— Идти дальше. — «Не правда ли логично?» — Те, кто против, могут остаться тут.
Со стороны тупика детский голосок произнёс красноречивое «Бу!», и желающих остаться почему-то не обнаружилось.
Эльфийка, вцепившись мне в руку, старалась не отставать ни на шаг, пугливо озираясь на замыкающего нашу процессию Алира. Герион вышагивал впереди, осторожно отнимая у тьмы шаг за шагом в ожидании врагов.
Кап!
В насупившей тишине это прозвучало так неожиданно, что я даже подпрыгнул.
— Впереди развилка, — тихо проинформировал оборотень. — Капает наискосок от нас. Но мне, кажется, нам слишком уж явно сообщают о ней.
— Или там просто протекает потолок, — заметил я, проверяя оставшийся у меня кинжал. Меч и два метательных ножика остались рядом с вещевым мешком в седельных сумках Алмаза. — Может хозяева ремонт давно не делали?
— Ну, тут такие хозяева… — оборотень оглянулся, словно нас могли подслушивать, — что им это простительно. Надо выбрать маршрут. Правильный мы не знаем. Но хоть какой-то план нужен…
— Всё время прямо? — осторожно спросил рыцарь.
— Предлагаю каждый раз сворачивать в другую сторону. Если тупик… Посмотрим по обстоятельствам, — неожиданно подала голос Анабель.
Я поспешил согласиться с эльфийкой. Герион тут же согласился со мной. Алир оглянулся назад и просто кивнул.
Неожиданно тьма, преследовавшая нас сзади, резко выбросила вперёд своё щупальце, схватившее рыцаря поперёк туловища и потянувшее его в клубящийся шипящий сумрак. Боясь оставить эльфийку без присмотра, я просто рубанул тьму призрачным клинком. Почти не помогло. Щупальце дернулось, но свою добычу не оставило. Что дальше? Огонь?
Трансформацию Гериона я даже не заметил, огромный рыжевато-седой волчара размером с быка в два прыжка обогнул меня и набросился на ставшую осязаемой тьму, пытаясь её порвать. Анабель пронзительно взвизгнула, когда с её стороны к нам потянулись ещё два таких же щупальца.
— Чёрт! — Неужели придётся воплощаться? Предварительно окружив Анабель защитным коконом, я выпустил руку эльфийки и кинулся на щупальца.
Ни кто не смеет натравливать Тьму на её Князя!
— Р-ррр!
Частичная трансформация, рывок вперёд. Уклоняюсь от толстого щупальца, перерубаю его когтями, прыгаю дальше. Где-то позади раздается победный вой оборотня. Значит, рыцарь освобождён. Можно возвращаться. Оборачиваюсь и вижу страх в глазах эльфийки. Герион уже вернулся в нормальный облик и напряжённо наблюдает за каждым моим движением.
Думает, я не сумею удержать на грани? Тьма, схватка, страх и снова тьма. Она зовёт меня, простит… Да, наверное, я не смог бы. Частичная трансформация опасна даже для меня. Вот только от эльфийки ко мне тянется тонкая еле заметная ниточка Света. Осторожно дёргаю её. Больно.
Видимо, со стороны выглядит неправильно, что монстр водит лапой по воздуху. Глаза оборотня сужаются. Готовиться напасть? Но ведь я только частично монстр. Глубокий вздох, трансформируюсь обратно. Надеюсь, на нас не нападут, пока я буду приходить в себя.
Проваливаясь в мою родную темноту, а не в это её подобие, кажется, я забываю про тонкую светлую нить.
* * *
— Герион, что с ним? — Анабель, забыв про все опасности, бросилась к свернувшемуся в позе эмбриона тёмному. — Что это с ним было?
— Чуть большее, чем частичная трансформация. — сухо ответил старый оборотень, проверяя пульс с рыцаря, который в бессознательном состоянии был прислонен к стенке.
— ?
— Ну, он же не совсем простой тёмный. — В голосе Гериона слышалось нешуточное сомнение. Но он всё-таки продолжил. — Естественно и способности у него необычные. Я плохо, если честно, разбираюсь в устройстве демонов. Проблема в том, что полная трансформация не изменят сознание, а частичная замещает часть разума — зверем. Короткие отрывочные мысли, жажда. Не знаю, почему именно так, а не иначе. Ведь по логике, полная должна быть опаснее, но как есть, так и есть. В общем, неважно. Важно то, что он тёмный, а значит подданный Тьмы. Видишь, что нас окружает?
Анабель обернулась, только теперь понимая, что Тьма могла влиять на Габриэля.
— Значит, он мог…
— Мог, — согласился оборотень, поудобнее устраивая Алира, после чего подошёл к тощей фигурке проводника. — Но вернулся.
— А почему он полностью не трансформировался? — Нахмурившись, леди установила парочку пищалок — заклинаний оповещающих о приближении как живого существа, так и неживого. Подумав, добавила пищалку на сущности. — Герион, я задала вопрос?
Оборотень усмехнулся, посмотрев на преобразившеюся эльфийку, вышедшую из роли весёлой девочки. Осанка, властные движения, холод в суженных глазах. Ни капли привлекательности. Такой красотой можно любоваться издалека, но никак не любить.
— Леди, вы должны знать, что теневой облик высших — не самое приятное зрелище. Смею предположить, что Габриэль просто не хотел показывать вам свою вторую ипостась. — Эльфийка покачала головой. Что-то в словах оборотня насторожило её. Дети леса не умеют точно определять, когда собеседник честен, а когда он врёт. Но сейчас она услышала во фразе Гериона двойственность. С одной стороны он сказал правду, и это грело её, что Габриэль… Но с другой, была и ещё одна правда, о которой оборотень умолчал. А значит, Герион сказал не главную причину. И это настораживало.
— Нам надо развести огонь. И почему мы сразу этого не сделали? — Она огляделась в поисках горючего материала, но такого естественно не оказалось, пришлось вспоминать заклятье для «огня без всего». Да, на светлых землях магия была запрещена, но только в людских поселениях. На остальных запрет не распространялся, так как Орден считал их Дар светлым.
Язычок зеленоватого пламени лениво лизнул зашипевший мох, окружая небольшую команду очистительным контуром. Эльфийка довольно оглядела своё творение, наконец чувствуя себя нужной. До этого могло показаться, что сиятельная леди выполняет исключительно декоративную функцию, тогда как она была сведуща как в магии леса, так и людей.
— Ты, понятно, видишь в темноте, Габриэль тоже. Вам свет и не нужен. Я специально заклинание перенастраивающее зрение нашла ещё полвека назад. Поэтому и не обратила внимания, что тут на самом деле сплошная темень. А Алир почему не сказал ничего?
Прислонившись к холодной стене и вытянув изящные ножки в аккуратных замшевых сапожках, эльфийка прикрыла глаза, чувствуя себя не то, чтобы в безопасности, но, по крайней мере, хоть немножко защищенной он неизвестно напасти со звонким детским голоском.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
