Читаем без скачивания Колонна Борга - Алекс фон Берн

Обеспокоенный (лучше поздно, чем никогда) сосредоточением реальной власти в руках Бормана, министр пропаганды Геббельс приступил к активным действиям (точнее, противодействиям). Он собрал на секретное совещание министра вооружений Шпеера, министра экономики Функа, министра юстиции Тирака, фельдмаршала Мильха (как доверенное лицо Геринга) и отстраненного от всех дел и постепенно спивающегося, но все еще горящего жаждой мести руководителя Германского трудового фронта (нацистского варианта профсоюзов) Роберта Лея. Присутствующие пришли к необходимости положить конец всевластию Бормана по причине порожденной последним административной неразберихи и возобновить эффективную деятельность кабинета министров по управлению страной.

Так начал оформляться заговор Геббельса против Бормана, к которому присоединились практически все, кто еще обладал хоть какой-то реальной властью в рейхе, — за исключением лишь министра внутренних дел Фрика и СС-рейхсфюрера Гиммлера. 9 марта 1943 года Геббельс открыл боевые действия. Воспользовавшись отсутствием Бормана, он приехал в ставку фюрера «Вервольф» и при активной поддержке Шпеера приступил к обличению «коричневого кардинала».

В это время в рейхе велась кампания по борьбе с торговцами черного рынка и их покровителями. Кампания началась по инициативе Бормана, и нет ничего удивительного в том, что под огнем критики и разоблачений оказались лишь враги Бормана: министр внутренних дел Фрик, министр сельского хозяйства Дарре, глава государственной службы трудоустройства Гирл и ряд других высокопоставленных военных и государственных деятелей. Поэтому Геббельс и сделал акцент в своей пламенной речи на разоблачении коррупции в личной канцелярии фюрера и шикарном образе жизни многих партийных боссов.

Во втором эшелоне наступления должен был действовать официальный преемник фюрера рейхсмаршал Геринг, которому отводилась роль ударной силы, призванной разрушить до основания крепость под названием «Борман». Геринг настроился на борьбу весьма решительно и даже записался на прием к фюреру, но… Обеспокоенный Борман был прекрасно осведомлен о слабом месте «героя Первой мировой войны», «второго человека в партии» и предложил Герингу вульгарную взятку: 6 миллионов марок из ФАГ в обмен на спокойствие фюрера. Рейхсмаршал не устоял перед столь соблазнительным предложением и… беседа с фюрером не состоялась. Проинформировав своих обескураженных соратников о предательстве Геринга, Геббельс саркастически заметил: «Все на свете имеет цену, — зато теперь мы знаем, что рейхсмаршал стоит ровно шесть миллионов рейхсмарок».

Геббельс понял, что проиграл. И отказался от создания «антибормановского фронта». Но, как впоследствии выяснилось, Борман ничего не забыл. Он вообще ничего не забывал и никого не прощал. Когда после неудачного путча военных в 1944 году генерал Фромм расстрелял пятерых заговорщиков, ему поставили это в вину: дескать, заметал следы своего участия в заговоре. Фромм был арестован и в конце концов казнен, хотя факт его участия в заговоре доказать не смогли. За что казнили генерала? Ответ прост: во время Первой мировой войны Борман служил денщиком офицера в том самом полку, которым командовал Фромм. Дабы не попасть на передовую, Борман прилежно чистил офицерские сапоги, но унижений не простил. Справедливости ради следует отметить, что «комплекс денщика» Борман преодолевал не только расправами с теми, кто олицетворял старую армию: он всегда держал в своем шкафу более тридцати пар идеально начищенной обуви.

Воистину миром правят не люди, а их комплексы!

Стиль работы Бормана сложился вполне очевидно: неусыпное интриганство и стремление взять под контроль все связи фюрера. Поэтому внезапное возвышение Цольмера и его вхождение в круг лиц, имеющих доступ к фюреру, просто неизбежно должны были привлечь внимание Бормана.

Изучив Цольмера, Борман обратил внимание на его фанатичную любовь к фюреру и граничащую с идиотизмом простоту и решил, что тот представляет собой идеальный инструмент политической интриги. Борман всячески способствовал карьере Цольмера, который к весне 1945 года получил звание СС-бригаденфюрера. Борман не раз использовал Цольмера в своих целях, а в марте 1945 года решил, что пора нанести удар по доселе неуязвимому Дитриху. И роль оружия в этом ударе должен был сыграть новоиспеченный СС-бригаденфюрер Цольмер.

