— Той части меня приходилось общаться и с более грязными предметами, — поведал огр.
— Что, совсем не опускается? — с невольной долей сочувствия спросила гиана.
— Нет. Пошутили знающие люди. Отвар и заклинание. Впрочем, мне не мешает. Привык.
— А истинно порадоваться? Никак? — прошептала Клэ-Р.
— Бывает, — кратко признался людоед.
— Слушай, у тебя кровь по плечу течет, — пробормотала девушка, наконец, догадавшись, почему её рука всё время липкая.
— Знаю, — заверил огр.
…Дальше идти было некуда. Обломки камней, мусор, и темная, недобро всплескивающая вода, от которой ощутимо веяло зимней стужей. Справа виднелся небольшой грот, но гиана его проверять не собиралась — знакомое место, там гадили смельчаки, рискнувшие устроить пикник на самом «дне» Грет-Интестин.
Клэ-Р пристроилась на относительно ровном камне, огр, придерживая цепь, разглядывал мусор и рыбьи кости.
— Море? — он ткнул пальцем в сторону неприветливой воды.
— Оно, — согласилась изнуренная Клэ-Р.
— Не видел, — сообщил людоед.
— Да везде оно одинаковое. Разве что летом…
— Я вообще море не видел, — признался дарк.
— А ты вообще где жил? — вяло поинтересовалась девушка.
— В замке, естественно. Я коренной хомпец, — огр решил пошире показать свои тупые и не слишком симметричные клыки.
Манера сообщника улыбаться отнюдь не восхитила Клэ-Р.
— Жил в Хомпе и ни разу не видел Залив?
— У меня были удобные покои. Размером два на два шага. Кругом камень. Никаких окон, а значит, никаких сквозняков.
— Пожалуй, я не хочу больше спрашивать, — пробормотала гиана.
— Отдохни, — согласился людоед. — Потом начнем сплетничать. Надо же чем-то заниматься? Или я начну приставать с разными просьбами.
Ни о каких мужских радостях Клэ-Р сейчас и думать не хотелось. Но долг гианы требовал проявить вежливость:
— О каких просьбах идет речь, о могучий дарк?
— Не о тех, — успокоил огр. — Может, попробуешь подложить под мой ошейник сзади что-нибудь твердое?
— Твердое?
— Желательно. Тряпка не слишком поможет. Но в любом случае, я бы был благодарен.
— Держи выше факел, — вздохнула девушка.
Ошейник, в отличие от довольно примитивной цепи, оказался каким-то хитроумным. Бляхи с прочными кольцами, металлический обруч, под ним полоса толстой кожи, под ней вроде бы опять металл. Клэ-Р пыталась оттянуть ошейник у загривка людоеда. Не получилось. Обруч держал крепко — даже палец не подсунешь. Стоило попытаться еще раз, как из-под металла потянулся темный ручеек.
— Опять кровь идет, — испуганно прошептала девушка.
— Ты же трогала, — просипел огр.
Клэ-Р смотрела на необъятную спину — вся эта корка, что казалось грубой шкурой, была запекшимися потеками крови.
— Цепь не снять? — осведомился огр. — Попробуй обмотать вокруг шеи…
— Может, я ошейник попробую снять? — пробормотала гиана, оценивая расклепанное кольцо, удерживающее цепь, — уж с ним явно было не справиться. — Тут есть замочек…
Она возилась. Огр терпел, хотя кровь струилась уже несколькими ручьями. Девушка увлеклась и лишь вытирала пальцы о загаженную юбку. «Замочком» центральную бляху ошейника называть было неправильно — просто углубление в металле, где торчала штучка с гранеными краями. Как штучка называется, Клэ-Р не знала, но этот ребристый штырек явно требовалось повернуть. Но подцепить его хотя бы ногтями не удавалось. Понятно, сделано так, чтобы огр своими пальцами-пеньками даже случайно не мог справиться. Гиана попробовала зацепить штырь цепью своего ожерелья, но серебряные звенья не годились для такой задачи. Стилет тоже не помог — острие было слишком тонким. Кольца и браслеты девушка отмела за явной непригодностью. Вернулась к украшениям на шее. Попался ключ от комнат. Прорезь в крайней бородке вроде бы подходила, но была слишком широка. Клэ-Р с ненавистью посмотрела в затылок урода, положила ключ на камень и принялась плющить бородку камнем поменьше. Удары странным эхом разносились по огромной утробе Грет-Интестин. Сейчас какого-то древнего духа как накличешь…
— Что ты делаешь? — поинтересовался огр, не оборачиваясь.
