Блаунт и Ривера кивнули одновременно.
– Да, – сказал Томми. – В чем-то вы, конечно, конь.
– Я всего лишь аспирант отделения английской литературы! Томми покачал головой.
– Вы можете быть вообще кем угодно. Можете быть вообще группой. И когда мы слышим о любви к английской литературе, это может говорить кто-то из ее членов, кто знает поэзию. – Томми откинулся назад вместе со стулом. – Есть старая поговорка: доверие начинается с личного контакта. Никакой цепи доверия, которую можно было бы использовать, я в вашей биографии не вижу.
Шариф встал и частично прошел сквозь стол. Посмотрел вверх, размахивая над головой руками.
– Хотите лично? Это я могу сделать. Посмотрите вниз, на скамью возле дорожки.
Томми еще сильнее наклонил стул и оглянулся через плечо. Роберт подошел к окну. Толпа почти рассеялась, оставив несколько групп наиболее упорных демонстрантов. Извилистая тропа была вымощена плиткой, вилась по холму вверх, голова змеи касалась почти края террасы библиотеки. Настоящая мозаика, которой не было в годы работы Роберта в университете Сан-Диего.
– Я приехал из самого Корваллиса, чтобы увидеться с профессором Гу. Прошу вас, не отсылайте меня обратно.
Возле тропы стоял второй Зульфи Шариф, совсем уже не виртуальный. Он смотрел на них и махал рукой.
13
РОЖДЕНИЕ ШАЙКИ МИРИ
Сколько Мири себя помнит, всегда была эта проблема с бабушками и дедушками. Родители Элис – и их родители тоже – все жили в Чикаго, и никто из них не уцелел. Со стороны Боба Роберт был почти мертв, но он вернулся! Только теперь Мири боялась, что снова его теряет.
И еще была Лена.
Лена Гу была мертва только по записям. Она убедила Боба поместить эту ложь у «Друзей приватности». Она даже приказала Бобу не посвящать Мири в детали. Но Боб сказал Мири, что делает. Это было разумно, потому что Мири так или иначе сама догадалась бы. А сейчас она была связана обещанием, которое дала Бобу. Она Роберту даже крошки правды не сообщила, даже когда они еще разговаривали друг с другом и он был в таком отчаянии.
Но сейчас в отчаяние впадала Мири. Лену она не видела уже пять месяцев. Она чуть не позвонила Лене после инцидента с Эзрой Паундом, но это лишь подтвердило бы мнение Лены о Роберте. Боб хотел просто не видеть проблем Роберта – трус. Элис трусихой не была, но она в эти дни была занята тренингом, и там не все получалось. О'кей, я справлюсь сама, решила про себя Мири. Она составила продуманный план реабилитации, работая с Зульфи Шарифом. Поначалу все шло классно. Носимые Шарифа было очень легко подчинить, у нее появился прямой доступ к Роберту. Но после поездки Роберта в университет Сан-Диего она поняла, что Шарифа использует не только она, а еще кто-то.
Самое время настало посетить Лену.
Она дождалась выходных и взяла машину до «Пирамид-Хилла». По субботам там было действительно многолюдно. Боб говорил, что это ему напоминает аркадные игры его детства. В парк надо было прибыть физически, но после этого можно было играть с осязательными ощущениями в лучшие игры. Была даже экскурсия по серии казино Баха, только не для детей, которым закон не разрешал еще играть. Но для Мири было важно другое: в парке была отличная система безопасности. Даже если Роберт заинтересуется, куда она собралась, то вряд ли он сможет проследить ее до Лены.
Она сняла свой велосипед с полки в кузове машины и замаскировала под ослика. Внешность Мири выполнила в виде классики аниме: большие глаза, торчащие пряди волос и крошечный ротик. Это отпугнет любого, кто мог бы предложить вместе играть.
Своего ослика она вела по тропинке вокруг холма. Отменила маскировку аниме, чтобы посмотреть, что сегодня наиболее популярно. Ага. В основном всякая чушь типа Скучи Сальсипуэдес, карусели да баба-яга. Год назад еще никто не слыхал про скучей, а сегодня они покруче некоторых корпоративных брэндов. И даже чуть потеснили мегарелиз последней версии «Возвращения мелового периода». Сейчас здесь были сотни разных типов этого персонажа Скучи. Некоторые – хитро украденная интеллектуальная собственность. Остальные – из фольклора с окраин мира. Система образов очень, очень дешевая, без какого-либо творческого центра. Может, именно поэтому детишки были ее самыми большими фэнами.
Возле вершины холма ревел в небе Малый Скуч-э-маут. Звуки исходили не из мощных колонок синтезатора. Уходящий Скуч-э-маут – так сейчас представлял главный маршрут парка вид Мири. Капсула маршрута вылетала из глубины холма и достигала четырех «g» перед тем, как устремиться в небо, давая пассажирам почти минуту невесомости перед посадкой в продолжении парка. Самый зрелищный аттракцион во всей Южной Калифорнии. Сейчас друзья Мири по этому поводу фыркали («это как работать посылкой ЮПИ/Экспресс»), но когда Мири была маленькой, она не раз прыгала здесь по небу взад-вперед.
Сегодня она прошла полдороги до восточного выхода, не выбрав себе игры. Мири старательно избегала прикосновений, тем более поездок на роботах. Особенно она старалась обходить пушистых существ, которых хотелось взять на руки. Может быть, стоило купить участие в какой-нибудь игре, чтобы облегчить себе дорогу среди маркетинга соблазнов.
Она остановилась, оглядела склон холма. Много шума и деятельности, но если прислушаться, станет ясно, что дети в кустах играют в собственных вселенных, организованных так, что ни игроки, ни аппаратура друг другу не мешают. Она выбрала правильное прикрытие: классическое аниме для этих дубин слишком интеллектуально.
– В «Духов-близнецов» будешь? Для этой игры нужно только двое физических.
– Ой!
Мири едва не споткнулась о своего ослика. Резко обернулась, поставив велосипед между собою и этим голосом. Это была настоящая личность, тоже скрытая маскарадом аниме. Мири переключилась на истинный вид: Хуан Ороско. Вот это и называется невезением. Она даже и думать не могла, что его интересует классика аниме.
Она обрела голос – пронзительный высокий английский, который дала ей Аннет Рассел.
– Боюсь, не сегодня. Я ищу кое-чего покруче.
Ороско – и стриженое создание, которое он представлял, – вопросительно склонили головы к плечу.
– Ты ведь Мири Гу?
Это было колоссальным нарушением этикета, но чего ожидать от четырнадцатилетнего неудачника из профкласса?
– Ну и что? Все равно не хочу.
Она повернулась и повела велосипед по дорожке. Ороско шел рядом. У него был складной велосипед, который совсем не вязался с образом.
– Ты знаешь, что мы с твоим дедушкой вместе работаем на уроках композиции у миз Чамлиг?
– Знаю. – Вот паразит! Если Хуан узнает, зачем Мири здесь, то и Роберт может узнать. – Ты за мной следишь?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
