Над столом пронесся тихий гул, все зашевелились и даже начали строить свои версии о том, что должно прозвучать в этих стенах. Интересно, а они тоже скопом накинутся на Райшера, когда услышат его сообщение? Может, мне и дожидаться развязки не надо, пусть тут пререкаются хоть до утра, а я свалю по-английски из гостеприимного особняка? Ах, ёшкин кот, у него же моя бирка… а так все было хорошо придумано…
— Прежде всего я хочу, как Бейрис Райшер, принести свои искренние извинения всем присутствующим здесь членам рода, — необычное начало заставило примолкнуть даже Герберта с Розалией, которые уже начали высказывать вполголоса друг другу свои соображения относительно заявления Раймона. — Не буду перечислять всё, что накопилось, сейчас это не столь важно и займет слишком много времени. Каждый знает то, что касается лично его, а выносить каждый факт на всеобщее обозрение исключительно для того, чтобы удовлетворить любопытство остальных я не считаю нужным.
— Берри… — тихо выдохнула Летиция и при этом обращении Бейрис вдруг поменялся в лице и уставился на мать. — Ты же хотел говорить о другом…
— Да, мама, — он потряс головой, как будто отгоняя непрошеные мысли и потер ладонями лицо. — Да, я помню, но я должен был это сказать прежде всего остального. Род прежде всего, — кривовато усмехнулся Райшер, — но в данном случае я прекрасно осознаю незыблемость подобного утверждения и признаю его правоту. Мне не хотелось бы иметь за спиной людей, которые ненавидят меня и нанесут удар в тот момент, когда я не буду готов отразить его… лучше всего предотвратить такую ситуацию заранее и не допустить подобное. Но кроме всего прочего я бы не желал оставить о себе столь неприятную память в этом доме, поскольку… — он запнулся и несколько мгновений оглядывал всех присутствующих в полной тишине, — поскольку я чертовски рад, что вы все есть и собрались за этим столом. Плохая память о любом из нас может принести больше вреда, чем явная неприязнь и я хочу избежать этого так, как могу. Прошу всех присутствующих после этого разговора составить долговые обязательства на мое имя и вписать туда те деньги, которые я, по вашему мнению, остался должен. Я не буду проверять ни одной цифры и обязуюсь выплатить каждому из вас столько, скольку будет указано в переданных мне бумагах. Смею надеяться, что это хоть как-то искупит то, что было сделано ранее.
— Бейрис, — первым очнулся Сайрес, переглянувшись с Раймоном и Алирой, — ты это… серьёзно? Что вдруг произошло в Лионии, отчего ты вознамерился стать таким щедрым и справедливым?
— Сайрес, перестань, — дернула мужа Алира, не отрывавшая взгляда от Бейриса, — он же не шутит, он говорит это совершенно серьёзно… разве ты не видишь? Берри, ты ведь это серьёзно?
— Серьёзней некуда, — подтвердила Розалия, рассматривающая внука без тени улыбки, — уж на шутку это похоже меньше всего на свете. Значит, ты хочешь сказать, что если я напишу на тебя обязательство выплатить нам с Гербертом пятьсот деров, то ты согласишься с этим?
— Соглашусь, — убежденность была такая, что больше никто не пожелал спрашивать подробности. — Это будет право того, кто пострадал не только в деньгах, но отказываться от своих слов я не буду. Вечером я жду от всех подписанные вами листы.
— Он врет, — звонко прозвучал голос Желлины и все с удивлением уставились на неё, а она на секунду смутилась, но справилась с волнением и чуть ли не закричала, — он все врет! Ему неоткуда взять такие деньги и он не сможет их отдать… нет, он сможет, но вы не знаете, откуда он собирается их взять! Бейрис, ну что же ты молчишь и пытаешься показать, какой ты благородный и как заботишься о всех нас? Скажи всем, о чем ты договорился с господином Крайденом, ну скажи, скажи! Я… я слышала ваш разговор, я всё слышала! — Раскрасневшись от волнения, она неожиданно стала очень красивой и Нортен глядел на нее, не отрывая глаз. — Сегодня он пообещал вам всем вернуть то, что он задолжал, и он вернёт их послезавтра… видишь, я даже знаю и это! Скажи, за что господин Крайден обещал тебе восемьсот деров и тогда ты увидишь, что скажут тебе на это все присутствующие здесь! Я уверена, что они не захотят взять от тебя ни одного дера, если узнают, какой ценой получены эти деньги… мама, ты тоже все слышала, о чем они договаривались, почему ты молчишь и опять защищаешь твоего любимого Берри? Как ты можешь защищать его после всего, как?
— Желлина, — Раймон недоуменно посмотрел на жену, потом на Бейриса, на дочь и снова на сына, — поясни, что ты сказала за этим столом. Если тебе что-то известно, то говори прямо, у нас нет секретов ни от кого. Пока что я не понимаю, о чем идет речь… Летиция, может быть ты можешь пояснить…
— Мама никогда не может пояснить ничего, что связано с Берри, — девушка говорила уже спокойней, но все равно была еще на взводе, — разве он может быть в чем-то неправым?
— Желлина, — Райшер рассматривал ее, как капризного ребенка, со снисходительной улыбкой, — а ты знаешь, что подслушивать нехорошо и взрослые так никогда не делают? Не надо краснеть, раз уж ты призналась в этом сама. Кстати, уж если ты подслушивала, то почему потом убежала? Стало стыдно за свое любопытство?
— Откуда ты знаешь, что я убежала? — краска залила щеки Желлины так густо, что Розалия заулыбалась и стала делать в ее сторону ободряющие знаки, и к ней присоединилась Алира. — Я… мне… мне стало стыдно за тебя! Это было так противно слушать…
— Дорогая моя, если уж ты подслушиваешь, — еще раз ткнул ее Бейрис и в его голосе мне почему-то послышалось одобрение, — то никогда не надо бросать это на середине. Ты рискуешь упустить самое интересное и можешь выглядеть глупо, если окружающие поймут, что ты ушла, не дождавшись завершения. Вот мама дождалась завершения и поэтому она совершенно спокойна, в отличие от тебя. Да, у нас состоялся разговор с господином Крайденом, финал которого слышала ты, но это был еще не конец. Кстати, а где ты пряталась? В следующий раз я учту свои промахи и буду разговаривать в том месте, где нас никто не сможет услышать. Есть в этом доме такое место, отец?
— Боюсь, что я тебя разочарую, — покачал головой Раймон, — все равно кто-нибудь изведется от любопытства и все станет известно если не сразу, то всё равно очень быстро. Но что же все-таки произошло, что ты позволила себе так кричать? — повернулся он к дочери.
— Учту на будущее, — кивнул отцу Бейрис. — Произошло одно незначительное событие, вследствие которого все члены рода должны проводить меня к новому месту службы, которое находится достаточно далеко от Делькора.
— Где? — выдохнули все почти одновременно.
