"Так что, маги — просто люди, — заключил Акамацу. — Не хуже и не лучше других".
Просто люди.
* * *
Великий океан, 73 мили к северо-востоку от побережья Империи Ниарон; борт тяжёлого авианосца "Асикага", 14 апреля 1607 г. от Р.С., 5:27
Тяжёлый, водоизмещением 34 500 тонн корабль шёл полным тридцатиузловым ходом — это был максимум, что могли обеспечить его новейшие двигатели, работающие на дефицитном мазуте. Непривычного дизайна труба — вытянутая и короткая, торчащая по левому борту, была изогнутая в сторону поверхности воды и изрыгала клубы сизого дыма. Судя по множеству точно таких же завес слева и справа, где-то недалеко шли и корабли охранения, просто в лёгком утреннем тумане людям на палубе они были не слишком видны.
В носу корабля, в самом конце взлётной палубы, а также в середине корпуса, в стороны откинулись защитные крышки, и из своих отсеков в подпалубном пространстве плавно начали выдвигаться сигнальные маяки. Увенчанные тяжёлыми шарообразными набалдашниками мачты выдвинулись на двухметровую высоту и замерли. Прошла секунда, другая, а затем на вершине каждой из них вспыхнул яркий алый свет.
Увидев прорезавшие лёгкую утреннюю дымку огни, драконы начали нетерпеливо переминаться с лапы на лапу — умным зверям был знаком этот сигнал. Целых тридцать шесть драконов, то есть половина всего авиаотряда корабля, сейчас скопились на палубе авианосца.
Пилоты сдерживали могучих животных, которые уже рвались в столь вожделенный после продолжительной спячки полёт — им, ну просто очень хотелось размять свои крылья. Внезапно над палубой разнёсся протяжный вой сигнального ревуна, и пилоты плотнее прижались к спинам драконов, проверяя ремни безопасности и крепче сжимая поводья.
На мачтах почти сразу же потух алый колдовской свет, прошло секунд пять, а потом на них вновь загорелся огонь, но теперь уже изумрудно-зелёный.
— Пошёл! — прозвучал резкий крик сигнальщика, дублируя всем прекрасно известный сигнал.
Первый из драконов-истребителей начал свой короткий разбег по короткой взлётной палубе, расположенной в носу корабля. Он широко раскинул могучие крылья, поднялся на задние лапы и с грохотом устремился вперёд, на бегу размахивая крыльями. Сильные лапы разогнали этого не слишком крупного десятиметрового дракона до весьма приличной скорости, и лишь только благодаря прочнейшему покрытию палубы, выполненного из железного дерева, внушительного размера когти дракона не оставляли длинных глубоких борозд.
Вот ящер уже на последнем участке взлётной палубы, его тело начинает постепенно подниматься в воздух, крылья дракона машут размеренно и сильно…
Конец палубы!
Дракон, могучим прыжком, бросает своё тело вперёд и неподвижно расправляет крылья. Он резко проседает вниз, проваливаясь в воздухе, и на мгновенье пропадает из поля зрения стоящих на палубе людей и драконов.
Но не тех, кто сейчас наблюдает за всем этим в большой рубке-островке, расположенной с левой стороны корабля. Сейчас ходовая рубка выполняет ещё и функции диспетчерской башни — именно отсюда шли сигналы на взлёт драконов. Отсюда хорошо видно, как дракон-истребитель рывком оторвался от взлётной палубы, тяжело просел в воздухе, но уже через полдюжины метров выровнял полёт и начал стремительно набирать высоту.
Тем временем, в середине корабля разворачивается совершенно иное действо.
На палубе авианосца лежит огромная П-образная балка, торчащая из странного механизма, напоминающего античную катапульту, увеличенную в несколько раз. Это странное приспособление разделяет огромную палубу корабля на две весьма неравные части.
В носу авианосца расположена короткая семидесятиметровая взлётная палуба для драконов-истребителей. Лёгким и подвижным зверям-охотникам, являющимся огромными аналогами ястребов и коршунов, не требовался длинный разбег или какие-то другие хитроумные приспособления. Истребители могли стартовать практически с места, но в целях экономии сил, обычно брали небольшой разбег.
Другое дело более крупные звери, типа штурмовиков или пикировщиков.
Изначально обитавшие на своеобразных подобиях птичьих базаров, в природе они стартовали в падении с большой высоты, и для взлёта с места или даже с разбега, были практически не приспособлены. Именно для них и предназначалась огромная стартовая катапульта в центре авианосца.
Два дракона-штурмовика подошли к стартовой балке и крепко вцепились задними лапами в поперечную перекладину.
Последовал сигнал на взлёт, и балка с резким треском рванула вверх, а вцепившиеся в неё драконы старались сохранить на ней своё равновесие, балансируя всем телом. Балка с грохотом врезалась в массивный ограничитель свободного хода стартового устройства, а штурмовики, набравшие значительную инерцию, разжали лапы и отправились в свободный полёт. Драконы на ходу расправляли длинные тонкие крылья, приспособленные для длительных полётов, и расходились в стороны, дабы не зацепить друг друга.
Именно высокая выучка и отличала драконов и пилотов палубной авиации от обычных частей. Каждый взлёт и посадка в столь специфических условиях был воистину ювелирной работой, поэтому во всех армиях мира палубники считались элитой авиацией.
…А тем временем в носу корабля начал старт второй дракон-истребитель, а катапульта для тяжёлых ящеров начала медленно опускать на палубу, чтобы запустить в небо новую партию зверей. И так, пока в воздух не поднимутся все две эскадрильи драконов, построенных в данный момент на палубе корабля.
В принципе огромная палуба авианосца могла разом вместить всё наличное авиакрыло, но делать этого никто и никогда бы не стал — слишком уязвимы были в таком положение драконы. Так что огромное, около ста метров пространство за стартовой площадкой тяжёлых ящеров использовалось исключительно для посадки драконов. Зато, из-за того, что боевые звери могли приземляться фактически на небольшой пятачок пространства, огромная посадочная площадка позволяла посадить разом многие десятки драконов для лечения и пополнения боезапаса, а потом в оперативном порядке перегнав их к носу корабля, быстро поднять в воздух.
…А тем временем, когда стартовали последние драконы первой волны, и палуба авианосца опустела, раздался размеренный гул, а затем прямо в носовой и средней части корабля, в районе площадок накопления, части палубы начала плавно опускаться вниз, образовывая пологий пандус. Послышался слитный топот, и с нижней ангарной палубы, опустившись на все четыре лапы, попарно начали выходить драконы второй волны. Хорошо обученные умные звери, подгоняемые командами пилотов-всадников, чётко расходились в стороны и занимали положенные им места. Вдобавок, в этом деле им ещё и помогали большие полосы, нарисованные белой краской прямо на палубе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
