чем взаимное притяжение. И браслеты тут ни при чем. Одно разочаровывало: несмотря на все признания и обещание заботиться, Бэлтрен Драко ни словом не обмолвился о чувствах. Больше того, я полагала, что дракон в принципе не может испытывать чего-то сильнее и важнее страсти. О любви в браке речь не заходила. Для него это был договор, подписанный на взаимовыгодных условиях.
Я же, несмотря на то, что всегда гордилась своей выдержкой и рациональным складом характера, сейчас, как никогда остро нуждалась именно в любви. Мои внутренние запреты, предостережения, блоки, приказ самой себе быть сильной, — все это разбилось о чувствительную женскую натуру. Пробудившуюся так неожиданно и нежданно. Но я не ждала, что Бэлтрен Драко примет этот вызов.
— Но ведь ты спасла меня, — напомнил Бэлтрен. — Грэси рассказала, как ты, изнемогая от усталости, тащила меня до дома. А после ухаживала и даже терпела мои тщетные попытки вернуть себе магию и истинный облик дракона.
Я скептически поморщилась.
— Не то, чтобы прямо терпела. Вообще-то я всячески сопротивлялась твоему присутствию в моем доме и старалась как можно скорее от тебя избавиться.
— И все же не прогнала, хотя могла бы, — подытожил дракон. — Еще чашку чая, дорогая женушка?
Я огласилась, но больше не хотела разговаривать. Вообще бы предпочла в этот момент остаться наедине с собой, чтобы многое понять и осмыслить. Но, как всегда, мне такой роскоши не позволили. Мало того, что Бэлтрен решил поделиться далеко идущими планами по поводу дальнейшего восстановления Арагосы, так еще и Тучка с Локо не нашли другого места для своих странных игр. Собака ластилась к коту, он делал вид, будто ее не замечает. Но стоило ему заинтересоваться, как она притворялась равнодушной. Кажется, им обоим это доставляло удовольствие.
— Мне они кого-то напоминают, — сообщил Бэлтрен, наблюдая за нашими огромными питомцами. — Ах да, точно, нас собой, Каталина.
— Вот уж точно, живем как кошка с собакой, — констатировала я. — Великая праматерь помутилась разумом, раз решила соединить нас браслетами истинной пары.
— А я уверен, что ее выбор верен, — сообщил Бэлтрен. — Если даже кошка с собакой стали парой, то мы точно сможем.
— Если выживем, — мрачно предостерегла я.
Глава 23
Наутро Бэлтрен Драко объявил, что переносит резиденцию наместника Арагосы сюда, в новый замок в Итране. Мы с матушкой Грэси удивленно переглянулись, не понимали причин подобного решения. Хотя, я втайне подозревала, что это каким-то образом связано с расследованием.
— Это не так далеко от центра, если подумать, — спокойно рассудил Бэлтрен. — К тому же, мне здесь нравится больше. Можно сказать, я привык к этому дому, этой неприветливой, но живописной местности.
С тех пор нашей размеренной, спокойной жизни пришел конец. В замке постоянно толпились люди: военные, представители торговой гильдии, обычные просители. С Бэлтреном мы почти не встречались, ибо дракон занялся делами, стремясь за короткий срок наверстать упущенное. Работы для наместника накопилось очень много.
Только однажды, когда нам удалось поужинать вместе, почти в семейной обстановке, я рискнула спросить:
— Почему ты перенес резиденцию сюда? Чем замок в столице хуже?
Бэлтрен смерил меня долгим пронзительным взглядом, привычным жестом коснулся своего браслета, прикрытого длинной кружевной манжетой.
— Этот замок особенный, Каталина, здесь мне даже стены помогают, в прямом смысле.
— Что это значит?
— То, что тот замок создан мной лично и выполняет мои команды, как хороший солдат, быстро и беспрекословно
— Но ты мог бы переделать и замок в столице, раз уж так хочется. Нет, не думай, я беспокоюсь не за себя, я тоже почти привыкла жить в Итране. Хотя, признаться, сильно скучаю по родному поместью. Но многим просителям тяжело добираться сюда.
— Понимаю. Но, видишь ли, в чем дело, Каталина, повторить трюк с замком в столице мне так и не удалось. Полагаю, тут сработала магия браслета, а не моя собственная.
— И ты считаешь его надежней, чем тот, что находится в столице?
— Именно.
Что ж, мне ничего не оставалось, как согласиться с выводами Бэлтрена. У выданных нам Великой праматерью браслетов были особые свойства. Вот только мой, кажется, оказался бракованным. Кроме жжения и раздражения, я от него не получала ничего. Но это уже мелочи.
Теперь, когда наместник Арагосы вспомнил все и занялся делами, я могла больше времени посвящать Антии. Девочка дичилась посторонних и редко выходила из комнаты днем. Только вечерами, когда поток народа слегка стихал, мы с ней гуляли по дворцовому саду. Даже когда шел дождь, мы брали огромный зонт и, держась за руки, бродили по мокрым тропинкам. Несмотря на то, что девочка не разговаривала, нам было очень комфортно и весело. Казалось, мы понимали друг друга без слов. И я интуитивно чувствовала, что малышку что-то беспокоит. Она вдруг стала слишком задумчивой и подозрительно серьезной. Все реже слышался в замке ее веселый смех, и даже игры с Тучкой и Локо больше не доставляли ей такой радости.
— Что такое, малышка? — пыталась выспросить я. — Что с тобой происходит? Попытайся рассказать, милая. Мы с Бэлтреном не сможем тебе помочь, если не будем знать, в чем проблема.
Она не сразу решилась сказать. А после, жестами, картинками и мимикой объяснила, что ей стали сниться кошмары. Я опасалась, что виной тому наши с Бэлтреном расспросы. Мы невольно пробудили призраков прошлого девочки, теперь мы же были обязаны их унять.
С того дня Антия стала ночевать в моей комнате, и это принесло определенный успех. Когда девочка вздрагивала во сне или всхлипывала, я гладила ее по узкой спине и успокаивала. Не просыпаясь, она обнимала меня и сонно улыбалась. Кошмары малышки постепенно сошли на нет. К тому же присутствие ребенка в спальне не давало повода Бэлтрену возможности воспользоваться тайным проходом. Баррикады я убрала. Не потому, что стала полностью доверять дракону. Но Антия с ее уникальным даром ― слишком вожделенная добыча для многих. Зная, что Бэлтрен рядом и немедленно придет на помощь, если она понадобится. И не то, чтобы я верила, что кошмары Антии могут ожить, скорее и сама интуитивно чувствовала, что тучи вокруг нас сгущаются. Тот, кто пытался убрать Бэлтрена с пути, наверняка не рад его возвращению на пост наместника.
Селсо Перес находился в замке почти постоянно, часто оставался ночевать, как и казначей, писари, начальник городской стражи, главный лекарь. Словом, все комнаты для гостей были
