крутой? — позади меня стоял слегка покачивающийся женоподобный парень с красивыми блондинистыми кудрями до пояса.
Нет, он не был накрашен, на нём не был одет лифчик, но его позы, манерность, голос, всё выдавало в нём извращенца. Позади него стояли двое вполне себе крепких парня, внешне самых обычных, скрестив руки на груди.
— Чем могу помочь? — холодно уточнил я, перебирая варианты будущего.
— Андрей, — прошептала мне на ухо Язва. — Не связывайся с ним, он один из сильнейших системщиков. Это Олег Мармузов. Поверь, у тебя против него нет ни шанса! Просто скажи, что он ошибается, и вообще он типа крутой.
— Ты можешь подарить мне пару галактик! — манерно протянул парень. — И моим друзьям по планетке! Я жду!
— Жди, — пожал я плечами. — А вот я жду, когда ты сдристнешь отсюда, и дашь мне насладиться встречей с друзьями. Что рот раззявил. Развернулся и свалил!
Будущее мне показывало, что этот тощий женоподобный чувачок сильнее меня не просто в разы. Его сила была беспредельной. Как и скорость, и время реакции. Но, у меня было преимущество. Крохотное, на самом деле. Но было. Я видел недалёкое будущее.
И потому, его невозможно быстрый удар, который точно снёс бы мне голову, я предвидел и легко уклонился. Поставить блок означало бы остаться без руки.
Паренёк по имени Олег удивлённо уставился на меня. Потом неверяще перевёл взгляд на свой сжатый кулак, которым он попытался убить меня. В этот момент вскочила вся команда Правнука, а сам он вышел вперёд, попытавшись задвинуть меня за спину.
Вот только этого не хватало, прятаться за спиной, пусть и невероятно сильного, по меркам обычного человека, парня. И потому, уклонившись уже от Правнука, я встал перед невероятно сильным дистрофиком с причёской до пояса.
— Поясни! — потребовал я. — С какого хрена я тебе что-то должен? Потому что ты сильный? Да ты отстой. Даже не так, ты ацтой! Прокачивал бы интеллект лучше. Глядишь, человеком бы стал.
Я осознанно нарывался. Прекрасно осознавая, что противник превосходит меня категорически. Но иначе я себя уважать бы не смог. И, честно говоря, шансы были небольшие. При его скорости, даже знай я про удар, у меня примитивно могло не хватить времени уклониться.
Парень покраснел, силясь сделать вдох от возмущения, как-то повизгивая при этом. Но, не найдя ответа, снова напал, на этот раз целясь в живот. В этот раз я легко ушёл в сторону, с насмешкой разглядывая его, как букашку.
Это взбесило его окончательно, и мне пришлось нелегко. Но я справлялся, уклоняясь от бешеных атак. Наконец, выгадав момент я схватил тяжёлый стул и со всей дури вмазал придурку по спине. Само собой предмет мебели, разлетевшись в щепки, никак не навредил уродцу, оставив лишь с десяток мелких царапин. Но взбесил его окончательно.
Мне становилось всё сложнее, окна возможностей становились всё уже. Но тут вмешался Правнук. Похоже, ему надоела эта катавасия. Одним мощным ударом он отправил моего противника в полёт, и тот, пробив хребтом с пяток столов и стену, скрылся где-то снаружи.
— Вопросы? — набычившись уточнил он у двоих из группы поддержки. — Идите, придурка своего откачивайте. А это мой гость, и больше я такого не потерплю. Тем более, он, не будучи системщиком, доказал, что не слабее нас. Морально, так точно!
М-да! Как ни обидно было это признавать, Сергей был прав. На фоне этих ребят, пальцами превращающих металл монеты в изящное колечко, я был слабоват, чисто физически. В который раз я пожалел, что их местная Система не улучшала меня. Но, главное, стычку я вывез, причём без потерь для себя. Удовлетворённый этим обстоятельством, я вернулся за стол.
— Прости, Андрей, за этот инцидент, — грустно усмехнулся парень. — После ухода Системы, таких появилось много. Люди, прежде достойные, почувствовали силу. А ещё узнали о преференциях, которые им дают кредиты Системы, все их плюсы. ИИ пытается оставить, сохранить самосознание прошлых времён, но получается, на мой взгляд, так себе.
— Логично и предсказуемо, — улыбнулся я. — Пока вы жили и варились в своём мирке, ваш коммунизм работал. Но, появился внешний раздражитель во многих лицах, и всё посыпалось. И, к сожалению, вы никогда не вернётесь к схеме равенства, хотя у вас его и тогда не было, борьба за власть и ресурсы существует в любом обществе. Просто она была скрыта от ваших глаз.
— Логично хотя это не был коммунизм из учебников истории, а совершенно новая форма правления и подчинения, — уточнил Правнук. — Но, у меня было счастливое детство. Как и у большинства из нас. Но теперь, давай вернёмся к твоим финансам. Как ты уже понял, ты баснословно богат. Теоретически, я мог бы отдать тебе долю макрами, правда не сразу. Пока на межсистемном рынке на них невероятная цена, и мы всё продаём на аукционах.
— Логично, — ответил я. — И недостатка в макрах у меня нет. Сейчас меня интересуют системы обороны, оружие и личная защита.
— Действительно хорошие лоты — редкость, — поморщился Сергей. — И их, как правило, выкупают наши же, а потом уже перепродают нам, но в полторы-две цены. Впрочем, мы не жалуемся. Мы не тратим море времени на мониторинг площадок, ребята зарабатывают, всё честно. Энтузиасты создали небольшое подобие системной торговой площадки, но уже в рамках нашего мира, у меня есть доступ.
— Слушай, — встрепенулся я, наблюдая, как официанты невозмутимо меняют разломанные столики на новые и чем-то заделывают дыру в стене. — Спроси у ИИ, я сразу не догадался. Возможно, есть устройства типа вашего ангела, но в виде какого-нибудь смартфона или наладонника, планшета? Это сильно облегчило бы мне жизнь.
Взгляд парня затуманился, а остальные с интересом ожидали результата, включая меня. Наконец, глаза обрели осмысленность, и он протянул мне обычный с виду, только совсем тонкий смартфон, на котором светилось довольно большими буквами «Ковчег приветствует тебя!». Я привычно смахнул надпись.
В меню числилось общение с ИИ Ковчега, местная барахолка, о которой только что говорил правнук и куча других непонятных иконок. В одну из них, синего цвета, он ткнул со словами:
— Система сообщила мне, что ты сможешь связываться с нами даже из своего мира. Но, между нами, я не пытался бы. Поскольку она узнает о твоём мире и сможет нагрянуть. Оно вам надо?
Я задумался. Ещё пять минут назад я сокрушался,
