Говорит, что здорово получается – не отличишь. Ну и слава Богу. Главное – чтобы клиент был доволен. Тем более, что такой клиент как Робби Свенсон – настоящий подарок судьбы. Он мне ещё двух покупателей нашёл. Ева рассылает по агентствам свои резюме, кое с кем уже переговорила. Пока ничего подходящего, но она не отчаивается. Думаю, мы не пропадём. К сожалению, с гостевым вызовом придётся подождать – как минимум полгода. Надо сперва гражданство получить, а здесь это не так-то просто. Пожалуйста, не обижайся на то, что я сказал там, в Вердене. Я не договорил, но ты, конечно же, всё поняла. Не мне тебя судить и не мне читать тебе нравоучения – ведь ты нас спасла. Я просто за тебя боюсь. Ты себя чуть не выдала, а если это случится, тебе несдобровать. Надо уметь дать отпор, а иногда надо действовать, не тратя время на размышления, и всё же я тебя очень прошу – думай, прежде чем кидать свои магические снаряды. Иногда кажется, что это единственный способ решить проблему, а он оказывается ошибочным. Ещё опаснее вкус власти. Надеюсь, ты не подсядешь на этот наркотик. Береги себя. Жду письма. Передай его через Генри. Мама, Ева и Люцифер шлют тебе огромный привет.
Всегда твой М.К.»
Илана знала, что остальные завсегдатаи «часовни» тоже получили письма из Леброна. Увы, «часовни» больше не было. А вскоре и её бывшие завсегдатаи разъехались кто куда.
Однажды унылым воскресным утром к Илане пришёл Джек Эмерсон. Она его еле узнала – физик был без своих обычных – в пол-лица – очков.
– Я всё же решился на глубинную коррекцию, – Джек застенчиво улыбнулся, сразу превратившись из двадцативосьмилетнего скептика-интеллектуала в мальчишку, который доволен, что успешно сдал экзамен. – Давно уже следовало… В клинике Харрисона уже лет пять занимаются такими случаями, как у меня, и довольно успешно. Я решил, что хватит бояться этой пустяковой операции. И вообще… хватит всего бояться. С Мартином было так хорошо, но знаешь… Хорошо и то, что это закончилось. Мы же там прятались от жизни… Нет, не ты, конечно, а мы, великовозрастные дети. Сборище недорослей. Мартин жил, а мы льнули к нему, потому что рядом с ним имели какое-то подобие жизни – за неимением своей собственной… Своего пути… Извини, если я говорю путано, я не привык философствовать. В общем, мы грелись возле его огня, а надо разводить свой собственный. А то так всю жизнь проведёшь в мечтах и жалобах на судьбу. Я ведь попрощаться зашёл. Послезавтра лечу на Галатею. Там на одной секретной базе нужны специалисты моего профиля… То есть она, конечно, не совсем секретная, но круг исследований, которые там проводятся, гораздо шире, чем полагает большинство. В общем, она относится к подразделению «Бета». Спортсменом быть необязательно, но дохляков и очкариков им не надо. Вот я и решил исправить зрение. Контракт заключил пока на год, а там видно будет.
– А тебе хорошо без очков, – сказала Илана. – Ты как будто лет на десять помолодел.
– А главное – прозрел. И не только потому, что зрение исправил. Ты мне очень помогла, принцесса. Знаешь, после того, что случилось в ту ночь, я долго не мог прийти в себя. А потом вдруг понял одну вещь… Я понял, что в этой жизни всё возможно и что это здорово. И моя вера в науку от этого нисколько не пошатнулась. Наоборот, теперь я верю в неё даже больше. Она объясняет не всё, но ведь я знал это и раньше. Каждый должен заниматься своим делом и стараться всё изменить к лучшему. Это как ты сделала всё возможное и невозможное, чтобы помочь Мартину. До сих пор помню, как ты держала этот дом в ледышке. Сначала я щипал себя до синяков и надеялся проснуться, а потом посмотрел тебе в лицо и понял, что тебе очень тяжело. Тут до меня дошло, что всё это происходит на самом деле… Если честно, мы все были в шоке. Мы и не подозревали, что столько лет общались с самой настоящей колдуньей.
– Мартин догадывался. А я молчала, потому что… мне было что скрывать. Джек, я уже достаточно наломала дров. Скажи, ты и все остальные… Вы ведь уже не будете относиться ко мне по-прежнему?
– Думаю, что нет, – ответил Джек, немного поразмыслив. – Но это не значит, что мы перестанем тебя любить. Ради Бога, не засвечивайся. Держи свой дар в тайне. Представляешь, если окружающим станет о нём известно? Они же не знают, чего от тебя ждать…
– Этого я и сама не знаю, – вздохнула девочка.
– А если о твоей убойной силе пронюхает Военное ведомство?! Они тут же попытаются сделать из тебя своё секретное оружие.
– Я всё поняла, Джек. Я буду очень осторожна.
Ноябрь стал для Иланы месяцем расставаний. Лидия Мортенсон отправилась на Гадес – недавно открытую мёртвую планету, которая, по предположению учёных, ещё не скоро оправится после страшной катастрофы. Она пустовала уже не одно столетие, и экзобиологи до сих пор не выяснили, что за таинственная раса её населяла. Ясно было лишь одно – эта раса создала великую цивилизацию и собрала множество сведений о других планетах, в том числе и о Земле. Вся информация хранилась в глубоких бункерах, и большая её часть пока не поддавалась расшифровке. Самое интересное, что там оказалось множество книг, в разное время привезённых таинственными обитателями Гадеса с Земли. Причём преобладали художественные тексты и труды по оккультизму – большей частью неизвестные современному человечеству. На Гадес приглашали всех, кто был не прочь разгрести эти культурные завалы и привести их в божеский вид. На мёртвой планете царил холод, к тому же нельзя было находиться на её поверхности без респиратора, но это лишь добавляло Лидии энтузиазма.
– Она надеется найти там манускрипт, в котором изложена тайна философского камня, – шутил Джереми. – Или рецепт какого-нибудь знаменитого, но пока неизвестного нам алхимика, как получить из тухлых яиц золото.
Джереми Лойс решил присоединиться к экспедиции археологов, которая отправлялась на астероид Кабир-1, движущийся по внешней орбите планеты Пандора. Там обнаружили остатки какого-то древнего поселения, и теперь все историки Федерации жили надеждой, что наконец-то найдены следы исчезнувшей расы пелланов.
Таня Коэн собиралась поехать с Джереми, но в последний момент передумала. Ей предложили принять участие в межгалактической миссии «Деятели культуры за
