нагнуть меня… Я предупреждал, что не прощаю предателей. Ворон.
— Послушай, я…
Выстрел. Прямой. Точный. Ровная дыра по центру лба. Глаза выпучены.
— Босс, что делать с трупом? — спрашивает Белый. — Избавляемся?
— Нет, — тушу сигарету. — Отправим подарки испанцам. Разобрать и отправить каждому по отдельности. Напомним нашим иностранным друзьям, где они находятся.
— Ты мне пол загадил, — возмущается вошедший Костет, спокойно смотря, как тащат труп пидора к выходу. — Прикончил бы крысу в своём баре. Нахер ко мне было тащится?
— Чтобы у себя не пачкать.
— Сука, — смеётся.
Достаю новую сигарету. Уже сбиваюсь какая по счёту за сегодня, но если не покурю, то точно сорвусь и вернусь домой к мелкой.
Херня какая-то происходит. Вчера весь день её со своего члена не снимал. Трахал во всех позах. Во всех костюмах. Выебал так, что сознание потеряла. Дал час оклематься, после снова драл, пока не затрахал к ужину.
После такого голод должен был сбавить обороты. Затупить и на других переключиться. Хотя бы на несколько дней. Я же испробовал девчонку. Во всех ракурсах. Во всём. Кроме задницы. Там ещё рано таранить. Дырку проработал вчера нормально, но член рано пускать в дело. Порву задний проход.
Я одел мелкую, как прожженную шлюху. Нацепил все костюмы, которые купил. В трусах заставлял подползать ко мне, а она во всём умудрялась оставаться чистой. Непорочной. Глазами один раз своими посмотрит и плевать, что одето на ней. Хоть в чулках одних на члене будет прыгать. Уже прыгала. Только хуже стало. Не мог оторваться. Смотрел, будто головой тронулся. Помешался на ней. Отпускать не хотел.
— Проблемы? — спрашивает Костет. — Смерть заднеприводного тебя так огорчила? Были планы на его дыру?
— Захлопнись.
Ржёт урод. Роется в телефоне. Не было бы от него пользы в начале работы, когда только от отца свалил, пристрелил бы.
Дверь открывается. Бляди одна за другой входят в комнату.
— Не знаю, что за херня у тебя происходит в жизни. Ломать не буду. Сам скажешь, если дело серьёзное, но отпустить с таким рылом из своего клуба не могу. Сам понимаешь, плохо повлияет на репутацию, — подзывает девчонок. — Выбирай. Танцуй. Ебись. Всё за счёт заведения.
Блондинки. Брюнетки. Рыжие. Светлые. Мулатки. Шведский стол. Костет знает мой вкус. Все сочные. Фигуристые. Есть где ухватиться.
Смеются. Переглядываются. Прикидывают кого в этот раз выберу. Одна прямо намекает, что не прочь развлечься. Пальцами по груди ведёт. Тряпьё вниз тянет. Торчащие соски выставляет. Другая жопой вертит. Товар показывает. Губу прикусывает.
Сперва решил никого не брать. Зачем мне пользованные? Порченые. Другими членами пробитые, когда дома своя есть. Моя. Хотя сегодня нормальный трах не светит. Реально переборщил вчера. В мелкую вгоню, только в кровь разотру всё, но есть и другие способы пустить сперму.
После догоняю. Словно пулей прошибает. Нет реакции на женщин. Никакой. Не интересуют шлюхи. Не цепляют.
Полуголые стоят, а хуй висит, как у импотента. Прохожу мимо. Рассматриваю спереди. Сзади. Ноль реакций. Что за херня?
Указываю на семерых. Бронирую одну из ВИП-комнат. Говорю, что делать. Сам сажусь на диван.
Двое танцуют. Крутятся. Раздеваются медленно, но по глазам видно, что готовы трахнуться уже сейчас. Трое на полу сперва имитируют секс. Одна ноги раздвигает. Вторая сверху будто долбиться в подругу. Сиськи сжимает. Соски лижет. Третья на лицо первой садится и стонет, когда та ей пизду вылизывает. Вторую за волосы тянет. В дёсна целует. По очереди меняют положения. Сосутся. Ебут друг друга пальцами. Ещё двое вокруг меня вьются. Ластяться. Одна садится. Трётся о мои брюки. Пытается расстегнуть и до члена добраться, но я останавливаю. Не пойму, какого хера. Просто действую по инерции. Вторая за её спиной снимает с неё одежду. Перед моим лицом жмёт ей грудь. Суёт пальцы в рот, будто хуй. Вторую руку спускает. В пизду суёт. Ебёт пальцами.
Шлюхи стонут. Орут. В другой раз я бы уже трахал их. По очереди отодрал бы каждую. Тогда какого чёрта сейчас хуй лежит овощем?
Никак. Нет отклика. Нет эмоций. Глаза закрываю. Вижу её. Под собой. На себе. Только тогда движение в штанах появляется.
Дегенерат. Размяк.
" Мне останется только продолжать существовать. Одной. Потому что жить полноценно после я уже не смогу. Не сумею затянуть любимого человека в ту пучину грязи, в какую попала сама… Ты будешь жить дальше, а моя закончилась в тот день, когда встретила тебя. "
Стерва. Это ты убила. Меня. Убила всех, кто был до тебя. Убила всех, кто мог быть после. Вырубила плачущими глазами ещё когда в твой дом пришёл. Приворожила. На коленях стояла ты, а на привязи оказался я.
Вгрызлась в меня. Связала. К себе привязала. Другими не вытравить. Не стереть тебя. И ты расплатишься за это.
Звонок застаёт, когда я уже еду домой. Мысленно представляю, что буду делать с мелкой.
— Шеф, у нас проблема.
Твою мать. Что ещё стряслось?
— В чём дело? — рычу.
— Девчонка… девчонка ваша исчезла.
26
Открыв глаза, вижу перед собой панорамное окно с видом на ночной город. Множество огней сверкают, гаснут один за другим и снова вспыхивают. Переливаются, будто в странном танце. Красиво. Завораживающе. Я бы еще полюбовалась ими. Понаблюдала за сменой света, если бы не одно "но".
Незнакомая обстановка вокруг меня.
Белая комната, почти такая же, как у Рагнара. Улавливается сходство в стиле, но это не его дом. Не его спальня, где я засыпала до этого.
Села на кровать и тряхнула головой. Ущипнула себя, но мираж не исчез. Не растворился, как иллюзия.
Что происходит?
Попыталась встать и тут же поморщилась от боли. Ниже пояса всё ещё болело после вчерашнего сумасшедшего дня. Угораздило же на свою голову настоять, чтобы он остался дома. Не выходил пьяный на работу.
Осматриваюсь. Пытаюсь понять, что происходит вокруг меня. Где я? Как здесь оказалась? Вспоминаю события сегодняшнего дня. О том, как проснулась одна в спальне Рагнара. Попыталась дойти до кухни, чтобы выпить воды, но упала сделав пару шагов. Ноги не держали совсем. Горничная принесла стакан, после чего я снова сразу же уснула, а проснулась уже здесь. В светлой спальне незнакомого дома.
Вдруг становится неуютно. В воздухе повисает напряжение. Тяжёлое. Давящее. Зловещее.
— Добрый день, Дженевьева, — вздрагиваю от глухого звука, резко прервавшего тишину. — Рад, что вы нашли время и решили навестить меня.
Поворачиваюсь следом за голосом и застываю. В проёме двери стоял тот мужчина, с которым я разговаривала на аукционе. Предлагавший свободу взамен на некие бумаги.
