Многие постулаты революционного правительства России были сформулированы еще в так называемом Хьюстонском докладе, составленном в свое время для «реформирования» советской экономики, предусматривавшем «включение СССР в мировое хозяйство и переход на мировые цены». При этом предусматривалось создание такого мирового порядка, когда вся территория бывшего Советского Союза превращалась в резервуар сырья и энергоносителей для Западной Европы, Северной Америки и Японии, так называемого золотого миллиарда человечества. Перестройка предусматривала постепенное сокращение обрабатывающей промышленности (и прежде всего отраслей высокой технологии) и соответственно наращивание производства отраслей добывающей промышленности. При этом предполагалось создать встроенный механизм «гарантированного технологического отставания» России, заключавшийся прежде всего в сдерживании и даже полном свертывании производств, в которых наша страна являлась бесспорным лидером или одним из лидеров (ракето— и самолетостроение, ядерная энергетика и т.п.).
Из числа организаций мировой закулисы наиболее последовательно и открыто эта линия проводилась в разработках и рекомендациях Международного валютного фонда. Экономический советник английского парламента в докладе «Российская экономика в тупике» показал, как МВФ навязал нашей стране программу, цель которой — увеличение экспорта энергоносителей и металлов из России. «Необходимым механизмом для резкого увеличения экспорта энергоносителей и металлов, — пишет Д. Росс, — являлся, однако, быстрый спад промышленного производства, поскольку иначе не освободилось бы сырье для экспорта».2302
В выпущенном МВФ в 1991 году «Исследовании советской экономики» отмечалось:
«СССР обладает богатыми энергетическими ресурсами; согласно оценкам западных специалистов, ресурсы энергии в СССР включают 58 млрд. баррелей сырой нефти, 52 трлн. кубометров природного газа… это крупнейшие ресурсы природного газа в мире… Доказано, что пригодные для добычи ресурсы угля… составляют около 240 млрд. тонн, включая 140 млрд. метрических тонн антрацита… и 100 млрд. метрических тонн лигнита, что теоретически могло бы поддерживать стабильный рост производства угля многие десятилетия… Считается, что СССР имеет крупнейшие в мире ресурсы и запасы урана и крупнейшие мощности по производству урана».2303
Несмотря на то что уровень российской (советской) торговли готовыми изделиями, как признал МВФ, «чрезвычайно низок» и поэтому ее необходимо в первую очередь модернизировать и расширить, все же была выдвинута рекомендация:
«Возможно, более эффективным было бы сконцентрировать внимание на увеличении экспорта энергии и сырья».2304
Именно этой рекомендации и последовало революционное правительство Бурбулиса-Гайдара, которое «трансформировало экономику в вышеуказанном направлении». Доля топливно-энергетического сектора в экономике увеличилась с 11,3% в 1991 году до 25% в 1993-ем. Одновременно с этим и без того низкая доля выпуска потребительских товаров широкого потребления сократилась к осени 1993 года с 16 до 5%.2305 Причем революционное правительство увеличивало экспорт сырьевых и энергетических ресурсов, несмотря на значительное сокращение их производства. Например, производство алюминия в нашей стране уменьшилось с 2,8 млн. т в 1990 году до 2,6 млн. т в 1993-ем. Но одновременно потребление алюминия внутри страны сократилось с 2,4 млн. до 1,1 млн. т. В результате экспорт алюминия из России возрос с 0,4 млн. т в 1990 году до 1,5 млн. т в 1993-ем. Россия в 1993 году также увеличила экспорт сырой нефти более, чем на 20%, несмотря на 6% падение ее производства. Однако резкое появление на мировом рынке такого большого дополнительного количества сырьевых и энергетических ресурсов резко снизило цены на них.2306
В результате российская экономика, несмотря на огромный рост поставок, практически ничего не выиграла. Так, экспорт алюминия из России начал расти в 1990 году, хотя резкий его скачок был отмечен в 1992 году. В 1990-ом экспорт алюминия составил 0,4 млн. т, в 1991-ом — 0,6 млн., в 1992-ом — 1,2 млн. и в 1993-ем — 1,5 млн. т. Одновременно цена на алюминий, в 1989 году составлявшая 1950 долл. за 1 т упала до 1639 долл. в 1990 году, 1304 долл. — в 1991-ом, 1256 долл. — в 1992-ом, 1240 долл. — в 1993-ем и 1189 долл. — к 23 января 1994 года. С 1989 года экспорт Россией алюминия вырос почти в четыре раза, но рост валютных поступлений был в значительной степени «съеден» в результате создавшегося перенасыщения рынка. Трансформация российской экономики в сторону интересов Запада подкреплялась антирусской политикой революционного правительства на приватизацию (экспроприацию) и либерализацию цен.
