авантюру.
— Ну что, Лесовский! Пора это все завершить. Конечно, ты сильный маг, но ты представляешь угрозу. А угрозы я предпочитаю вырывать с корнем, — медленно произнес Павлов, намереваясь меня поджарить.
— Лучше б ты штаны почаще носил, Голожопый! — воскликнул я.
— Что?!
— Ничего! Помнишь, как скулил в том лесу, а мы тебя гада спасали? Лысый черт без трусов! Иди на панель, моя шлюшка! — закричал я, чувствуя отвращение к грязному мудаку.
Нельзя было позволить меня уболтать. Лучше самому забить мозги дятлу, чтоб выиграть хоть какую-то фору. Ведь сила была за ним, как не крути. Мне нужно было хорошо извернуться, чтоб не потерпеть крах.
— Ааа, ты все такой же мерзкий щенок! — прошипел Мирон Павлов, от былого пафоса не осталось даже следа.
Лысый заорал так, что все затряслось. Из его правой руки вырвалась синяя молния, затем сразу из левой. Я полетел в сторону, словно вратарь, пытающийся взять «сложный мяч».
Падение вышло жестким. Думать о боли не было времени. Потому я кинул два шара эрии, которые попали в ублюдка.
— Ах, черт! — воскликнул тот, пятясь назад.
Темные разрывы слегка повредили костюм. Но в целом, хорошо долбануть я не мог.
— Молодец… Не сдаешься! А теперь сдохни! — снова зарычало животное.
В мою сторону понеслась одна большая мощная молния. Она была такой быстрой, что перекатиться я уже не успел. Лишь скрестил на груди руки, пустив в них как можно больше энергии.
Удар удалось заблокировать. Громыхнул мощный хлопок. Мирон застонал от боли, получив отдачу, я полетел в кусты, как уже было до этого.
— Твою мать, твою ты бабку… — шипел, стараясь не отрубиться.
Надо было что-то решать. Я получил по полной, и бежать уже не смогу. Не говоря о перемещениях и еще чем-то. Эрии осталось мало, мощного мага с электрическим даром явно не завалить.
Что ж тогда делать? Что делать…
Не успел малость очухаться, как по кустам шарахнула молния. Потом еще и еще. Кругом сыпались листья и ветки, стало что-то гореть. Воздух разрывали крики ублюдка, который явно был недоволен.
— Лесовский! Ты вечно прячешься, словно крыса! Корчил из себя слабака, а сам готовил удар… Ничего, сейчас ты за все ответишь, — послышался злобный вопль, после того, как Мирон слегка успокоился.
Понимая, что меня не достать, гад убрался с поляны. Находясь возле кустов, он какое-то время всматривался в толщу растений. После этого, лысый пошел вглубь лесной чащи.
— Где ты, грязная тварь… — шипел он.
— У тебя нет шансов, ты сдохнешь…
Шаг, второй шаг, третий шаг. Потом еще и еще. Вскоре Мирон услышал какой-то треск и замер, чтоб осмотреться.
Именно в этот момент ему по коленам врезала толстая палка, похожая на бейсбольную биту, только немного кривая. Да, я применил свою «магию» под названием — поиск оружия прямо на поле боя.
Мирон явно такого не ожидал. Он пустил еще одну молнию, падая прямо на землю.
Медлить сейчас было глупо. Я саданул мужика по башке и по шее. Тот свалился на живот, распластавшись на лесной подстилке. Дальше был град ударов, которые щедро осыпали тело Мирона.
В отличие от Всекакия, этот черт точно заслуживал смерти. Я бил как последний раз, используя всю силу тела Лесовского. Казалось, черт скоро сдохнет или хотя бы отрубится.
Но нет, он стонал, вздрагивал, но особо не поддавался. Вскоре я понял, что сил почти не осталось. Мирон слегка извернулся и врезал меня по рукам мелкой молнией.
— А! — палка выпала из моих пальцев.
Я успел только выругаться, как мощнейший поток энергии поднял мое тело, как щепку, закинув далеко на поляну. Меня садануло так, что мало не показалось. Прыгал будто мяч, который скинули с высоты.
На сей раз сознание отключилось. Понял, что все уже кончено. И лишь громкий выкрик Мирона вернул меня из больной черноты.
— Аааа, мелкий выродок! Хитрый ублюдок! Ты хорошо поиграл. Но теперь сгоришь в адском пламени!
Мирон орал и летел по воздуху. Его тело было окутано нитями энергетических змей. Он напоминал бога грома, который спустился с небес. Зрелище, конечно, не очень. Но мне надо было спасать свою жопу.
— Ага… петух… держи свои мозги крепче, — простонал я.
Не знаю, как это вышло. Меня метелили так, что любой другой бы не выжил. Может, это эрия дала силы или даже не знаю. Но я все еще был в сознании.
Кроме того, смог выставить руки и направить остатки невидимой энергии точно в козла.
— Умрии! Подохни! — взревел Мирон.
Синий клокочущий шар врезался возле меня, взметнув землю с травой. Ублюдок промахнулся и стал стонать.
— Что, не нравится, Голожопый? — выдохнул я.
— Как ты это делаешь? Что это?! — взревел Павлов.
Оболочка вокруг его тела пропала. Мужик спустился на землю, но особо не пострадал. В тот момент стало ясно, что мои силы полностью кончились.
— Тааак, ты хорошо сражался… Отнял у меня много энергии, — прошипел Павлов.
Я заметил, что он сильно избит. На лице красовались ссадины, костюм разорван, штаны испачканы травой. В глазах читалась боль и безумие.
Еще немного, и гад точно дрогнет. Правда, этого «немного» у меня уже не осталось. Я мог только лежать и смотреть, как козел медленно сокращает дистанцию, говоря разный бред.
— Ни ты, ни твоя мамка не усвоили одну вещь. Наш мир держится только на силе. Кто сильнее, тот и прав. Но вы предпочитаете копошиться в помойке, прыгать выше своей головы. Надо признать, у тебя почти получилось. Только чуда, как в сказке не будет, — трещал лысый даун с разбитой башкой.
— Ага, теперь болтай два часа. Дешевка, — произнес я, чувствуя, что тело превратилось в беспомощную амебу.
— Верно, Лесовский. Время — деньги. Твое последнее слово.
— Отсоси.
— Что ж, прощай, гаденыш, — с этими словами Мирон выставил руку.
Вокруг его кулака стали крутиться молнии. Павлов устал тянуть, он был сильно измотан. Поэтому собирал все последние силы, чтоб уничтожить меня одним ударом.
Зрение уже подводило. Но мог рассмотреть избитую рожу козла. Что ж, хорошо поработал. Можно дохнуть со спокойной душой.
Мирон издал громкий рык. Его рука превратилась в пылающий заряд бластера. Дальше прогремела автоматная очередь. Мирон выстрелил куда-то вверх и слегка пошатнулся.
— Не хреновый фейерверк, твою мать, — промямлил я.
Казалось, что уже нахожусь на
