… Кстати о деле: что будет с твоей бостонской практикой?
— Она не так уж велика, и Клэй вполне справится один. Я уже говорил с ним, и он охотно согласился взять на себя заботу о моих клиентах. Но, любимая, если ты хочешь дождаться Мэта, я останусь. Кто знает, быть может, нам когда-нибудь еще раз повезет…
Он выглядел таким расстроенным, что Сара заколебалась.
— Ну разумеется, дорогая, ты должна ехать, — решительно вступила в разговор Лили. — Ты любишь Джефа, а все остальное не имеет значения. Жаль, конечно, что Мэт не успеет к вашей свадьбе, да и я буду очень по тебе скучать, но, поверь, мы сможем это пережить. Если же ты останешься, ни я, ни он никогда не простим себе, что из-за нас ты сломала две судьбы — свою и Джефа.
— О, Лили, я так люблю тебя! — со слезами на глазах воскликнула Сара, обнимая девушку. — Мне будет тебя не хватать!..
Свадьба состоялась в начале апреля. Церемония, на которой присутствовали только самые близкие друзья, прошла тихо и скромно. Сара блистала в великолепном свадебном наряде, сшитом лучшими бостонскими мастерами еще несколько недель назад. Особенно в тот день отличилась миссис Джири, превратившая Хоуксхевен в поистине королевский дворец и закатившая такой пир, что немногочисленные гости и слуги потом вспоминали о нем долгие годы. Когда же торжество окончилось, наступил грустный момент расставания. Сара и Джеф сели в экипаж, в котором им предстояло проехать часть долгого пути до Нового Орлеана. Их медовый месяц начинался, прямо скажем, без должного комфорта.
Прощаясь с Лили, Сара ласково поцеловала ее в щеку и быстро шепнула ей на ухо:
— Мэт любит тебя, дорогая. Поверь мне, я знаю это совершенно точно.
Экипаж тронулся, и Лили расплакалась.
Она осталась одна.
* * *
После отъезда Сары время остановилось. Дни тянулись убийственно медленно, недели казались годами, а месяцы — столетиями.
Одним солнечным июньским днем Лили решила посетить портниху. Ей давно хотелось заказать себе новое платье, да и чудесная погода звала на улицу развеяться. Джени сопровождала свою госпожу, и, пока экипаж катил по людным бостонским улицам, они оживленно болтали.
На одном из перекрестков недалеко от рыночной площади две телеги сцепились колесами, одна из них опрокинулась, вывалив на мостовую кучу всякого хлама. Движение было перекрыто. Намереваясь объехать затор, кучер их экипажа свернул, и они оказались на какой-то совершенно незнакомой Лили грязной улочке. Внезапно в витрине одного из магазинчиков она увидела именно такое платье, какое хотела, и попросила кучера остановиться.
Велев Джени ждать ее в экипаже, Лили открыла стеклянную дверь, на которой полукругом красовалась надпись:
«МАДАМ ДЮРАН. САЛОН МОД».
В магазине ее встретила хозяйка, миниатюрная молодая женщина с острым носиком, веселыми черными глазками и обворожительной улыбкой. Лили поздоровалась и объяснила причину своего визита.
— О, у вас хороший вкус, — с легким французским акцентом заметила мадам Дюран. — Желаете примерить?
— В этом нет необходимости, — ответила Лили, прикинув на глаз размер платья. — Я уверена, что оно мне подойдет. Не могли бы вы его упаковать?
— Разумеется! — засуетилась мадам Дюран. — Будьте любезны минутку подождать, я его сниму и уложу в коробку. Кому мне прислать счет?
Лили была бы шокирована, узнай она, в какой магазин попала по прихоти судьбы. В этом невзрачном на первый взгляд салоне одевались исключительно любовницы бостонских богачей, и его хозяйка, успев оценить опытным глазом фигурку и прелестное личико своей новой клиентки, с нетерпением ожидала услышать имя мужчины, позволившего себе роскошь завести такую красивую игрушку.
— Счет будет оплачен поверенным капитана Мэтью Хоука, — ничего не подозревая, ответила девушка. — Адрес я оставлю.
Блестящие глазки мадам Дюран округлились, а улыбка утратила свое очарование и стала походить на маску.
— К.., капитана Хоука? — переспросила она.
— Совершенно верно. Что-то не так?
— Ну что вы, мадам, все в полном порядке, — смущенно пролепетала модистка, бросаясь к витрине и снимая понравившееся Лили платье.
— Раз так, — несколько удивленная ее странной реакцией на имя мужа, сказала та, — то будьте добры дать мне перо и бумагу.