В начале марта 1945 года Дитрих собрал свою 6-ю танковую армию в Венгрии, в районе между озерами Балатон и Веленце. Ему ставилась задача организовать в составе группы армий «Юг» разгром 3-го Украинского фронта генерала Толбухина и установить оборонительный барьер к востоку от венгерских нефтяных полей. Операция получила название «Весеннее пробуждение». Приказ фюрера о наступлении Дитриху привез лично Цольмер. В обеспечение внезапности операции категорически запрещалось проводить предварительную разведку местности в районе наступления, дабы не насторожить русских.

— Это безумие! — воскликнул Дитрих. — Тут кругом болота, в которых увязнут мои танки.

— Фюрер предусмотрел все! — не терпящим возражений голосом заявил Цольмер своему бывшему командиру. — Болота замерзнут и станут проходимыми. Я уже говорил на эту тему с командующим группой армий «Юг» генералом фон Вёл ером, и он полностью поддержал мнение фюрера.

— Я слышал о полководческом гении фюрера, но не подозревал, что он еще и метеорологический гений, — проворчал Дитрих. Цольмер не уловил скрытой иронии и потому не побежал в гестапо, а постарался утешить Дитриха:

— Не беспокойтесь, оберстгруппенфюрер. Я немедленно отправляюсь в первый танковый корпус, чтобы повести его в бой. Чтобы выполнить задание фюрера, я лично возглавлю передовые части. Хайль Гитлер!

— Именно это меня и беспокоит, — процедил сквозь зубы Дитрих в спину Цольмера.

Командир корпуса СС-обергруппенфюрер Присс оторопело взглянул на Цольмера, потребовавшего передать под его командование 1-ю танковую дивизию СС, но, увидев письменный приказ фюрера, лишь махнул рукой.

5-го марта первый танковый корпус СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» и две кавалерийские дивизии СС пошли в атаку. На головном танке с эмблемой «Лейбштандарта» (отмычка на фоне щита) гордо торчала из люка фигура Цольмера.

— Словно бюст на кладбищенском памятнике! — вырвалось у Присса. Танки, ревя моторами, скрывались в предрассветном тумане.

Вначале прорыв удался, но когда танки начали его развивать, они оказались на болотистой непроходимой местности. 147(!) танков безнадежно завязли в болоте: полтора десятка тяжелых «королевских тигров» погрузились в трясину по башни. Пехота, оставшись без танков, несла тяжелейшие потери. Лишь вовремя отправившийся в тыл докладывать об успехе Цольмер остался невредим.

16 марта Советская армия полностью остановила немецкое наступление. Под угрозой окружения Дитрих был вынужден начать отход вдоль берега озера Балатон на юго-запад. Гитлер был взбешен несанкционированным отступлением 6-й танковой армии. Над головой Дитриха впервые за все время войны сгустились грозовые тучи гнева фюрера.

— Если мы проиграем войну, то это в результате ошибок Дитриха! — стучал кулаком Гитлер.

— Он всегда был неплохим войсковым командиром, но не был стратегом, — поддакивал Борман. — Лейбштандарт уже не тот, прежний Лейбштандарт. Лучшие офицеры и солдаты погибли в боях. Части СС в Венгрии плохо себя проявили. А Дитрих уже не способен справиться с ситуацией.

— Я наведу порядок! — пригрозил Гитлер. — Они будут примерно наказаны!

— Пошлите туда для наведения порядка Гиммлера, мой фюрер, — невинно предложил Борман. — Все-таки это части СС. Вот пусть СС-рейхсфюрер и займется ими.

— Да-да, вот именно! — согласился Гитлер. — Генрих, отправляйтесь к Дитриху и передайте, что я лишаю его подчиненных права носить почетные нарукавные ленты.

На бледных щеках Гиммлера проступил румянец. Гиммлер не имел боевых наград и не представлял, как будет отбирать боевые награды у кавалера Рыцарского креста с бриллиантами Дитриха.

— Мой фюрер! Позвольте помочь Дитриху, — попросил Гудериан.

— Это дело СС, — негромко заметил Борман и предложил Гитлеру: — Мой фюрер, пусть Цольмер поможет рейхсфюреру.

— Да, совершенно верно! Бригаденфюрер Цольмер вел себя весьма достойно, — оживился Гитлер. — Пока он был во главе войск, наступление шло успешно! А Дитрих провалил начальный успех, не смог его развить. Вот кто достоин награды!

Гитлер достал из коробочки, протянутой Борманом, Рыцарский крест и повязал его на шею Цольмеру.

— Отправляйтесь к Дитриху вместе с рейхсфюрером. Я жду вашего доклада!

Получив приказ, Дитрих не поверил своим глазам. Он несколько раз перечитал его и сказал дежурному офицеру Георгу Майеру, передавшему телетайпное сообщение: