я могла бы отдать очень многое. Нельзя продать душу дьяволу, даже если это кратчайший способ обрести то, чего так желаешь и жаждешь…
Прошла неделя с того памятного дня, когда слова «клятва» и «верность» обрели для меня тот смысл, которым их наделил сам Создатель. Алекс покинул Даэрат, неожиданно сообщив, что Король Орлов Лан желает его видеть. Вслед за ним Дэниэлю пришлось уехать по делам, а Мастер с головой ушел в свои книги, усиленно пытаясь найти в них что-то очень важное, и перестал обращать на меня свое пристальное внимание.
Я не скучала в их отсутствие, получив возможность более детально изучить архитектуру города, а также осмотреть его окрестности. И это было весьма познавательно. В архитектуре столицы Эльдарии смешались различные стили, но это не портило внешний вид ее зданий.
Больше всего мне нравились многочисленные колонны, подпирающие крыши городских административных зданий, где располагались различные муниципальные службы и учреждения. Колонны нередко переходили в аркады, стройными рядами упиравшиеся в карнизы, на которых располагались фигуры людей, казавшиеся снизу небольшими и далекими.
Жилые дома в городе были совсем иными. Казалось, каждая семья при постройке дома выбирала свой стиль, никому не известный, словно желание выделиться среди своих соседей было нестерпимым. Но так же, как и административные здания, карнизы их домов напоминали настоящие произведения искусства. На них уютно располагались каменные птицы и звери, росли диковинные деревья и распускались цветы.
В городе было много фонтанов из зеленого и серого камня, как действующих, так и давно позабытых, оплетенных лозами салии — дикой виноградной лозы с гроздьями вкусных ягод, которые доставались ребятишкам.
Очень часто второстепенные улицы города вели к маленьким паркам с аккуратными дорожками, посыпанными белой галькой или песком. Вдоль центральных улиц тянулись длинные аллеи с низкорослым кустарником, усыпанным разноцветными цветами.
Иногда, устав от долгого хождения, я устраивалась на кромке цветного ограждения фонтана, отделявшего прозрачную воду от каменных плит мостовой, и долгими минутами смотрела на пузырьки воды, трогая ледяную воду. Хрустальную воду можно было пить, и я видела, как люди и кони припадали к ней, томимые жаждой. Дети играли в свои игры, окунаясь в фонтаны, а затем вылезали из воды мокрые и радостные. Смеясь и крича, они догоняли друг друга и обливали водой еще сухих членов своей команды.
В столице кипела жизнь, город был наполнен ею, и я не могла представить себе, что когда-то здесь умирали люди и белые каменные стены города покрывались кровью и пеплом…
Прошло много дней, но никто из моих друзей так и не вернулся. Однажды в дом постучался курьер, доставивший письмо, адресованное лично мне. Держа в руках белоснежный конверт, опечатанный черной печатью, я вдруг подумала, что никогда не получала писем раньше, впрочем, никогда и никому их не писала. Не потому, что не умею, а потому, что некому их писать.
Это странно, но в моем мире не было ни одного человека, которому я могла бы написать письмо. Возможно, именно так называется одиночество — жизнь человека, которому некому писать письма.
Я открыла письмо и поняла, что небеса, действительно, грозят обрушить на меня потоки огненных стрел. Только два слова: «Звезды мертвы!» и гордый профиль орла вместо подписи.
Королю Орлов Лану удалось низвести меня до его уровня слишком быстро и слишком легко. И мною овладели не просто гнев или страх за жизнь Алекса, во мне пробудилось ранее неизвестное мне чувство — никогда больше! Больше никогда я не желала терять тех, кого люблю! И вместе с внутренним пониманием своей природы и сути того, что я не убийца, я ощутила, что жертвовать собой и своей жизнью — это правильно и возможно. Отец Алекса понял это первым и сделал меня сильнее, ибо жертва без борьбы — это самоубийство, а я всегда презирала тех, кто выбирал именно этот путь.
Когда Алекс вернулся домой к своему народу, всерьез я за него не опасалась. В конце концов, это был его мир, и он покинул меня с легким сердцем, ни словом, ни намеком не высказав своих опасений. Но Алекс не вернулся, как обещал, а его брат прислал мне слишком откровенное послание, давая понять, что Алекс в беде. И тогда я подумала, что Алекс может мешать новому королю своим стремлением к союзу с людьми или быть приманкой, чтобы заставить меня вмешаться и использовать Годертайн. Но я слишком хорошо помнила, о чем предостерегал меня прежний Король Орлов, и мои воспоминания не позволили мне оставаться в неведении в ожидании Алекса.
Именно тогда я совершила первую из своих выходок, о которой потом сожалела, но которая помогла спасти наши жизни. Я отправилась в горы, где находилась страна Орлов, о которой Алекс почти не рассказывал, но всегда очень сильно тосковал. И отправилась одна, ничего не сказав Мастеру, без Годертайна, будучи уверенной в том, что мое решение — почти самоубийственное, но единственно верное…
Страна Ранта Энарэ, где жили орлы, напомнила мне о водопадах Игуасу на границе Бразилии и Аргентины. Их было слишком много и они были такими же прекрасными. Само название Ранта Энарэ в переводе с древнего языка означало: «Союз камня и воды».
Моя дорога шла через северную часть страны, где переходы от равнин к нагорью были менее заметны и не столь выражены, как в южной части, где горы подступали к самому морю, а массивные горные хребты простирались на тысячи километров. Страна Орлов была очень красивой и однажды я уже видела подобную красоту седьмого чуда света, от которой захватывало дух, но в Ранта Энарэ ощущения стали иными.
Я не столько восхищалась природой, сколько прислушивалась к ней. Мне казалось, что она говорит со мною, что я не одна в этом огромном мире, и тогда моя душа воспаряла над телом и снова падала вниз вместе с кипящими белыми струями водопадов. В Ранта Энарэ я почувствовала себя сильной и свободной…
Я думаю, что природа обладает удивительной способностью очищения наших душ. Она вселяет в нас покой и понимание. Когда находишься наедине с ней, необязательно верить во что-то или в кого-то, чтобы понять, насколько огромен мир, созданный с любовью и безграничной добротой. Ты просто знаешь, что мир кем-то создан, а не рожден из случайного соприкосновения элементарных частиц. Чувствуя себя слишком маленьким, именно маленьким, а не ничтожным, неожиданно понимаешь, что все окружающее — неотъемлемая часть тебя самого. И будучи частью самой природы, начинаешь ощущать себя не человеком, а богом, допущенным к самым непостижимым тайнам
