тела её поглощает ЖУ мириад путей.
Я попробовал с сотню вариантов идей, но обойти мощный ЖУ, не имея собственной энергии почти невозможно, не уничтожив его.
А данное мероприятие я бы не хотел проводить, так как это опять же угрожало бы мне.
Блин.
Я не заметил, как быстро пролетело время.
За моей маленькой медитацией я почти пропустил ужин.
Я вошёл в столовую в момент, когда за столом осталась только Бельянка, пожирающая ногу какого-то животного. И блюдо было почти ростом с кудрявого метра.
— Приятного аппетита, — пожелал я соседке по столу, та в ответ что-то прочавкала, а сам сел есть уже остывший суп. Фрукты я сразу собрал в карманы мантии, а вот блюдо, которое было на металлической тарелке, я уставился с большим удивлением. — Это что?
— Не хочешь? Я съем!
— Нет, как называется?
— А? Ты не в курсе? Это стандартное блюдо — мясное желе. Мясной бульон с разделённым на волокна мясом. Прикольная штука, в детстве вместо десерта обожала!
— Ага. Понял.
Офигеть. Холодец!
Хотя то, что я опоздал, на него подействовало не лучшим образом. Он немного подтаял.
Я попробовал.
Да. Вкус Родного пищепрома СССР. Хм, а домашний ведь я никогда и не пробовал.
Немного не то, но я не додумался ни разу лично его делать в этом мире, хотя мог. Боялся испортить воспоминания о своём родном мире.
Примерно такой простой вариант был в столовых. Море желе и чуть-чуть мяса. Хотя в столовой городка-атомщиков всё-таки было щедрее.
Эх, мой прекрасный мир…
— Ты что, плачешь? — раздалось напротив.
Я открыл глаза:
— С чего бы мне плакать? Закрой глаза и попробуй любую еду, вкус немного ярче станет.
— Да, я тоже в курсе. Когда обгладываю кости, то тоже жмурюсь от удовольствия, — заявила девочка и осуществила описанное, вцепившись в край рульки, которой тут раньше не было. Она ещё одну ногу добыла?
Я спокойно поужинал и отправился в купальню, после чего спокойно лёг спать. Однако утренних затрат энергии, похоже, было мало. Сон никак не шёл.
Я выглянул в окно, на звёздном небе уже поднимались луны.
К моему удивлению, откуда-то с нижних этажей раздался еле-еле разборчивый шёпот:
— О, Мора! Да встретится любовь на моём жизненном пути! Пусть любая, но хочу, словно в сказках, шепа-шепа-шепа… — дальше пошло что-то неразборчивое совсем.
Ну, кто-то из детей клюнул на сказки о любви. Не худший вариант.
Я пока мало знаком с полным перечнем местного пантеона, в доме Ашты и на уроках для неё упоминались в основном общие для всего мира, собственно как и в приюте, где я обитал до полутора лет.
А теперь Мора поглотила божественные обязанности Миры и Меры, так что сейчас она не только богиня любви и плодородия, но так же красоты, очарования и кучи дополнительных побочных вещей.
По идее, ей обычно поклоняются только девчонки. Однако молиться могут и пацаны.
Поэтому источник шёпота может быть абсолютно любым, только у повара амнистия, голос-то у него ниже.
Рассуждая на эту тему, я и заснул.
Я проснулся на рассвете и пошёл тратить свою энергию.
Неожиданно, но я обнаружил достаточно высокую плотность маны у запасного выхода из особняка, который был на заднем дворе.
Я просто не мог не воспользоваться моментом, чтобы потренировать ударную волну, пару раз запустив её в небо.
Но моё желание остаться незамеченным или слабо вложенные эмоции породили только поток ветра, который и разогнал за три атаки всё скопившееся облачко магических частиц.
Собственно этого я и добивался. Поэтому эксперимент оказался удачным.
Я выжимал из себя физические силы долго и упорно, пока светила не оказались в зените.
После этого я забрёл к купальне, но там оказалось занято, в раздевалке висела мантия.
Тц. Дюжина, наверно, тоже решила ходить в ближайшую к своей спальне.
Я спустился на второй этаж и принял ванну там.
Однако там не было стены воды, а были простенькие купели с текущей водой и заклинанием периодической очистки воды после посещений.
Не то.
Надо будет выяснить то, кто точно ходит в мою ванну, и выработать совместно распорядок санитарных процедур.
Я спустился вниз, по поводу уточнения сроков обучения грамоте, а в этот момент у входа стояло две кареты.
Кашалот, Азелла, повар, кажется садовник и две горничных стояли и прощались с пятью студентами, переходящими в школу. По именам я знал только Чуга и Марта, но друзьями нас точно не назовёшь.
В стороне на скамейке сидел Пион со своей постоянной компанией из Чанки и Выдры, они о чём-то болтали между собой, поглядывая на проводы.
На другой лавочке сидели Дюжина и Бельянка, играющие в карты.
Я подошёл к ним и уточнил:
— Я так понимаю, именно Толя решила пойти в купальню на четвёртом?
— Ха-ха, а ты подсмотрел? — начала кудрявая ехидно, потом посмотрела на меня. — Ты что, даже не заглянул? Иначе не спрашивал бы. Как так можно? Упустил такой шанс! Тем более, та купальня общая, значит вы не против, что кто-то воспользуется ей одновременно с вами.
— Мне без разницы, а вот смущать кого-то? Не вижу смысла. Потом объяснишь правила игры?
— Нет, с тобой будут проблемы. А Двенадцать должна мне уже сорок фруктов. Три пары по двенадцать шаров, молний и огня для мисс Дюжины! — хихикая сообщила девятилетка и выложила три карты на скамейку перед соперницей.
— Ты точно мухлюешь, но как? — пробормотала зеленоволосая, а я двинулся к кашалотику, которая смотрела вслед удаляющимся экипажам с влажными глазами.
Я выждал в паре метров у неё за спиной момента.
Зоя Кашалот повернулась, заметила меня и вскрикнула, словно увидела призрака или мышь.
— Увай! — подпрыгнула эта брюнетка, под удивлённый взгляд остальных взрослых, которые перевели взгляд на меня.
— Добрый день, я хотел бы спросить: когда я начну