Как я уже отмечал в предыдущей главе, так называемая приватизация была прямым ограблением национального достояния Русского народа. В течение 2-3 лет в руки представителей криминально-космополитического режима (прежде всего еврейских кланов) и иностранных собственников перешла преобладающая часть национального богатства Русского народа. Проведенная по предложению А. Чубайса ваучерная приватизация позволила новым собственникам получить русское национальное достояние почти за бесценок, по крайней мере в 20 раз дешевле, чем оно стоило на самом деле. Как писал сменивший А. Чубайса на посту председателя Госкомимущества В.П. Полеванов:
«По сути произошло крупнейшее в истории России разбазаривание государственной собственности, что само по себе явилось одним из источников кризиса и заложило основы многочисленных будущих конфликтов, направленных на передел собственности».2307
Под предлогом разукрупнения и демонополизации промышленных предприятий революционное правительство разрушило многие целостные технологические комплексы, что уже поставило под угрозу само сохранение наиболее современной части промышленного потенциала. Наибольший ущерб насильственным разукрупнением предприятий, входящих в единую технологическую цепочку, был нанесен в авиационной, машиностроительной, лесной, оборонной и агропромышленной отраслях народного хозяйства. Поскольку процессы приватизации из-за их обвального характера были сопряжены с остальными элементами экономических преобразований (прежде всего со структурной политикой), подавляющая часть возникшего на базе государственных предприятий местного и смешанного секторов с самого начала оказалась на грани банкротства. Как отмечал В.П. Полеванов, «лотерейная» специфика избранного революционным правительством варианта «ваучерной» приватизации не приведя к формированию рациональной корпоративной структуры, сформировала у большинства населения устойчивое убеждение в том, что его не столько наделили собственностью, сколько обокрали.
Чековая приватизация создала многочисленную массу «неимущих собственников», требующих защиты со стороны государства. Пребывание в их руках мелких и даже крупных пакетов акций малоэффективных предприятий делало эти слои населения «неэффективным инвестором». Ранее, в условиях административной экономики, государство как главный и по сути единственный собственник в бывшем СССР являлось гарантом для малоимущих, социально незащищенных слоев населения, составляющих около 30% от общей численности населения. Однако форсированная приватизация госсобственности происходила без создания соответствующих механизмов защиты малоимущих слоев населения. Поступающие в Федеральную службу контрразведки РФ материалы свидетельствовали о критической ситуации, складывающейся на предприятиях оборонного комплекса России, которая, по мнению специалистов, усугубляется тем, что приватизация и акционирование производятся без учета их специфики и роли в обеспечении выполнения государственного оборонного заказа.
Одним из существенных аспектов приватизации предприятий оборонных отраслей промышленности является стремление иностранных компаний и фирм использовать происходящие процессы в оборонном комплексе для проникновения в его управленческие структуры путем скупки акций приватизируемых предприятий на чековых аукционах. Делалось это преимущественно через посредников. В результате западные собственники купили фактически за бесценок (в 29 раз дешевле их реальной стоимости) крупнейшие приватизируемые предприятия России. В частности, за бесценок с одобрения А. Чубайса были проданы 77 предприятий в металлургии, 85 — в машиностроении, 60 — в нефтегазовой отрасли, 65 — в химической промышленности.2308
Главное оружие монетаристской теории — так называемая либерализация цен, проводимая революционным правительством с января 1992 года, — было на самом деле скрытой денежной реформой конфискационного типа, позволившей отнять у Русского народа не только общенациональную собственность, но и личные денежные сбережения. За счет либерализации цен криминально-космополитический режим освободился от всех своих старых государственных обязательств перед населением и предприятиями. Либерализация цен стала средством огромной наживы для многих предпринимателей. В конце 1991 года они активно скупают наличный товар: сырье, персональные компьютеры, товары широкого потребления. Индекс цен на сырье на Российской товарно-сырьевой бирже с 15 ноября по 27 декабря возрос на 105-110%. По сведениям экспертов, на товары широкого потребления по безналичному расчету за тот же период цены возросли еще больше.2309 В этой связи товары превращались в своего рода сокровища, не предназначенные к продаже. Такое положение наблюдалось несколько недель, вплоть до «отпуска» цен. Хотя Гайдар заявил, что цены увеличатся не более чем в 3-5 раз, уже в первый месяц они реально подскочили в 10-15 раз, баснословно обогатив предпринимателей, скупивших товары.