— Угхм! — ответила гиана, посасывая ушибленный палец.
Проба, еще несколько ударов. Клэ-Р, затаив дыхание, наложила прорезь на штырек. В какую сторону крутить? Девушка потянула как удобнее. Крутится!
Огр содрогнулся и все испортил. Прорезь соскочила.
— Сиди смирно! — потребовала гиана. — Я вовсе не кузнец или оружейник. Я такие вещи не умею. А боль потерпишь. Ты же знаешь, что такое боль.
Нет, оказывается, людоедская боль бывает разной. Огр дрожал. Молча. Прорезь соскакивала. Клэ-Р цепляла, крутила снова. Штырек поднимался из гнезда, выползал, выползал и довольно неожиданно совсем выскочил. Но ошейник сниматься не желал.
— У меня сил не хватает, — призналась гиана, вытирая руки о промокшую насквозь юбку.
Огр поднял руки к шее, — толстые пальцы так тряслись, что странно как дарк смог вообще нащупать ошейник. Потянул кольцо в стороны…
Клэ-Р ахнула — казалось, людоед сдирает с шеи металл вместе с собственной кожей. Кровь брызнула фонтанчиками и девушка увидела первый стальной шип — длиной с человеческий палец, с каким-то странным, витым острием…
… — Завязать нужно, — трепеща, сказала Клэ-Р. — Я от юбки оторву.
— Нет. Пусть шея чистой будет, — едва разборчиво просипел огр.
По всей окружности шеи била кровь. Казалось, голова людоеда сейчас просто скатиться с плеч. Огр встал. Ошейник, звеня цепью, отлетел к стене туннеля. Дарк, пошатываясь, сделал несколько шагов и рухнул лицом вниз в ледяную воду. Волны покачивали тяжелое квадратное тело…
Клэ-Р ждала. Снова ждала. Огр не шевелился. «Умер» — убедилась девушка и испытала некоторое облегчение. «Может и к лучшему. Наверняка к лучшему». Она вытерла мокрое лицо. Спина как-то сразу начала мерзнуть…
«Не буду вытаскивать. В воду сейчас и не ступишь. А ему уже все равно».
Нет, не все равно — зашевелился, хотя волны уже отнесли тушу в темноту, туда, — под самый, уходящий в воду, свод туннеля.
Клэ-Р молча смотрела как бултыхается, как выбирается. Вытянулся на прибрежных камнях.
В голову гианы ничего умного не приходило, сказала правду:
— Думала, околел. Крови-то сколько…
Огр с трудом поднял башку:
— Околел. Новый теперь. Море…
Что хотел поведать о море нетонущий людоед, Клэ-Р не узнала — огр замолк.
* * *
Клэ-Р пыталась дремать, но было слишком холодно. Потом стало теплей — подсохший людоед присел рядом. Теплый, большой, как два мужчины. Но не лез. Странно, но всё и так было очень противоестественно. Уже в полусне пришлось встать, — девушка набрала разного мусора, который вроде бы должен гореть. Отыскались и остатки старых факелов.
Девушка тупо смотрела в огонь крошечного костра. Огр лазил в темноте, шуршал. Клэ-Р пыталась понять, как правильнее теперь поступить. Здесь долго не высидишь. Чувство голода притупилось, но это, наверное, ненадолго. Дотянуть до завтра и попробовать выбраться к Лестницам? К дворовой мусорной куче? Ужасно. А если ищут? Что вообще можно предпринять?
Нырнуть в море и больше ни о чем не думать? Слишком холодно, даже для утопления.
Плеснула вода — огр снова полез в море. Видит Добрый бог, в соучастники попался очень беспокойный людоед. Отморозит свой… вечно стоящий.
Как вообще вышло, что гиана сидит среди мусора в обществе ненормального людоеда? Что за шутка богов? Сначала пропали Иво-Онн и Киска… Потом… Потом прямо потоком нахлынуло буйное безумие. Королева, потом мертвый принц. Кстати, он лежал в штанах и сапогах. Умер-то без радости…
О, Добрый бог, зачем об этом вообще думать?
Подошел мокрый огр — от него так и несло ледяным холодом.
— Отойди, — пробормотала девушка. — Мороженый дарк…
— Мороженый? Рыбу будешь? — огр показал рыбешку, вернее, хвост, торчащий из огромного кулака. — Она, правда, тоже мороженная.
